Бес «Хезболлы». Как Израиль и ливанские власти пытаются избавиться от террористов

2 марта ливанская «Хезболла» <признана террористической группировкой в ряде стран, включая арабские — The Insider> вступила в войну, начатую двумя днями ранее США и Израилем против Ирана. Естественно, на иранской стороне, хотя многие полагали, что главный прокси Ирана на Ближнем Востоке воздержится от присоединения к боевым действиям и ограничится лишь словами поддержки в адрес Тегерана.

Эти предположения были связаны с внутренней ситуацией в Ливане, возникшей после предыдущей войны между Израилем и «Хезболлой» в 2023–2024 годах. Тогда группировка действовала на стороне ХАМАС, что в итоге в очередной раз превратило Ливан в поле боя. Это вызвало резкую критику внутри страны, и перед ливанскими властями остро встал вопрос о легитимности «Хезболлы». 

2 марта генерал Джозеф Аун, бывший командующий ливанской армией, избранный президентом Ливана в 2025 году, и новый премьер-министр Наваф Салам приняли план по разоружению «Хезболлы» — впервые в истории страны. Вернее, в Ливане это очень аккуратно называли передачей всего оружия, находящегося в руках различных группировок, в руки государства.

Первая часть плана, касающаяся районов до реки Литани, была, согласно утверждениям правительства Ливана, завершена буквально до начала войны. Однако, как показали дальнейшие события, это разоружение было весьма условным. «Хезболла» смогла сохранить часть оружия в приграничных районах, не говоря уже о бойцах группировки, большинство из которых — жители юга. Они никуда не собирались уходить.

Тем не менее после начала войны против Ирана среди экспертов господствовала точка зрения, что «Хезболла» не будет вступать в новую войну, чтобы не спровоцировать гнев ливанцев, еще не простивших ей предыдущую военную кампанию. Ведь было понятно, что Израиль не оставит атаки без ответа. И до сих пор многие источники в Ливане утверждают, что политическое руководство «Хезболлы», включая генсека Наима Касема, могло не знать о решении военного крыла группировки обстрелять Израиль. Учитывая, что в 2025 году, во время июньской войны между Израилем и Ираном «Хезболла» осталась в стороне, были надежды, что ситуация останется таковой и на этот раз.

Правда, в Израиле особых иллюзий не питали. Эксперты исследовательского центра Alma буквально за месяц до этой войны писали, что «Хезболла» вступит в бой, если поступит приказ от верховного лидера Ирана. В 2025 году просто не было такого распоряжения. Сейчас ситуация изменилась. Война приобрела экзистенциальный характер как для иранского режима, так и для «Хезболлы». А вот в самом Ливане испытали шок — там войны не хотели и не ждали.

Вступив в войну, «Хезболла» дала Израилю повод доделать то, что не удалось завершить в предыдущем раунде противостояния. Впрочем, Израиль и не останавливался. После заключения соглашения о прекращении огня израильские ВВС продолжали наносить точечные удары по объектам группировки, объясняя это тем, что «Хезболла» продолжает военную деятельность, вопреки договоренностям.

Однако, несмотря на действия Израиля и усилия ливанского правительства в последние месяцы, всё чаще появляются сообщения о том, что «Хезболла» активно восстанавливает и пытается пополнить свой ракетный потенциал. Кроме того, она занимается реорганизацией своего военного и политического аппарата, понесшего серьезные потери в 2024 году. Тогда Израиль ликвидировал генсека движения Хасана Насраллу и многих других ключевых деятелей.

По данным израильского исследовательского центра Alma, до 2024 года у «Хезболлы» было около 75 тысяч ракет всех типов и дальностей. Еще один центр — INSS — в 2023 году писал, что арсенал группировки включает в себя 150–200 тысяч ракет, а число бойцов составляет 50–100 тысяч человек. Насралла в 2021 году говорил о 100 тысячах ракет.

Сейчас оценки израильских центров практически совпадают. Ракетный потенциал «Хезболлы» оценивается примерно в 25 тысяч единиц. Это в основном ракеты малой и средней дальности. Наряду с этим организация имеет ограниченный набор баллистических ракет, способных преодолевать достаточно большие расстояния. И этому уже было множество примеров, когда ракеты «Хезболлы» долетали до центра Израиля, а также до юга — фактически до сектора Газа. Кроме того, у группировки, по разным оценкам, есть от одной до двух тысяч беспилотников.

За три недели с начала войны «Хезболла» более 3500 раз атаковала территорию Израиля. Речь идет о пусках ракет, управляемых снарядов и дронов.

Впрочем, израильские эксперты подчеркивают, что до предыдущего раунда противостояния с «Хезболлой» расчет был, что такое количество ракет и дронов может запускаться в сторону Израиля в течение одного дня, а не трех недель. И это один из главных результатов военной кампании 2024 года. Но это не означает, что Израилю стоило сидеть сложа руки после предыдущей войны или что ему можно расслабиться сейчас.

За последний год «Хезболла» сфокусировалась на собственном производстве вооружений. Это стало для нее необходимостью после падения режима Башара Асада в Сирии в декабре 2024 года, когда к власти там пришли антииранские силы во главе с Ахмедом аш-Шараа. «Хезболле» пришлось в срочном порядке покинуть Сирию, где она более 10 лет чувствовала себя как дома. В итоге группировке стало труднее вывозить производимые ею наркотики через сирийскую территорию, что существенно снизило ее доходы.

Проблемой стало и получение оружия из Ирана, хотя какие-то возможности для пополнения арсенала «Хезболлы» Тегеран всё же находил. Например, морским путем через Турцию. И это не говоря о продолжающемся финансировании этой группировки. В ноябре израильский портал Ynet, ссылаясь на Министерство финансов США, сообщил, что Иран перевел «Хезболле» около $1 млрд с начала года.

Что касается боевиков «Хезболлы», то их численность, по оценке Alma, составляет 40–50 тысяч действующих бойцов, на помощь которым могут прийти 30–50 тысяч резервистов. То есть существенных изменений по сравнению с 2024 годом нет, если только не брать за исходные данные максимальную цифру в 100 тысяч человек. Арабские источники указывают, что в 2024 году потери «Хезболлы» составили около 4000 человек, еще 1500 пропали без вести.

Но, пожалуй, главное, что изменилось после 2024 года, — это тактика «Хезболлы». Над этим активно поработал иранский Корпус стражей исламской революции (КСИР). После того, как в 2024 году Израиль ликвидировал руководство группировки, КСИР попытался заполнить образовавшийся вакуум власти и фактически взял под свой контроль ливанское движение, в частности, его военное крыло.

Согласно источникам Reuters, до недавнего времени в Ливане действовало около сотни офицеров КСИР (а по другим данным — даже больше). Их задачей стало переформатирование стратегии «Хезболлы» в расчете на новую войну. В частности была сделана ставка на децентрализованное управление, когда небольшие отряды действуют самостоятельно, без указаний из центра и без координации друг с другом. Была повышена секретность операций, а также разработан план ракетных ударов по Израилю, которые должны были быть нанесены одновременно из Ирана и Ливана — сценарий, впервые реализованный 11 марта.

Информация о КСИР в Ливане исходит не только из анонимных источников. Армия обороны Израиля периодически заявляет о ликвидации на ливанской территории офицеров КСИР. Подтверждают это и власти Ливана. Неслучайно одним из первых своих решений в начале этой войны правительство Ливана запретило деятельность КСИР в стране, а также потребовало, чтобы все лица, связанные с этой структурой, покинули ливанскую территорию, даже при наличии дипломатического паспорта. Кроме того, был отменен безвизовый режим для иранских граждан. После этого около 150 иранцев вылетели из Бейрута российским рейсом. Иран утверждал, что пассажирами были дипломаты, женщины и дети, но, очевидно, там были и члены КСИР.

Тем не менее многие КСИРовцы всё равно остаются в Ливане и продолжают контролировать ход военных действий. Среди них есть не только иранские, но и ливанские граждане. 

Да и в целом новое военное руководство «Хезболлы», сменившее ликвидированную старую гвардию, гораздо радикальнее предшественников и готово воевать до конца. И у политического руководства не остается другого выбора, если оно не хочет лишиться авторитета. Вернее, его еще нужно заработать. Наим Касем не пользуется абсолютной поддержкой, которая была у Хасана Насраллы. За его плечами еще нет ни одной победы на поле боя, нет и политических достижений.  Но и недооценивать его нельзя.

На этом фоне в середине марта Израиль начал ограниченную наземную операцию в Ливане. Вначале она была в основном сосредоточена на приграничных районах. Там идет уничтожение инфраструктуры «Хезболлы» — в первую очередь оружейных складов и туннелей, ведущих из Ливана в Израиль. Продвижение идет медленно и осторожно, однако в некоторых местах израильские силы уже вышли к реке Литани. Кроме того, за последнюю неделю было совершено несколько бросков в районы к северу от Литани. Так, например, появились сообщения (еще не подтвержденные официально на момент написания статьи), что силы ЦАХАЛ совершили рейд в районе замка Бофор — места, памятного еще по первой ливано-израильской войне (1982 год).

Однако главная задача наземных сил — зачистка территории до южной части реки Литани (примерно 20–30 км от линии разделения между Израилем и Ливаном) и обеспечение безопасности жителей севера Израиля. 

На данный момент Израиль фактически изолировал этот район от остальной части Ливана, разрушив основные мосты через реку. «Сотни тысяч жителей южного Ливана, которые были эвакуированы, не вернутся к югу от реки Литани, пока не будет обеспечена безопасность жителей северных районов <Израиля — The Insider>», — заявил израильский министр обороны Исраэль Кац. 

По словам Каца, операция проводится по образцу происходившего в Рафахе и Бейт-Хануне в секторе Газа, «чтобы создать оборонительное пространство и устранить угрозу для поселений. Мы не допустим возвращения к ситуации 7 октября». То есть речь идет о сносе целых деревень и создании буферной зоны.

Одновременно с начала марта израильские ВВС с воздуха атакуют объекты, связанные с «Хезболлой», по всей территории Ливана — не только юг, но и Бейрут, а также долину Бекаа на востоке, ближе к сирийской границе. Здесь задача — максимальное разрушение империи «Хезболлы». Удары наносятся не только по складам оружия и штабам, но и по экономической инфраструктуре. Например, банковские отделения «Хезболлы», заправочные станции и многое другое — всё, что помогает организации получать прибыль и выживать. Согласно израильским данным, прямой ущерб «Хезболлы» в ходе этой войны оценивается примерно в $100 млн.

Но в конечном итоге Израиль стремится к одному — полному разоружению «Хезболлы». При этом в силовых структурах понимают, что это не будет быстро и просто. «Хезболла» тоже учится и адаптируется, и чем больше урон, тем более радикальной она становится. 

Так, после войны 2024 года боевики «Хезболлы» изменили тактику: они больше не остаются на передовой у границы, как раньше, а отошли вглубь территории — на вторую линию деревень южного Ливана, готовясь к затяжному сценарию. Впрочем, еще до войны основные позиции «Хезболлы» были размещены к северу от реки Литани и в долине Бекаа — в районах, обеспечивающих стратегическую глубину для операций. К югу от Литани развертывание было сосредоточено в основном на складах оружия и пусковой инфраструктуре, особенно для минометов и ракет малой дальности.

В связи с этим перед Израилем встает серьезный вопрос: как далеко ему следует продвигаться вглубь Ливана и на какой срок? У израильтян уже есть болезненный опыт длительного пребывания в этой стране. Оккупация юга Ливана потребует значительных усилий и может привести к росту численности жертв — и это на фоне не решенной до конца ситуации в секторе Газа. При этом «Хезболла» останется в других районах Ливана, и не факт, что авиаудары решат эту проблему.

Так или иначе в израильской аналитике и СМИ в последнее время всё чаще звучит тезис о том, что пребывание сил ЦАХАЛ на юге Ливана «продлится как минимум несколько месяцев, а может быть и лет».

Но с арабской стороны есть надежда (правда, зыбкая), что Израиль лишь угрожает оккупацией. Считается, что таким образом он давит на правительство Ливана, чтобы то, наконец, объявило «Хезболлу» вне закона. К этой стратегии относятся и удары по гражданской инфраструктуре и по районам, где скрываются беженцы с юга, среди которых есть как мирное население, так и боевики. 

Однако власти Ливана не в состоянии справиться с «Хезболлой». Ресурсы правительства весьма ограничены, хотя оно, в отличие от аналогичных ситуаций в прошлом, в этот раз всё же попыталось действовать максимально жестко.

Сразу после того, как «Хезболла» вступила в войну, кабинет министров Ливана 2 марта объявил о запрете военной деятельности движения. Кроме того, государственным СМИ было рекомендовано больше не цитировать полностью заявления группировки и ее лидеров, а также не употреблять словосочетание «силы сопротивления» — так себя называют «Хезболла» и другие формирования, которые провозглашают своей целью борьбу с Израилем. Всех их так или иначе объединяет связь с Ираном.

Правительство также поручило армии и службам безопасности предотвращать запуски ракет или БПЛА в сторону Израиля и принимать меры против нарушений. Несколько членов «Хезболлы» оказались под арестом. Но всё это капля в море.

В итоге Ливан оказался между двух огней. С одной стороны, малейший инцидент может спровоцировать гражданскую войну. Командующий Вооруженными силами Ливана Рудольф Хейкаль уже предупредил о возможном расколе в армии, значительное число которой составляют шииты. Кстати, это одна из причин, почему армия не смогла зачистить юг от оружия «Хезболлы». В ряде случаев военные просто договаривались с боевиками, что они отдают, а куда смотреть не стоит. С другой стороны, в Ливане опасаются расширения израильского военного наступления и оккупации юга страны.

Одной из самых показательных стала история об отзыве 24 марта аккредитации посла Ирана в Ливане Мохаммада Резы Шибани. Он даже не успел приступить к своим обязанностям, так как прибыл в Бейрут за два дня до войны. «Хезболла», еще одно шиитское движение «Амаль» и Высший исламский шиитский совет выступили против этого во многом исторического решения правительства Ливана, которое основано на ожиданиях изменения баланса сил в регионе. 

30 марта МИД Ирана заявил, что посол продолжит свою работу в Бейруте, хотя срок, когда он должен был покинуть страну, уже истек. Вопрос в том, что предпримут в Бейруте в связи с этим, если вообще решатся на обострение ситуации. Так или иначе, это была попытка бросить вызов Тегерану.

«Для противников „Хезболлы“ Иран обречен на поражение в этой войне. Даже если удастся договориться с США, для Тегерана это будет означать отказ от своих планов в регионе и поддержки союзников. Поэтому, по их мнению, высылка посла вписывается в эту логику. „Хезболла“, со своей стороны, видит в этом желание некоторых ливанских сил предвосхитить исход конфликта и подготовиться к послевоенному периоду. Это включает в себя признание группировки террористической организацией, роспуск ее структуры и запрет любой политической деятельности», — пишет ливанское франкоязычное издание L’Orient-Le Jour.

«Хезболла» уже находилась на грани полного запрета своей деятельности со стороны правительства. На заседании кабинета министров, где обсуждался этот вопрос, возникло жесткое противостояние между представителями различных ливанских сил. В итоге запрет пока коснулся только военной деятельности. Но это не значит, что к этому вопросу не вернутся, особенно с учетом международного давления на Ливан.

Так, Бейрут просил посредников уговорить Израиль прекратить военные действия хотя бы на месяц и обещал за это время решить вопрос с «Хезболлой». В Израиле и США сочли, что переговоры не имеют смысла, пока ливанские власти не объявят группировку вне закона. Так или иначе переговорный процесс подвис. Израильская сторона отказалась прекращать огонь для ведения переговоров, одновременно возникли проблемы в Ливане.

По данным ливанских СМИ, Иран дал указание «Хезболле» отвергнуть инициативу президента Джозефа Ауна о начале прямых переговоров с Израилем. Считается, что Иран намерен использовать эту войну для частичного восстановления своего влияния. Он стремится объединить все фронты и настаивает на переговорах о региональном прекращении огня, а не только на своей территории. 

Неслучайно спикер ливанского парламента Набих Берри в интервью «Аш-Шарк аль-Аусат» выразил надежду, что просочившаяся информация «о скором заключении ирано-американского соглашения окажется правдивой». По его словам, он надеется на «всеобъемлющее соглашение, которое будет включать в себя прекращение израильской войны в Ливане». Издание подчеркивает, что Тегеран дал Бейруту «четкое обещание» включить Ливан в любое соглашение, которое положит конец войне с Соединенными Штатами и Израилем.

Однако в Израиле и США стараются не объединять два фронта в один. Вашингтон в принципе делает вид, что происходящее в Ливане его не касается, по крайней мере пока. В Израиле надеются, что даже если США захотят прекратить военные действия в Иране, ливанской кампании это не коснется. 

Не заинтересованы в том, чтобы Тегеран принес мир Ливану, и арабские монархии Персидского залива, справедливо опасаясь, что иранский режим вновь станет доминирующим внешним игроком в Бейруте. Все они надеются на ослабление «Хезболлы», позволяя Израилю делать грязную работу. Но в то же время они, как и правительство Ливана, боятся израильской оккупации и расширения наземной операции с ростом числа жертв и другими гуманитарными последствиями. 

На данный момент число погибших в Ливане превысило тысячу человек, согласно данным Минздрава страны. Ведомство не разделяет боевиков «Хезболлы» и гражданское население в списках. Более миллиона человек стали беженцами.

Еще одно опасение властей Ливана — остаться один на один со своими проблемами, даже если военные действия рано или поздно прекратятся. Нужны огромные ресурсы на восстановление страны, а экономика Ливана и так не может выйти из многолетнего кризиса. Вопрос и в том, как противостоять «Хезболле», что бы от нее ни осталось. Посредники будут давить на Бейрут, требуя разобраться с террористами. Вкладывать деньги в Ливан, опасаясь новой войны, при этом никто спешить не будет.

Объявить «Хезболлу» на словах вне закона возможно, но у нее всё равно сохранится база поддержки. Шиитское население составляет около 40% жителей Ливана. Многие, если не большинство, — ее сторонники. И хотя на фоне этой войны среди шиитов растет число недовольных, у организации остаются десятки тысяч приверженцев, которые в случае необходимости выйдут на улицу и даже попытаются устроить переворот и изменить политический баланс сил. Такие прецеденты уже были. Кроме того, удары по гражданской инфраструктуре и расширение военных действий могут обернуться ростом поддержки «Хезболлы». Так что получается замкнутый круг для всех.

В итоге всё пока упирается в Иран — в исход военных действий и, возможно, переговоров, а также в то, что будет происходить следом. Сомнений в том, что иранский режим не падет в ближайшее время, практически нет. Но вопрос, останется ли у него способность по-прежнему поддерживать своих прокси, в первую очередь «Хезболлу». Пока же источники в израильских службах безопасности утверждают, что результаты кампании против Ирана напрямую влияют на группировку, нанося ей ущерб. Так что она в любом случае не выйдет из войны в том виде, в котором в эту войну вступала.