Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD83.61
  • EUR97.68
  • OIL69.75
Поддержите нас English
Все мнения
Новости
Купить THE INS VPNВсе новости
Темы расследований

Лаборатория. Как сотрудники НИИ-2 ФСБ занимаются отравлением активистов, журналистов и общественных деятелей

Все расследования
Популярное на сайте
Исповедь

«Даже если война в Газе закончится завтра, эта ненависть никуда не денется». Уехавшие из СССР евреи — о всплеске антисемитизма в США

АР
Анна Рудницкая
Исповедь

«Разочарование дикое, помогать армии уже никто не хочет». Исповеди Z-волонтеров

ВМ
Валентина Матренина
Исповедь

«Офицеры дали нам инструкции, как переправлять мигрантов в Литву» — исповедь белорусского пограничника

МК
Михаил Калинин
Исповедь

Оставшиеся. Исповеди украинцев, которые отказываются уезжать из разрушенных войной городов и поселков

ДН
Дарья Нилова
Исповедь

«Грушники часто сидят за наркоту, а чекисты — за крышевание» — исповедь зека из колонии для спецслужб и полицейских

Сергей Канев
Исповедь

«У президента своя реальность, у нас же никто перемен к лучшему не ждет». Исповеди полицейских и чиновников в российском приграничье

АУ
Анастасия Ульянова
Исповедь

«Меня примотали скотчем к стулу и начали пытать током». Истории украинок, похищенных россиянами из своих домов

The Insider
Исповедь

«Политика невмешательства Трампа — это ошибка». Нейт Вэнс, брат вице-президента США, об отношениях с ним и о своем участии в войне в Украине

The Insider
Исповедь

«У россиян много артиллерии и беспилотников, но штурмовать они не умеют». Исповеди иностранных добровольцев, воюющих на стороне Украины

The Insider
Исповедь

«В эмиграции мы только и говорили, что о войне и политике. А в России это — плохой тон». Каково это, быть вернувшимся в страну активистом

Ива Цой
Исповедь

«Офицер дал понять, что нас выдворяют в Россию». Как антимиграционная политика Трампа сказалась на беженцах из России

АК
Алекс Крейн
Исповедь

«Все против войны, но внешне надо поддерживать». Исповеди учителей белгородских школ

АУ
Анастасия Ульянова
Исповедь

«Проректор требовал сказать, что я не против „СВО“. Я ответил, что против». Исповеди студентов, отчисленных за антивоенную позицию

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Мы сняли военную форму и прятались на болоте». Исповедь бойцов «Ахмата», дислоцированных под Курском

МК
Михаил Калинин
Исповедь

«На митинге я простояла 15 секунд. А в легионе я инженер ударных БПЛА». Исповеди российских добровольцев, воюющих на стороне Украины

ВК
Василий Крестьянинов
Исповедь

«Их крики „Аллах Акбар“ заглушили наши шаги, и мы подошли со спины». Исповеди украинских разведчиков

МА
Максим Акимов
Исповедь

«Мы вскрывали квартиры, грабили супермаркеты — вели себя как варвары». Исповедь российского морпеха, воевавшего в Курской области

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«72 дня меня били током, избивали, не давали есть и спать». Как российских зэков загоняют на «мясные штурмы»

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Привязали меня к дереву, говорят: “Ну все, сейчас тебя обнулять будут”. А рядом в яме уже 20–30 трупов лежат» — исповедь дезертира

The Insider
Исповедь

«Ошметки тел висели прямо на ветках». Исповеди участников «мясных» штурмов

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«За неделю до выборов нам раздавали в конвертах „стимулирование“ за достойные результаты». Исповедь председателя УИК

Надежда Колобаева
Исповедь

«Погибнуть не так страшно, как оказаться в российском плену». Исповеди освобожденных украинцев

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Ужасно, когда читаешь об издевательствах и пытках и не можешь поддержать, сказать — я рядом, мы справимся». Исповеди жен политзаключенных

Екатерина Пачикова, Надежда Колобаева
Исповедь

«Я знаю, что мои руки по локоть в крови». Исповеди бежавших с фронта

The Insider
Исповедь

«Террористы искали детей по крику»: как русскоязычные семьи в Израиле переживают войну

НА
Никита Аронов
Исповедь

«Ты один, а за тобой — женщины, дети и младенцы»: как израильтяне защищали свои дома от боевиков ХАМАС

НА
Никита Аронов
Исповедь

Под присмотром «Николая Николаевича». Как ОПУ ФСБ следит за журналистами и иностранцами

Сергей Канев
Исповедь

«Каждый пытается привлечь бога на свою сторону». Священники о том, как война в Украине расколола РПЦ

МД
Марина Дульнева
Исповедь

«Я убедила его не вербоваться, но его увезли не спрашивая». Исповеди матерей и жен зеков, погибших на войне в Украине

МД
Марина Дульнева
Исповедь

«Мы защищаем не только Украину, но и нашу честь, запятнанную кадыровцами». Исповедь чеченцев, воюющих на стороне Украины

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Это шок — видеть, до какой степени у них промыты мозги» — исповедь секс-работниц, обслуживающих российских солдат

Милан Черный
Исповедь

«После увиденного все проблемы кажутся слишком мелкими». Исповедь военкоров о работе в Украине

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Война идет за дымящиеся руины». Исповедь защитника Бахмута

Юрий Мацарский
Исповедь

«Кормили вкусно, пока к нам ездили журналисты». Как живут украинские беженцы в России

НА
Никита Аронов
Исповедь

«Девочка спрашивала танкиста: «Вы и правда верите, что освобождаете нас от фашистов?» Исповеди свидетелей российской/советской оккупации

ДФ
Диана Фишман
Исповедь

«Страшно не от вида крови, страшно совершить ошибку». Исповедь российских и украинских врачей, работающих на передовой

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Мужу спиливали зубы, он орал от боли, а я слушала его крики». Исповедь жителей Херсона о жизни в оккупации

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Долго полз мимо оторванных рук и ног, теперь не может есть мяса». Как бойцы ВСУ справляются с ПТСР

НА
Никита Аронов
Исповедь

«Эрдоган хуже Путина — у Путина нет идеологии». Исповедь журналиста, выдачи которого Турция требует от Швеции в обмен на вступление в НАТО

The Insider
Исповедь

Не попасть в камеру. Исповедь деятелей киноиндустрии о цензуре и пропаганде военного времени

Екатерина Пачикова, Надежда Колобаева
Исповедь

«Это моя земля, я готова за нее убивать». Как украинки сражаются на передовой

ВП
Виктория Пономарева
Исповедь

«Внучка попросила чаю — я вышел, а всю семью убило бомбой». Жители Изюма о том, как разрушали их город

The Insider
Исповедь

«Один час под Бучей хуже 8 месяцев в Афганистане». Исповедь американского легионера в Украине

Константин Эггерт
Исповедь

«Оборона держалась на супергероях». Исповедь вернувшихся из плена защитников «Азовстали»

The Insider
Исповедь

«Пригожин сразу говорит, что 80% не вернутся с фронта». Как заключенных вербуют в ЧВК Вагнера для войны в Украине

The Insider
Исповедь

«С последствиями войны разбираются те, кто против войны». Как волонтеры помогают украинским беженцам в России

The Insider
Исповедь

«Работы мечты больше не существует». Выпускники и абитуриенты российских юрфаков о своем профессиональном будущем

ДФ
Диана Фишман
Исповедь

«Мы не просили нас спасать». Как живет Донецк после 24 февраля

The Insider
Исповедь

Устаревшие карты и разобранные на запчасти самолеты: исповедь пилота «Аэрофлота» о работе во время войны

The Insider
Исповедь

«У меня отнимают будущее!» Как выпускники и абитуриенты российских журфаков видят свои перспективы

ДФ
Диана Фишман
Исповедь

«Я взял у дочери черный маркер, замазал белые буквы PRESS и переделал шлем в военный». Как журналист Юрий Мацарский воюет в Украине

Юрий Мацарский
Исповедь

«Трупы с улиц убирали грейдерами». Что происходит в оккупированном Мариуполе

ДФ
Диана Фишман
Исповедь

«Не могу жить в комфортных условиях, пока большинство сограждан этой возможности лишены». Почему украинцы возвращаются из эвакуации

ДФ
Диана Фишман
Исповедь

Денацификаторы здорового человека. Как антифа и анархисты борются с путинским вторжением

The Insider
Исповедь

«Имущество вывозят на «Камазах», насилуют даже девочек 11 лет». Исповедь жителей оккупированного Херсона

The Insider
Исповедь

«Я бежала по улице, а где-то за спиной падали снаряды». Как донбасский город Кременная присоединяли к России

МД
Марина Дульнева
Исповедь

«ЖК закрыли на замок, всех, кто пытается выйти, арестовывают». Миллионы жителей Шанхая уже месяц выживают в тотальном локдауне

The Insider
Исповедь

«Объезжали коляской трупы мирных жителей. Не знала, как объяснить это ребенку». Исповедь жителей Бучи

The Insider
Исповедь

«Наши товары не первой необходимости, а людям не хватает на еду» — россияне после начала войны массово закрывают свой малый бизнес

The Insider
Исповедь

«Она выбрала честный и опасный путь — бронежилет вместо туфель из прошлой жизни». Друзья и коллеги об Оксане Баулиной

The Insider
Исповедь

«Еда в городе закончится со дня на день. А потом — только голодать и умирать». Исповедь украинцев, оказавшихся в блокаде

Софья Преснякова
Исповедь

«Дети чувствуют, что их лишают будущего». Исповедь учителей российских школ

The Insider
Исповедь

Уехавшая Россия будущего. Как и почему экс-координаторы штабов Навального покинули страну

Оксана Баулина
Исповедь

«Я первый заорал: подпишу!». Экс-глава Белоруссии Станислав Шушкевич о Беловежских соглашениях и распаде СССР

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Жизненно важные органы не задеты — п**дите дальше». Как в красноярском ЕПКТ-31 годами пытают заключенных

ЕТ
Евгения Тамарченко, Иван Асташин
Исповедь

«Койки кончаются стремительно, и все больше молодых» — медики подмосковной скорой о новом штамме

Ива Цой
Исповедь

Через тюрьмы к звездам. Как россияне бегут в США через Мексику

АМ
Анастасия Михайлова
Исповедь

Год домашнего ареста: как жители европейских стран выживают на карантине

The Insider
Исповедь

«Вся церковь — это бизнес-корпорация». Почему священники уходят из РПЦ

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Если в меня попадут, то лучше сразу насмерть». 30 лет штурму Вильнюса, воспоминания участников с обеих сторон

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Люди обнаружили, что живут в настоящем Мордоре». Как режим в Беларуси заставил спортсменов, врачей и музыкантов включиться в политику

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«На экзамене я повел себя неправильно – как еврей». Как в СССР из-за пятой графы не пускали на мехмат МГУ

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Брату в милиции сломали ребро. Как после такого в глаза смотреть?». Почему в Беларуси увольняются милиционеры, телеведущие и госслужащие

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«В России ужаснее быть трансгендером или геем, чем преступником». ЛГБТ об антисемейном законопроекте Мизулиной

Кирилл Федоров
Исповедь

«Нас били и приговаривали — это вам за Тихановскую!» — как минская милиция издевается над задержанными

АМ
Анастасия Михайлова
Исповедь

Сесть по-турецки. Как режим Эрдогана расправляется с журналистами, активистами и нацменьшинствами

Евдокия Москвина
Исповедь

«После Уральских гор мама заплакала: „Это Сибирь!“». Как жителей Латвии, Литвы и Эстонии депортировали после советской оккупации

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

Расистская Федерация. Как национальные меньшинства в России сталкиваются с агрессией и дискриминацией

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Лежу дома с открытыми ранами» — исповедь людей, больных не коронавирусом

Ива Цой
Исповедь

Два мира — два ковида. Реаниматологи из США и России о спасении больных коронавирусом

The Insider
Исповедь

«Из-за нагрузки мы валимся с ног от усталости, а пациенты ждут скорой почти сутки» — исповедь подмосковных медиков

Ива Цой
Исповедь

«Врачей с Covid заставляют выходить на работу, спецкостюмов нет, тесты нам не делают» — исповедь московского врача

АМ
Анастасия Михайлова
Исповедь

«Иногда люди часами лежат мертвыми, пока мы пытаемся спасти остальных». Врачи из США о том аде, в котором они оказались

НФ
Наталья Фролова
Исповедь

«Даже не знаю, заразилась ли я от пациентов или других врачей». Медики из Франции, Израиля и Германии о работе в условиях пандемии

The Insider
Исповедь

«Масок не хватает даже врачам скорой, оборудования для тяжелых больных почти нет» — российские медики о готовности к эпидемии

СА
Софья Адамова
Исповедь

«Ей пришлось украсть телефон, это был последний шанс сбежать». Как Давид Истеев и «Российская ЛГБТ-сеть» эвакуируют геев из Чечни

Кирилл Федоров
Исповедь

«Спишь по три часа в сутки, а вместо зарплаты — уголовное дело». Исповедь сотрудников "Почты России"

The Insider
Исповедь

«Жену избили, детей травят в школе, на меня завели дело». Как преследуют многодетного отца, разоблачившего мэра Смоленска

The Insider
Исповедь

Поколение Н. Почему талантливая молодежь идет в региональные штабы ФБК и с чем она сталкивается

СА
Софья Адамова
Исповедь

«Он хотел, чтобы его 15-летняя дочь стала шахидкой». Как россияне попадают в рабство в Сирии и кто их спасает

Вера Рябицкая
Исповедь

Исповедь раба. Как тракторист из Татарстана оказался невольником в семье полицейского

ОП
Олег Пшеничный
Исповедь

«Помню только, что я лежу на полу зала и плачу — и плачут рядом». Как бизнес-тренинги превращают людей в сектантов

The Insider
Исповедь

Советы да любовь. Как в СССР жили люди необычной сексуальной ориентации

The Insider
Исповедь

Свидетели и оковы. Как преследуют и пытают иеговистов в России

ЕТ
Евгения Тамарченко
Исповедь

В ад и обратно. Исповедь российских женщин, вернувшихся из «Исламского государства»

Евдокия Москвина
Исповедь

Монахиня, врач скорой, ВИЧ-диссидент и пилот «Аэрофлота». 10 главных исповедей 2018 года

СА
Софья Адамова
Исповедь

«Отняли детей и угрожали посадить». Исповедь трансгендера Юлии Савиновских, уехавшей из России

СА
Софья Адамова
Исповедь

«Дозиметр трещал так, что мы его отключили». Исповедь чернобыльского ликвидатора, которого ФСБ объявила мошенником

The Insider
Исповедь

«Запирали с крысами, запрещали мыться, домогались». Исповедь послушницы монастыря

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь заключенных. Как администрация ФСИН зарабатывает на пытках и издевательствах

Георгий Александров
Исповедь

«Я со своими операми на «ты» и всегда молча подписываю протоколы». Исповедь наемных понятых

Сергей Ежов
Исповедь

Исповедь военкоров. Как редакции (не) заботятся о журналистах, отправляя их в горячие точки

СА
Софья Адамова
Исповедь

Как правильно бежать из России. Инструкция от активистов и предпринимателей

Александр Литой
Исповедь

«Любовницы — это нечестно. Правильнее — завести вторую жену». Исповедь многоженцев

Ива Цой
Исповедь

Исповедь медика скорой помощи: "Работаем на износ за копейки, не видим жен и детей, а лекарства покупаем за свои деньги"

Ива Цой
Исповедь

Исповедь ВИЧ-диссидентки: «Я потеряла ребенка, мужа и не уберегла от заражения других детей»

ЭГ
Эвелина Геворкян
Исповедь

«Насиловали чаще мальчиков, у девочек гинеколог мог заметить следы». Исповедь выпускницы детдома

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь пилота «Аэрофлота»: Безопасность наше руководство интересует меньше, чем их премии

The Insider
Исповедь

"Просто пацаны ровно живут". Что настоящие представители криминального мира думают об АУЕ

The Insider
Исповедь

«Он вдруг перестал называть меня мамой». Исповедь матери сторонника ИГ, арестованного за попытку взорвать Казанский собор

ВК
Валентина Карелова
Исповедь

«В ФСБ дали выбор: работать с ними или сесть за взлом» — исповедь хакера, признавшегося во взломах почты Клинтон

The Insider
Исповедь

"В нашем доме выбили двери и окна, но нам некуда переезжать". Исповедь переселяемых москвичей

СА
Софья Адамова
Исповедь

Видеокарточный домик. Как майнинг стал главным увлечением россиян

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь эколога: О радиоактивных выбросах "Маяка" я говорила давно, но меня вынудили уехать из страны

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь титушки. Экс-участник группировки SERB рассказал, как полиция крышует провокаторов

Александр Литой
Исповедь

Исповедь НТВ-шников: заказуха, цензура, безграмотность

The Insider
Исповедь

"Для нас, сибиряков, Путин с его дармоедами ничего не делают" Исповедь алтайского фермера

Максим Собеский
Исповедь

Исповедь пропагандиста. Часть II. Как делают политические ток-шоу на государственном ТВ

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь пропагандиста. Часть I. Как делают новости на государственном ТВ

The Insider
Исповедь

Исповедь ВИЧ-инфицированного: Самое страшное для меня - реакция общества и знакомых

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь переселяемых: "Снос нашего дома убьет мою семью"

СА
Софья Адамова
Исповедь

«Я воюю на стороне Асада, но не хочу, чтобы он оставался президентом». Исповедь москвича, воюющего в Сирии

Максим Собеский
Исповедь

«Полицейский отпустил меня за 300 рублей». Исповедь убийцы-неонациста

Максим Собеский
Исповедь

«За место в Госдуме я заплатил КПРФ $2 млн». Исповедь экс-олигарха

Сергей Канев
Исповедь

«Выбор должен быть у каждого». Женщины, сделавшие аборт, объясняют, почему его нельзя запрещать

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь онколога: Я не смог достать обезболивающие для матери. Но героин стоил 250 рублей

СА
Софья Адамова
Исповедь

Исповедь полицейских. Как живется правоохранителю в России

The Insider
Исповедь

Исповедь провайдера. Как ФСБ и прокуратура контролируют интернет

ДО
Дмитрий Окрест
Исповедь

Путин, Сталин и Pussy Riot - какие книги читают россияне, исповедь редактора

The Insider
Исповедь

Как воюют с «Исламским государством»: исповедь русского добровольца

ДО
Дмитрий Окрест
Исповедь

Исповедь бригадира: как приводят массовку на провластные митинги

The Insider
Исповедь

Исповедь риэлтора: "Клиенты выламывают двери и сметают квартиры"

The Insider

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari