Президент США Дональд Трамп сообщил, что отложил уже запланированные новые военные удары по Ирану в связи с «прогрессом» на переговорах по урегулированию конфликта. Ранее он известил Конгресс о «завершении войны», но, поскольку согласовать мирное соглашение до сих пор не удается, в распоряжении американского лидера, по сути, остается всего два варианта: поддерживать морскую блокаду Ирана одновременно с попытками силовым образом разблокировать поставки нефти и газа на мировой рынок из третьих стран Персидского залива либо приступить к новому раунду боевых действий. Несмотря на то что блокада значительно сократила иранский экспорт нефти, даже в этих условиях финансовая и экономическая система страны, по оценкам ЦРУ, имеет запас прочности еще как минимум в три-четыре месяца, что экспертам представляется неприемлемо длительным сроком для администрации Трампа. В то же время не существует и ясного понимания, какого рода военная кампания способна вынудить иранское руководство пойти на уступки: ни «обезглавливающими ударами», ни уничтожением значительной части потенциала Вооруженных сил и оборонной промышленности этого добиться не удалось. По всей видимости, вопреки заверениям Трампа конфликт может сильно затянуться.
Главные пункты разногласия между США и Ираном
Президент США Дональд Трамп сообщил, что запланированные новые удары по Ирану были отложены по просьбе лидеров Саудовской Аравии, Катара и ОАЭ в связи с проведением «серьезных переговоров» по сделке, завершающей конфликт. Он отдельно упомянул невозможность получения Ираном ядерного оружия и готовность американской группировки в регионе возобновить полномасштабную военную кампанию, если заключить сделку все-таки не выйдет. Позже Трамп уточнил, что переговоры идут в «профессиональном и продуктивном» ключе и в спешке со сделкой нет никакой необходимости.
С 7 апреля 2026 года стороны в целом придерживаются перемирия и одновременно ведут переговоры о завершении конфликта. Более того, Трамп уведомил Конгресс о том, что считает войну против Ирана завершенной, поскольку боевые действия, начавшиеся 28 февраля 2026 года, прекратились 7 апреля и больше не возобновлялись (если не считать отдельных инцидентов).
Стороны в целом придерживаются перемирия и одновременно ведут переговоры о завершении конфликта
Вместе с этим до сих пор все известные мирные инициативы от США и Ирана расходились в ключевых пунктах:
- судьбы уже накопленных Ираном запасов обогащенного урана,
- режима работы объектов иранской атомной промышленности,
- контроля над Ормузским проливом,
- выплаты компенсаций за нанесенный ущерб,
- прекращения боевых действий против союзников Ирана в регионе.
Публиковавшиеся в СМИ варианты иранского плана либо прямо противоречат американским предложениям, либо откладывают обсуждение этих вопросов на неопределенное время в будущем, основываясь с теми или иными незначительными нюансами на следующих принципах:
- сохранение возможностей по обогащению урана,
- прекращение боевых действий против иранских союзников «на всех фронтах» (включая Ливан),
- снятие американской морской блокады и санкций США и ООН,
- разморозка иранских активов и возмещение ущерба от войны,
- вывод американских войск из соседних с Ираном регионов.
Дональд Трамп неоднократно отмечал (1, 2, 3), что не намерен принимать условия такого рода, а по ключевому вопросу обращения с запасами обогащенного урана настаивает либо на их передаче США, либо на уничтожении под внешним контролем. В то же время иранские представители пока что выразили готовность передать некоторую часть запасов в дружественную страну и лишь на время.
Таким образом, остается два варианта достижения приемлемых для Трампа параметров мирного урегулирования: поддержание блокады на экспорт иранской нефти с расчетом на то, что экономические проблемы со временем вынудят руководство Ирана пойти на уступки, либо возобновление боевых действий в том или ином формате.
Как американцы обеспечивают блокаду
Центральное командование США (U.S. Central Command, CENTCOM) объявило о начале блокады с 10:00 часов по времени Восточного побережья (17:00 мск) 13 апреля. Согласно пресс-релизу, блокада распространяется на все суда, следующие из иранских портов и прилегающих акваторий, включая все порты в Персидском и Оманском заливах.
В блокаде участвуют сразу две авианосные ударные группы во главе с авианосцами USS Abraham Lincoln (CVN-72) и USS George H. W. Bush (CVN-77), а также 31-я экспедиционная группа Корпуса морской пехоты США. В общей сложности группировка включает свыше 200 самолетов, 20 кораблей и 15 тысяч человек личного состава.
Американские военные обеспечивают блокаду как захватами судов, так и прямыми ударами по ним, но реальная линия контроля находится не в районе Ормузского пролива, а восточнее из-за опасности атак с иранской территории — в водах Оманского залива и Аравийского моря. Собственно, по этой причине министр обороны США Пит Хегсет заявил, что «блокада становится глобальной»: ни одно судно из Ормузского пролива в теории больше не может пользоваться свободой судоходства без разрешения американских ВМС.
По информации CENTCOM по состоянию на 27 мая 2026 года, всего с начала блокады «перенаправлены» 109 коммерческих судов, еще четыре судна были «обездвижены» силовыми методами. В начале мая сообщалось, что в общей сложности 70 танкерам помешали войти в иранские порты или выйти из них. При общей вместимости указанных танкеров в 166 млн баррелей финансовый ущерб для Ирана оценивался более чем в $13 млрд.
На самом деле танкеры «теневого флота» отключают или подменяют идентификационные сигналы, и их поиск в открытом море представляется довольно сложной задачей. Согласно подсчетам компании Vortexa, с начала блокады свыше 100 танкеров и газовозов преодолели блокаду.
В то же время ресурс TankerTrackers утверждает, что Ирану по состоянию на 12 мая не удалось экспортировать по морю ни одной партии нефти (без учета нефтепродуктов) с середины апреля, а с 6 мая ни один такер не был загружен на острове Харг из-за разлива нефти. Иными словами, преодолевшие блокаду танкеры не обязательно смогли добраться до покупателей или загрузить нефть.
Рядом с терминалом на острове Харг скопилось свыше 20 танкеров (до начала блокады там находилось четыре судна). Часть из них, вероятно, используется в качестве плавучих хранилищ, поскольку мощности сухопутных хранилищ близки к исчерпанию. В порту Чехбехара фиксируется 14 танкеров (средний показатель до начала блокады — пять судов), из них восемь — с грузом нефти, ранее перехваченные и «перенаправленные» американскими военными.
Как иранские военные борются с блокадой
Американской группировке удалось фактически уничтожить военно-морские силы Ирана, но в распоряжении иранского командования по-прежнему остается «москитный флот»: множество небольших быстроходных катеров. Вместе с минами, наземными пусковыми установками и дронами этими средствами поддерживается эффективная блокада движения коммерческих судов, пытающихся самостоятельно преодолеть Ормузский пролив.
Но при помощи катеров и дронов невозможно защитить собственно иранские танкеры, поэтому морская блокада со стороны Ирана играет роль инструмента давления на американских союзников в Персидском заливе и мировые энергетические рынки, а со стороны США — исключительно на иранский нефтеэкспортный сектор. Причем иранские власти декларируют намерение так или иначе «монетизировать» контроль над Ормузским проливом и сделать этот вопрос составной частью вероятных «разменов» в ходе переговоров.
Морская «партизанская война» в Ормузском проливе, когда иранские катера патрулируют акваторию, выставляют новые минные заграждения, захватывают и атакуют суда, прорывающие блокаду, а американские военные, соответственно, пытаются им помешать, сопровождается довольно крупными боевыми инцидентами, каждый из которых потенциально способен положить конец перемирию.
В начале мая стороны обменялись ударами, причем под атаку попали остров Кешм и порт в Бендер-Аббасе. В конце месяца американская сторона нанесла удар по катерам, устанавливающим мины, и пусковым установкам на берегу, в ответ Иран попытался атаковать авиабазу в Кувейте. Всего за время действия перемирия Иран запустил не менее 320 дронов и ракет по целям в соседних странах и прилегающей акватории.
Как блокада влияет на положение Ирана
Ущерб от боевых действий для Ирана оценивается в $270 млрд, что сопоставимо с довоенным ВВП страны, падение экономики в 2026 году может составить 10%. Доходы от экспорта нефти в условиях высоких мировых цен могли бы смягчить ситуацию, но американская морская блокада вынуждает накапливать нефть в наземных хранилищах и танкерах, погрузка сократилась с 2,1 млн баррелей в сутки в апреле до всего лишь 640 тысяч баррелей в сутки в мае 2026 года.
Запасы иранской нефти в танкерах вне зоны контроля американских ВМС упали со 122 млн баррелей до 89 млн баррелей, и все больше танкеров попадают под санкции США, затрудняя поставки на китайские НПЗ. По оценкам компании Kpler, при сохранении нынешнего положения дел через 60-70 дней выручка от экспорта нефти упадет до нуля даже без новой военной кампании.
При сохранении морской блокады выручка от экспорта нефти из Ирана упадет до нуля через 60-70 дней
Внутри Ирана нарастают экономические трудности: инфляция в годовом выражении превышает 50% (на продукты питания выше 100%), национальная валюта обесценивается, от 3,5 до 4,5 млн человек пополнили категорию тех, кто живет за чертой бедности. Тем не менее, иранское руководство сохраняет управляемость страной, и по оценкам ЦРУ, имеет запас прочности в условиях блокады не менее 3-4 месяцев.
Ормузский клинч может затянуться
Иранские военные поддерживают блокаду Ормузского пролива с 2 марта 2026 года (с кратким формальным перерывом 17-18 апреля). С 13 апреля американская военно-морская группировка установила собственную блокаду. Обе блокады эффективно ограничивают поставки на мировой рынок нефти из Персидского залива, как иранской, так и нефти из третьих стран. До начала боевых действий в феврале 2026 года в среднем в сутки Ормузский пролив пересекали 138 судов. В первой половине мая этот показатель сократился примерно до 10 судов в сутки. Поставки иранской нефти, по известным оценкам, и вовсе прекратились.
Позиция иранских властей заключается в том, что они не прекратят препятствовать морскому трафику через Ормузский пролив до тех пор, пока продолжается американская блокада, и планируют и в дальнейшем сохранить контроль над ним. Вместе с этим Дональд Трамп, судя по последним заявлениям, не готов отказаться от собственной блокады до достижения всеобъемлющего соглашения с Ираном и возвращению к режиму, действовавшему до начала войны.
Объявленное Трампом разминирование Ормузского пролива застопорилось: по оценкам Минобороны США, процесс разминирования займет шесть месяцев, причем при условии завершения конфликта, а не по ходу него. Неудачей закончилась и инициатива по военному сопровождению судов нейтральных стран американскими кораблями. Несмотря на сообщения, что американские военные негласно проводят коммерческие суда через опасную зону, в CENTCOM это отрицают.
Разминирование Ормузского пролива займет шесть месяцев
Тем временем война с Ираном превратилась во внутриполитическую проблему для администрации Трампа. По официальной информации, стоимость военной операции против достигла $25 млрд, но если учитывать стоимость потерянного вооружения и ущерб военным объектам, то более реалистичная оценка составляет $40-50 млрд.
За непродолжительный срок конфликта американские военные израсходовали от 25% до более чем 50% общих запасов высокоточных боеприпасов и зенитных управляемых ракет. На восполнение потраченного промышленностью потребуется от 42 до 64 месяцев.
То же самое касается и некоторых видов военной техники. Например, за это время были потеряны от 24 до 30 разведывательно-ударных беспилотников MQ-9 Reaper (примерно 20% от их общего парка в ВС США) общей стоимостью около $1 млрд. В тоже время, по некоторым оценкам, Иран сохраняет до 70% довоенного ракетного арсенала и мобильных пусковых установок, а также восстановил доступ к 90% подземных ракетных баз.
Источники The Wall Street Journal сообщают, что Трамп готовится к продолжительной блокаде Ирана, расценив варианты с возобновлением воздушных ударов и завершением войны как более рискованные. Но в том случае, если запас прочности иранского режима действительно составляет 3-4 месяца, то ему потребуется тем или иным образом снять иранскую блокаду либо смирится с устойчивыми мировыми ценами на нефть выше $100 за баррель и высокими ценами на бензин в США в преддверии промежуточных выборов.
Кроме того, нет никакой ясности, как могла бы выглядеть новая военная кампания. «Обезглавливающие удары» по руководству Ирана скорее радикализовали сохранившийся режим и сделали менее вероятным достижение соглашения на американских условиях, поскольку существенно усилили влияние КСИР. Значительный урон иранским Вооруженным силам и оборонной промышленности не помешали установить блокаду в Ормузском проливе.
Согласно распространенным в медиа оценкам американской разведки, Иран по-прежнему находится примерно в 9-12 месяцах от получения собственного ядерного оружия (как и после летней кампании 2025 года, до нее соответствующий диапазон назывался в 3-6 месяцев), поскольку в ходе совместной американо-израильской кампании в основном поражались цели, не связанные с ядерной программой. И если прорывов на переговорах по судьбе ядерной программы не случится, то впереди либо длительное противоборство в формате взаимного поддержания морских блокад с периодическими эпизодами военной эскалации, либо новый раунд вооруженного конфликта.
