ПАО «Яковлев», производитель гражданских самолетов МС-21 и SJ-100, а также истребителей Су-30, столкнулось с резким ростом арбитражных исков. The Insider насчитал 363 иска к компании как ответчику с начала 2024 года. Их общая сумма составляет более 21,2 миллиарда рублей, а среди истцов — предприятия авиационной кооперации, включая производителей двигателей, металлов, агрегатов и авионики. Источник в отрасли рассказал The Insider, что у ПАО «Яковлев» нет денег, чтобы расплатиться с поставщиками.
7 мая глава «Ростеха» Сергей Чемезов на встрече с Владимиром Путиным заявил, что серийный выпуск МС-21 и SJ-100 начнется в 2027 году. Днем ранее глава Минпромторга Антон Алиханов говорил, что SJ-100 может выйти на регулярные рейсы уже до конца 2026 года. Это не первый перенос выпуска SJ-100 и МС-21: в 2024 году Чемезов сообщал, что выпуск МС-21 сдвинули на 2025 год, а SJ-100 — на 2026-й. Тогда ОАК объясняла задержки санкциями, импортозамещением систем и необходимостью заново проводить испытания.
На этом фоне судебная статистика показывает, что у «Яковлева» есть проблемы не только с сертификацией и переносом серийного выпуска. По данным СПАРК, в 2024–2026 годах к компании как ответчику подали 363 иска на общую сумму более 21,2 млрд рублей. Основной массив споров связан с договорными обязательствами внутри производственной цепочки: поставками, подрядом, услугами и энергоснабжением. Авиационные эксперты, поговорившие с The Insider на условиях анонимности, считают, что такие споры указывают на проблемы с расчетами внутри авиационной и оборонной кооперации.
Среди крупнейших истцов — поставщики титана, двигателей, металлов, агрегатов и авионики, то есть ключевые элементы авиационной производственной цепочки. По данным СПАРК, ТД «Корпорация ВСМПО-АВИСМА» подал иски на 5,7 млрд рублей, ОДК-УМПО — на 1,8 млрд рублей, «Гидромаш» — на 1,1 млрд рублей, КУМЗ — на 825 млн рублей, АМР — на 395 млн рублей, УКБП — на 278 млн рублей. Чаще всего с «Яковлевым» судились «Гидромаш» — 30 дел, КУМЗ — 15, «Ижсталь» — 11, АМР — 10, ПО «Стрела» — 8, УКБП и «ЭЛАРА» — по 6 дел.
Источник в отрасли рассказал The Insider, что вал исков от поставщиков связан с нехваткой средств у компании:
«У ПАО „Яковлев“ нет денег, чтобы расплатиться с поставщиками за оказанные услуги и поставленные комплектующие. На первоочередные необходимости выделяют деньги из бюджета, а с подрядчиками так получилось из-за того, что новых самолетов не выпускают, — то есть доходов нет. Долги накопились за прошлые годы и, видимо, теперь будут покрываться из госбюджета».
Авиационный эксперт, поговоривший с The Insider на условиях анонимности, считает, что иски к «Яковлеву» нельзя однозначно связать только с гражданскими программами МС-21 и SJ-100. По его словам, значительная часть претензий может относиться к военному производству:
«Главная продукция „Яковлева“ — реальная, не проектная — это истребители КБ Сухого. Они буквально выпускаются на тех же заводах в Иркутске и Комсомольске-на-Амуре, где собирают МС-21 и SJ-100, в соседних цехах и, по большому счету, теми же людьми. Истребители ломаются и падают, нужны детали, ремонт и новые машины, а значит, нужны деньги от Минобороны. А Минобороны выделяет недостаточно, оно и судостроителям деньги давать перестало. Я уверен, что значительная часть исков связана именно с этим, а не с гражданской техникой.
При этом по списку истцов видно, что иски смешанные. Иск ОДК-УМПО — это точно гражданская авиация: это разработчик ПД-14, двигателя для МС-21. Но эта претензия проходит внутри одной структуры: и „Яковлев“, и ОДК входят в „Ростех“. Иск „Гидромаша“ — военный: по крайней мере одно решение касалось запчастей для индийских истребителей. КУМЗ, „Ижсталь“, АМР, ВСМПО-АВИСМА — это металлы, сплавы, титан, которые используются везде. По таким поставщикам невозможно сказать, гражданская это кооперация или военная.
Это точно смешанные иски, но в какой пропорции — по открытым данным определить нельзя. Авиаконтракты в России — серая зона, так было еще до войны. Даже в гражданской отрасли вокруг финансовой стороны часто появлялось Минобороны. Для последних двух лет российской экономики это обычный фон для предприятий, задействованных в гособоронзаказе: там повсеместно проблемы с расчетами, подрядчики на это активно жалуются. Конечно, это не норма — и для авиапрома в частности не норма.
Если убрать отдельную историю „Аэрофлота“, то этот массив исков я бы объяснил задержками оплаты по контрактам: нет денег из-за отсутствия платежей со стороны заказчиков военных самолетов, из-за дорогих кредитов и провала программы гражданской авиации. Поставки самолетов уже должны были начаться, но их нет, денег за них нет, а разрывы покрываются за счет кредитов. Чемезов на это уже жаловался, не выделяя именно ОАК, но ОАК в этой схеме выглядит самым слабым звеном».
Таким образом, судебные данные не позволяют однозначно отнести весь массив исков ни к гражданским программам МС-21 и SJ-100, ни к военному производству. Часть претензий связана с очевидно гражданской кооперацией, часть — с военными контрактами, а значительная часть касается поставщиков материалов и агрегатов, которые работают сразу на оба направления.
ПАО «Яковлев» входит в Объединенную авиастроительную корпорацию (ОАК) «Ростеха». Компания производит пассажирские SJ-100 и МС-21, а также военные самолеты, включая Су-30СМ и Як-130. После ухода западных поставщиков именно «Яковлев» стал одним из ключевых исполнителей программы импортозамещения гражданской авиации.
Несмотря на очередной перенос серийного выпуска, «Ростех» сохраняет амбициозные планы по производству гражданских самолетов. На встрече с Путиным Чемезов заявил, что к 2030 году корпорация планирует выпускать 36 единиц МС-21, 20 — SJ-100 и 12 — Ил-114 в год.
