The Insider ознакомился с прокурорским представлением, из которого следует, что в июне 2026 года во время проверки колонии особого режима «Полярная сова» в поселке Харп Ямало-Ненецкого автономного округа у двух заключенных обнаружили телесные повреждения. Один их них, приговоренный к пожизненному заключению оккупационным судом в Луганске, прямо заявил, что травмы получил в результате избиения сотрудниками колонии. Ранее о пытках в «Полярной сове» смог сообщить политзаключенный математик Азат Мифтахов, которого этапировали туда в апреле 2026 года. Он рассказывал, что пыткам подвергались и другие заключенные.
Травмы заключенных и отсутствие видеозаписей их «приемки»
Проверка колонии ИК-18 «Полярная сова» в поселке Харп Ямало-Ненецкого автономного округа проводилась 1, 13 и 14 июня 2026 года на фоне жалоб политзаключенного Азата Мифтахова и его защитников на пытки. По ее результатам прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ЯНАО Михаил Митяев 15 июня внес представление об устранении нарушений уголовно-исполнительного законодательства, с которым ознакомился The Insider.
Как следует из документа, при осмотре 13 июня у двух заключенных — Овчинника В. А. и Грибанова Д. А., прибывших в колонию 7 июня, — представители прокуратуры обнаружили телесные повреждения. Осмотр сопровождался фотографированием. Овчинник заявил, что получил травмы в результате избиения сотрудниками в день прибытия в колонию. Таким образом, следы предполагаемого избиения сохранялись спустя шесть дней. При этом ни в одной из ведомственных книг и журналов факт обнаружения повреждений зафиксирован не был. Записи внесли только по указанию надзирающего прокурора.
Как пояснила The Insider бывший аналитик УФСИН России по Москве Анна Каретникова, обычно при поступлении заключенного в исправительное учреждение сотрудники тщательно фиксируют все имеющиеся у него телесные повреждения. «Это гарантия того, что не будет претензий к учреждению», — объясняет эксперт. По ее словам, такой порядок соблюдается независимо от того, откуда прибыл заключенный — из суда, больницы или другого учреждения ФСИН. При обнаружении травм сотрудники обязаны немедленно вызвать врача, который составляет соответствующий акт.
При изучении видеоархива колонии прокуратура также установила, что 7 июня — в день, когда Грибанов и Овчинник поступили в колонию и, по словам последнего, были избиты, — сотрудники ИК-18 не использовали видеорегистраторы во время их обыска и досмотра вещей. Стационарные камеры эти процедуры тоже не зафиксировали.
Более того, 13 июня, когда по указанию прокурора проводилось медицинское освидетельствование обоих заключенных, сотрудники колонии вновь не использовали переносные видеорегистраторы. Прокуратура признала это нарушением установленного порядка применения средств видеозаписи при работе с осужденными.
Митяев потребовал от руководства колонии устранить выявленные нарушения и причины, которые им способствовали, а также рассмотреть вопрос о привлечении виновных сотрудников к ответственности. При этом в представлении не содержится вывода о том, что телесные повреждения заключенным причинили именно сотрудники ИК-18. Документ подтверждает наличие травм, заявление одного из заключенных об избиении и нарушения правил видеозаписи. Сведений о том, были ли сотрудники колонии привлечены к ответственности по результатам проверки, у The Insider пока нет.
В том же поселке Харп находится ИК-3 «Полярный волк», где 16 февраля 2024 года был убит политик Алексей Навальный. Обе колонии находятся под надзором одной специализированной прокуратуры, которую с июня 2022 года возглавляет Михаил Митяев.
Что известно о заключенных, у которых прокуратура обнаружила травмы
The Insider удалось установить личности обоих заключенных, у которых прокуратура обнаружила телесные повреждения. Один из них — Виктор Александрович Овчинник, 1973 года рождения, уроженец Украины. В июле 2021 года его задержали на оккупированной территории Луганской области. В марте 2025 года оккупационный Верховный суд ЛНР приговорил его к пожизненному лишению свободы за создание вооруженной банды, совершавшей разбойные нападения и убийства. По версии суда, с 2019 по 2021 год участники банды совершили восемь разбойных нападений, а сам Овчинник — семь убийств, в том числе директора ювелирного магазина «Изумруд» и трех членов ее семьи.
Во время судебного разбирательства Овчинник отрицал вину и заявлял, что сотрудники правоохранительных органов применяли к нему пытки, угрозы и шантаж, а материалы дела были сфальсифицированы. Однако 24 февраля 2026 года Первый апелляционный суд общей юрисдикции оставил пожизненный приговор в силе, отклонив его доводы. Ранее, после задержания в 2021 году, глава оккупационного МВД Игорь Корнет утверждал, что Овчинника завербовала СБУ и что часть убийств банда совершила по заданию украинских спецслужб. Однако в решении суда обвинения в сотрудничестве с СБУ отсутствуют.
Второй заключенный — Дмитрий Андреевич Грибанов, уроженец Калуги. В марте 2026 года Курский областной суд приговорил его к пожизненному лишению свободы за убийство, изнасилование и разбойное нападение на сотрудницу ателье в Железногорске, а также за покушение на убийство своей сожительницы и другие преступления. В 2016 году Грибанов уже был осужден на 12 лет колонии строгого режима за убийство собственного деда, которому нанес не менее 24 ударов ножом. Грибанов должен был освободиться в декабре 2027 года, однако уже в мае 2025 года совершил новые преступления, будучи на свободе. Когда и на каком основании его освободили досрочно, неизвестно.
Азат Мифтахов рассказал о пытках в «Полярной сове» еще в апреле
Ранее политзаключенный анархист и математик Азат Мифтахов рассказал, что 21 апреля 2026 года, вскоре после прибытия в «Полярную сову», его несколько часов пытали в оперативном отделе колонии, который заключенные называют «Лубянкой». По словам Мифтахова, сотрудники ФСИН и действовавшие по их указанию заключенные связали его скотчем, били деревянным молотком по пяткам, пытали электрическим током, угрожали изнасилованием и погружением в канализационные нечистоты. Крики Мифтахова во время пыток током заглушали громкой музыкой. Поводом для пыток, по его словам, стал отказ чистить унитаз в оперативном отделе.
Мифтахов сообщал, что пыткам подвергались и другие заключенные. В частности, в письменных объяснениях, имеющихся в распоряжении The Insider, он упоминал осужденного Эдуарда Салиндера: «Позже Салиндер Э. Т. мне рассказал в карантине, что с ним было то же самое. Только его не пытали током, а просто били по пяткам и угрожали изнасилованием». Сам Салиндер о пытках заявлять не стал.
The Insider установил личности двух сотрудников «Полярной совы», которых Мифтахов назвал в своем рассказе, а позднее выяснил имена еще одного оперативника и двух заключенных, фигурировавших в материалах проверки Следственного комитета.
- Михаил Соболев — сотрудник ИК-18, который, по словам Мифтахова, лично участвовал в избиениях, удушении и угрозах изнасилованием. Именно он вызвал заключенных, которые связали Мифтахова и начали его пытать.
- Павел Киселев — оперативник колонии, который, по словам Мифтахова, находился в помещении, где политзаключенного пытали электрическим током.
- Евгений Тараев — старший оперуполномоченный ИК-18, который подтвердил, что беседовал с Мифтаховым в оперативном отделе 21–22 апреля, но отрицал применение насилия.
- Александр Буланов — заключенный, которого Мифтахов называл непосредственным участником избиений и пыток током.
- Михаил Бятец — заключенный, которого Следственный комитет проверял как возможного участника пыток. Он отрицал причастность, при этом очная ставка с Мифтаховым и опознание не проводились.
11 июня Следственный комитет отказался возбуждать уголовное дело по заявлению Мифтахова о пытках, сославшись на отсутствие достаточных доказательств. При этом следователь не запросил записи с нагрудных видеорегистраторов сотрудников колонии и камер карантинного отделения, а первый медицинский осмотр Мифтахова на наличие телесных повреждений провели лишь спустя две недели после предполагаемых пыток.
В ходе июньской проверки прокуратура обнаружила и нарушения прав самого Мифтахова. Как следует из представления Михаила Митяева, 25 и 26 мая жене и защитнице политзаключенного Елене Горбань необоснованно отказали во встречах с Мифтаховым для оказания юридической помощи и согласования жалобы. Кроме того, 11 июня Мифтахова перевели в безопасное место, однако соответствующие записи в документации колонии отсутствовали, а условия его содержания не соответствовали установленному для такого размещения порядку.
При этом ранее, в мае, тот же прокурор Михаил Митяев сообщил защитникам Мифтахова, что проверка не выявила применения к нему насилия. Согласно ответу прокуратуры, при медицинском осмотре 6 мая — спустя 15 дней после предполагаемых пыток — телесных повреждений у политзаключенного не обнаружили.
