Дешево, но сердито. Как украинские дроны-перехватчики научились сбивать «Шахеды» и что это значит для войны в Иране

«Шахеды» с самого своего появления были одной из главных проблем для Украины. Вместе с более легкими беспилотниками «Гербера», которые нередко действуют как ложные цели или разведчики, они превратились в основное средство российских атак против украинской экономики и энергосистемы. С февраля по апрель 2026 года по территории Украины запускали свыше 200 беспилотников типа «Шахед» в сутки. Долгое время Силы обороны Украины (СОУ) испытывали трудности с поиском контрмер, пока не появились дешевые беспилотники-перехватчики.

Применение зенитных дронов отмечается с середины 2024 года. Тогда Силы обороны Украины начали использовать модифицированные FPV-дроны для перехвата российских разведывательных БПЛА, таких как «Орлан-10», Zala и Supercam. Со временем в распоряжении СОУ появились специализированные модели, например Sting, «Багнет» и затем STRILA, разработанные в первую очередь для борьбы с «Шахедами».

Сейчас украинские дроны-перехватчики могут поражать российские беспилотники на расстоянии до 30 км за ЛБС, что сопоставимо с дальностью ЗРК малого радиуса действия. 

ПВО, основанная на зенитных дронах, оказалась экономичнее и мобильнее классической. Для перехвата одного «Шахеда» применяется до двух дронов-перехватчиков. Средняя стоимость одного зенитного дрона варьируется в пределах $3 тысяч. Таким образом, затраты на то, чтобы сбить один «Шахед» зенитным дроном, могут составить $6 тысяч, в то время как самый дешевый выстрел из ЗРК (типа Vampire) стоит около $30 тысяч. 

Схема перехвата зенитными дронами выглядит очень просто. Пост радиоэлектронной разведки фиксирует сигнал БПЛА противника, взявшего курс на позиции. После этого малогабаритные РЛС определяют его дальность, высоту и скорость, обеспечивая наведение дронов-перехватчиков. Благодаря этому оператор зенитного FPV-дрона действует не вслепую, а примерно понимая район нахождения цели. Как только в FPV-очках или на экране появляется беспилотник, оператор захватывает его в прицел и ведет свой дрон на сближение. За несколько сотен метров до цели может автоматически включиться система удержания прицела, но решение о таране или выстреле принимается оператором. На финальной стадии осуществляется прямой таран, сброс сетей или воздушный подрыв заряда.

Новая технология произвела настоящую революцию на линии фронта, отмечает авиаэксперт Валерий Романенко. Если в марте 2025 года украинские зенитные дроны (преимущественно на базе простых квадрокоптеров) сбили 2518 российских разведывательных БПЛА, в том числе один «Шахед», то в марте 2026 года украинские дроны-перехватчики уничтожили уже более 33 тысяч российских БПЛА разных типов, вдвое превысив показатели февраля. Об этом заявил министр обороны Украины Михаил Фёдоров.

Вслед за СОУ российские военные тоже приступили к внедрению зенитных FPV-дронов для уничтожения украинских беспилотников. Первые видео боевого применения «дронов-истребителей» ВС РФ начали появляться в сентябре 2024 года. Кроме того, российская сторона стала более активно использовать реактивные «Шахеды» («Герань-3»), серийное производство которых началось в 2025 году. Но несмотря на способность развивать скорость до 400 км/ч, они вскоре тоже оказались уязвимыми для украинских беспилотников-перехватчиков. Кадры перехвата зенитными дронами «Гераней-3» вдогонку с задней полусферы свидетельствуют о том, что перехватчики могут лететь быстрее реактивного дрона и догонять его.

В апреле 2026 года российские Telegram-каналы показали применение реактивной «ракеты-дрона» «Герань-5» по нефтегазовой инфраструктуре в Сумской области. Этот дрон украинские БПЛА пока догнать не могут — его скорость достигает 600 км/ч. Новая «Герань» по форме больше похожа на небольшую крылатую ракету и оснащена более мощным реактивным двигателем. Также было продемонстрировано применение «Герани-4» — еще одного реактивного дрона — по энергетической инфраструктуре Черниговской области. А 3 мая был зафиксирован случай перехвата «Герани» этой модификации.

Михаил Фёдоров подчеркнул, что «реактивные „Шахеды“» стали «ключевым вызовом». Для борьбы с ними разрабатываются новые технологические решения. В частности, министр обещал, что поддержку получат разработки высокоскоростных перехватчиков, которые развивают скорость свыше 450 км/ч.

Средства перехвата в FPV-сегменте условно делятся на два типа: коптерные и самолетные. Они подбираются под конкретную задачу. 

Коптеры применяются преимущественно против тихоходных дронов, радиус их действия небольшой — до 20–30 км.

Зенитные дроны «Бумеранг-8» и «Бумеранг-10» — это высокоманевренные беспилотники-камикадзе с элементами искусственного интеллекта и опцией автоматического удержания цели. Они способны развивать скорость до 170 км/ч. Применяются для перехвата и разведки. Среди преимуществ зенитного варианта FPV-дрона «Бумеранг» Z-авторы отмечают широкий спектр комбинаций частот, удобную и понятную платформу, простоту настройки и адекватную техническую поддержку. К недостаткам относят слабые аккумуляторы и не полностью адаптированную под задачи расчетов ПВО подставку. «Бумеранги» используются для перехвата относительно малоскоростных разведывательных беспилотников, дронов-камикадзе самолетного типа, таких как «Дартс», и гексакоптеров типа «Баба-яга».

Дроны самолетного типа применяются для перехвата более крупных и скоростных БПЛА, таких как FP-1 и FP-2 или «Лютий». По сведениям автора Z-канала «Архангел спецназа», из этой категории в рядах ВС РФ чаще всего применяют дроны-перехватчики «Сокол», «Молния-ПВО», а с недавних пор еще и «Лис».

У перехватчиков «Сокол-1» и «Сокол-2» качественная цифровая видеосвязь. Они обладают функцией воздушного подрыва, высокой скоростью и хорошей маневренностью. Однако стандартные частоты управления сводят все преимущества на нет.

«Молния-ПВО», модификация российского FPV-дрона-камикадзе самолетного типа семейства «Молния», предназначена для перехвата и уничтожения тяжелых беспилотников, таких как «Баба-яга». Этот дрон может развивать скорость до 220 км/ч и оснащен как цифровой видеосистемой, так и аналоговой видеосвязью с дневной и тепловизионной камерой. Отмечается, что цифровая система применима только днем и только на коротком удалении. У дрона есть датчик сближения, который приводит боевую часть в действие при появлении цели на заданной дистанции от курсовой камеры. Также его можно запускать с рук. К недостаткам «Молнии-ПВО» относят отсутствие тепловизионной цифровой версии для работы в темноте и штатной наземной станции управления, а также слабый аккумулятор. Отдельно отмечают неготовность производителя реагировать на предложения пользователей и слабую техподдержку.

Дроны-перехватчики «Лис» и «Лис-2» от производителей «Бумеранга» существуют в дневной и тепловизионных версиях. Основным их преимуществом считается функция захвата цели, которая заметно облегчает работу оператора. Из-за слабого аккумулятора время нахождения дрона в воздухе ограничено, поэтому его ключевая характеристика — не длительное патрулирование, а скорость перехвата.

Дрон «Ёлка» сочетает в себе характеристики самолетных беспилотников и квадрокоптеров. Он способен поражать широкий спектр целей: от малых FPV-дронов и разведывательных аппаратов до тяжелых БПЛА. Этот компактный беспилотник с дальностью захвата и поражения целей до 3 км разгоняется до 200 км/ч, не имеет боевой части и поражает цель кинетически. Несмотря на то что отсутствие БЧ снижает его эффективность, именно этим объясняется его популярность в ВС РФ, поскольку применение самодельных взрывных устройств по российскую сторону ЛБС запрещено. 

В мае 2025 года было заявлено, что у «Ёлки» есть продвинутая система захвата и сопровождения цели с элементами искусственного интеллекта (по сути, оптико-электронная головка самонаведения). Вместе с тем отмечается и ее существенный недостаток (1, 2): автозахват цели в условиях низкой освещенности не срабатывает. Эти перехватчики стали применяться с сентября 2024 года и активно используются (1, 2) в настоящее время мобильными огневыми группами, постами воздушного наблюдения и подразделениями на передовой. В феврале 2026 года сообщалось о массовой отгрузке дронов «Ёлка» в подразделения ВС РФ.

В арсенале Сил обороны Украины есть несколько типов дронов-перехватчиков. Самый известный среди них — P1-SUN производства украинской компании SkyFall. Этот БПЛА, представленный осенью 2025 года, может разгоняться до 300 км/ч и подниматься на высоту до 5 км. Корпус аппарата изготавливается с помощью 3D-печати, что обеспечивает его низкую стоимость — всего $1000. Боевая часть содержит до 800 граммов взрывчатки. Этого достаточно, чтобы сбить «Шахед». P1-SUN уничтожает цель тараном или подрывом рядом с ней. По информации советника Минобороны Украины Анны Гвоздяр на конец апреля, в 2026 году дроны P1-Sun уже перехватили более 3000 российских «Шахедов».

Украинский серийный дрон-перехватчик Sting производства волонтерской группы Wild Hornets («Дикі шершні») был создан для перехвата «Шахедов» и доработан для противодействия ночным атакам на города и инфраструктуру Украины. Также он был замечен при перехвате реактивного «Шахеда», оснащенного ракетой Р-60 класса «воздух — воздух». Sting может развивать скорость более 340 км/ч и действовать на высоте до 3 км.

Зенитный дрон «Осьминог» (Octopus), совместная украинско-британская разработка, создан для противодействия БПЛА типа «Шахед». Он способен развивать скорость свыше 300 км/ч. Этот БПЛА оснащен системой управления на основе искусственного интеллекта для автоматического донаведения на цель, может применяться круглосуточно, устойчив к средствам РЭБ и эффективен на низких высотах. Серийное производство развернуто на мощностях частных украинских компаний (более 29 производителей получили лицензии), также планируется его сборка в Великобритании. Четыре украинских производителя уже заключили контракты на поставку 8 тысяч дронов для СОУ, сообщили в Минобороны 30 апреля 2026 года.

Система Merops, разработанная американской оборонной компанией Perennial Autonomy, в 2024 году была поставлена в Украину, где, по словам министра армии США Дэниела Дрисколла, показала высокую эффективность. Известно, что сейчас она применяется на Ближнем Востоке. В ее состав входят наземная станция управления, которая обнаруживает цель, пусковые установки и многоразовые дроны-перехватчики Surveyor с компактной боевой частью. Перехватчики оснащены крыльями, характерными для БПЛА самолетного типа, и Х-стабилизаторами. Точные технические параметры системы не раскрываются. Известно лишь, что Surveyor развивает скорость свыше 280 км/ч. Особенностью комплекса считается его способность работать как в автономном режиме, так и под дистанционным управлением оператора. Merops может функционировать в условиях РЭБ и использует ИИ для автономной навигации при подавлении GPS и связи. Стоимость одной системы Merops составляет около $14–15 тысяч, но при крупных заказах цена может заметно снизиться.

Зенитный дрон «Багнет» производства украинской оборонной компании Tenebris на 85% состоит из местных комплектующих. Он предназначен для обнаружения, перехвата и уничтожения барражирующих боеприпасов на высоте до 5 км. «Багнет» развивает скорость до 250 км/ч и оснащен боевой частью массой до 1 кг с ударным ядром для уничтожения целей в воздухе и снижения риска падения обломков. В перехватчик встроена система наведения разработки французского стартапа Alta Ares. Эта система может обнаруживать цель и направлять дрон к ней на финальном этапе полета. Важная особенность — функция автоматического взлета и возврата при отсутствии целей.

Немецкие дроны-перехватчики от компании TYTAN Technologies появились в конце 2024 года и сразу начали проходить испытания в реальных боевых условиях в Украине. Эти автономные зенитные дроны предназначены для обнаружения, сопровождения и уничтожения «Шахедов» и разведывательных БПЛА прямым попаданием при минимальном участии оператора. В апреле 2026 года стало известно, что компания TYTAN Technologies поставит специально для Нацгвардии Украины более 1000 дронов-перехватчиков METIS. Эта версия оснащена искусственным интеллектом, имеет дальность действия более 45 км, развивает скорость до 400 км/ч и способна эффективно поражать цели на высоте до 6 км. Он также может нести боевую часть массой до 1 кг.

STRILA — украинский зенитный беспилотник типа «ракета» производства компании WIY Drones. Он предназначен для перехвата высокоскоростных и маневрирующих воздушных целей. STRILA использует программное обеспечение WIY и источники целеуказания, позволяющие оператору получать данные о направлении, высоте и скорости цели. Беспилотник имеет радиус действия до 14 км, дальность — 28 км, рабочую высоту — до 5 км, боевую часть — до 800 граммов и скорость — до 350 км/ч. 

В марте 2026 года стало известно, что WIY Drones в сотрудничестве с немецкой технологической компанией Quantum Systems выпустила модификацию STRILA-2 с ракетным ускорителем. Благодаря твердотопливному бустеру дрон взлетает почти вертикально и за считанные секунды набирает высоту, после чего переходит на экономичный полет на четырех электродвигателях. Это позволяет атаковать цель сверху, а встроенное ПО с элементами ИИ — автономно распознавать и захватывать ее даже при подавлении связи средствами РЭБ. Правительство Германии профинансировало заказ на производство 15 тысяч перехватчиков STRILA для Нацгвардии Украины. Сотрудничество предусматривает не только закупку, но и расширение производства непосредственно в Украине.

Таким образом, система ПВО, исторически строившаяся на использовании дорогостоящих зенитных ракет для уничтожения крупных воздушных целей противника, в войне России против Украины претерпевает существенные изменения. С учетом дефицита ЗУР в Украине и мире акцент смещается в сторону создания доступных альтернатив, таких как дроны-перехватчики.

В феврале 2026 года Михаил Фёдоров первоочередной задачей своего ведомства назвал защиту гражданского населения и критической инфраструктуры. Он поставил цель выявлять 100% воздушных угроз в режиме реального времени и перехватывать не менее 95% ракет и беспилотников. Министр распорядился создать многоуровневую систему противовоздушной обороны и нарастить производство перехватчиков. Уже 1 апреля Минобороны Украины заявило, что в марте системы ПВО уничтожили или подавили 89,9% российских воздушных целей по сравнению с 85,6% в феврале и 80,2% в декабре.

Повышение эффективности борьбы с ударными БПЛА типа «Шахед» и их имитаторами в последние три месяца среди прочего обусловлено ростом количества применяемых СОУ зенитных дронов — они сбивают около 45% целей. 28 апреля Фёдоров сообщил, что за четыре месяца этого года СОУ получили вдвое больше дронов-перехватчиков, чем за весь 2025 год.

Эффективность перехвата растет одновременно с увеличением количества российских пусков. В марте фиксировался рост пусков второй месяц подряд, а число перехватов увеличилось примерно на 28% по сравнению с февралем. По сути, обе стороны сейчас вовлечены в технологическую гонку в сфере применения дронов. Для Украины задача состоит в том, чтобы производить перехватчики дешево, в больших количествах и с постоянно повышающейся эффективностью поражения целей. Для России — в производстве большего числа ударных беспилотников и их адаптации к новым средствам противодействия.

Для того чтобы выполнить поставленную задачу, Украина должна опережать противника как минимум на десять шагов в каждом технологическом цикле и сохранять лидерство в войне инноваций, считает Фёдоров.

В апреле 2026 года министр обороны рассказал, что в Украине разработаны дроны-перехватчики, которыми можно управлять на расстоянии и которые способны поражать цели за сотни или тысячи километров. Оператор теперь может действовать на значительном удалении от ЛБС, сохраняя контроль над обширными зонами. Система HORNET VISION Ctrl вместе с зенитным дроном Sting формируют новую структуру ПВО, в которой мобильные перехватчики способны эффективно отражать массированные атаки дронов-камикадзе над территорией противника. Например, с помощью этого решения 4 апреля 2026 года Роман «Халк» из подразделения Bulava, как заявляется, впервые в истории уничтожил два «Шахеда», находясь на расстоянии 500 км от места запуска. По словам Фёдорова, более десяти производителей уже интегрировали эту инновацию в свои системы.

Помимо этого, Силы обороны Украины начали использовать зенитные беспилотники, размещенные на БЭК Magura V5. Как сообщало в начале марта 2026 года издание The Economist, эта технология стала ответом на тактику российских войск по запуску дронов над морем. Это делается, чтобы усложнить их обнаружение для украинской РЭБ.

Первые испытания прошли в акватории Чёрного моря у Одессы. Согласно описанию технологии, украинские безэкипажные катера действуют группами, формируя общее радиолокационное поле. При обнаружении цели из специального люка на палубе катера запускается дрон-перехватчик, управляемый дистанционно через спутниковую сеть Starlink. В середине апреля дивизион надводных беспилотных комплексов 412-й бригады Сил беспилотных систем Nemesis отчитался о первом успешном уничтожении «Шахеда» с помощью дрона-перехватчика, запущенного с беспилотной надводной платформы.

Еще одним нестандартным решением стал запуск перехватчиков с самолета. Украинский авиатор Тимур Фаткуллин 23 апреля 2026 года опубликовал видео, на котором показаны пуски зенитных дронов P1-SUN, подвешенных под крыльями легкого транспортного самолета PZL M28 Skytruck (польская модификация Ан-28).  

Изначально самолет был оборудован пулеметом M134D производства Dillon Aero для перехвата «Шахедов». Для поражения цели необходимо подлететь к ней на близкое расстояние. В результате в ходе одного из вылетов обломки сбитого «Шахеда» повредили крыло Ан-28. После этого инцидента и был опробован способ с запуском дронов-перехватчиков P1-SUN с борта самолета. Получился своего рода «летающий авианосец» для дронов, где самолет выступает в роли платформы доставки. Такая концепция позволяет значительно расширить радиус действия перехватчиков и атаковать удаленные цели.

Наконец, в Украине действуют частные группы ПВО. Как сообщил 30 марта Михаил Фёдоров, одна из таких групп, созданная компанией в Харьковской области, уже сбила несколько «Шахедов» и Zala. А 17 апреля министр отметил, что та же группа ПВО в Харьковской области впервые уничтожила реактивный «Шахед», летевший со скоростью более 400 км/ч. 

По состоянию на 30 апреля к проекту частной ПВО присоединились 24 компании из разных областей Украины. Экспериментальный порядок, который позволяет предприятиям создавать собственные подразделения ПВО, был утвержден Кабинетом министров Украины в ноябре 2025 года, а уже в начале марта 2026 года правительство разрешило передавать предприятиям критической инфраструктуры дополнительное вооружение для усиления их противовоздушной защиты. В арсенале таких групп — зенитные дроны и дистанционно управляемые пулеметы. 

Частные системы ПВО позволяют закрывать уязвимые участки, особенно там, где речь идет о защите коммерческих и инфраструктурных объектов. Украина фактически становится первой страной, где частные компании системно интегрируются в противовоздушную оборону.

Алексей Гончарук, бывший премьер-министр Украины и председатель экспертного совета бригады Nemesis, констатирует: возможности дронов растут экспоненциально. «Каждый год дрон либо вдвое уменьшается в размерах или цене, либо вдвое увеличивает дальность», — говорит он. 

Вскоре «Шахеды» могут стать не оружием, а платформами, с которых будут запускаться более мелкие дроны. ВС РФ уже использует «Шахеды» для запуска FPV-дронов вблизи линии фронта. В конечном итоге это потребует новых средств защиты, считает Гончарук: стен из дронов-перехватчиков, автоматически запускаемых при обнаружении, без участия операторов. «Это может звучать как научная фантастика, но мы уже готовимся к этому», — подчеркивает он.

Бывший директор ЦРУ генерал Дэвид Петреус в апреле 2026 года вернулся из поездки в Украину, где он провел время в специализированном дроновом подразделении в Запорожье. Петреус видит развитие в появлении роев дронов — по-настоящему автономных, не требующих операторов для дистанционного управления, которые практически невозможно перехватить или подавить из-за их огромного количества. Именно тогда, как он считает, появятся новые прорывные технологии, в том числе мощные микроволновые системы, необходимые для борьбы с этой будущей угрозой.

Над проектом по внедрению роев-перехватчиков уже работают сразу несколько компаний в рамках кластера Brave1. Цель разработчиков — добиться функционирования беспилотников как единой системы под управлением оператора с координацией действий в реальном времени. Предполагается, что один оператор сможет одновременно управлять несколькими дронами как локально, так и дистанционно. А в перспективе беспилотники будут напрямую взаимодействовать между собой в полете. Ожидается, что такие рои значительно усилят защиту от массированных атак. 

В ближайшем будущем зенитные дроны за счет интеграции в них ИИ смогут самостоятельно менять курс, обходить бесполетные зоны, избегать препятствия, реагировать на возникшие новые условия и безопасно и эффективно выполнять миссии без вмешательства человека. В частности, дроны-перехватчики Hornet, разработанные компанией Destinus, получили систему боевого искусственного интеллекта от американской оборонной технологической компании Shield AI. В ходе испытаний в Испании в начале 2026 года дроны Hornet с системой Hivemind от Shield AI самостоятельно скорректировали траекторию полета в режиме реального времени, адаптируясь к изменяющимся условиям и задачам. И Destinus, и Shield AI уже сотрудничают с Украиной.

После визита президента Владимира Зеленского в страны Персидского залива в марте 2026 года, где были подписаны оборонные соглашения с рядом государств региона, украинские производители БПЛА оказались в центре внимания как потенциальные лидеры экспорта вооружений на Ближний Восток, пишет The Times. Однако на практике они столкнулись с трудностями экспортного лицензирования и оказались втянуты в спор о целесообразности продажи систем перехвата за рубеж, в то время как сама Украина продолжает подвергаться регулярным атакам.

Даже среди производителей беспилотников нет единого мнения. «Если у вас в доме пожар, не продавайте воду соседу», — заявил в комментарии The Times один из руководителей группы «Дикі шершні». Другие же считают, что экспорт БПЛА простимулирует рост внутреннего производства, и опасаются, что Украина может упустить открывшееся из-за войны с Ираном окно возможностей — как в плане выхода на рынки стран Персидского залива, так и для наращивания политического влияния.

В полемику вмешался руководитель Офиса президента Кирилл Буданов, который отметил, что свободная продажа оружия во время активной фазы войны неприемлема.

Ситуацию усложняет и военный аспект: российские крылатые и баллистические ракеты недосягаемы для украинских зенитных дронов. В то же время они уязвимы для ЗУР PAC-3, острый дефицит которых испытывает Украина. На пресс-конференции 30 марта Зеленский заявил о нехватке противобаллистических ракет в мире. Он отметил, что в месяц производится всего около 60 ракет-перехватчиков PAC-3 для ЗРК Patriot, большинство из которых в настоящее время передаются на Ближний Восток. 

В январе 2026 года Зеленский говорил о критическом дефиците ЗУР: поставка PAC-3 запоздала примерно на месяц и поступила лишь через сутки после масштабного российского обстрела, вызвавшего почти полный «блэкаут» в стране. По его словам, украинская сторона заранее знала о запуске баллистических ракет по энергетической инфраструктуре и имела развернутые системы Patriot и NASAMS, но не могла их использовать из-за отсутствия боеприпасов. По этой причине Киев рассматривает возможность неформально договориться с государствами Персидского залива: обмен ракет-перехватчиков на украинские технологии в области беспилотных систем.

28 апреля Зеленский заявил, что принял ряд решений для упрощения передачи украинского вооружения и экспертизы за рубеж в рамках договоренностей с партнерами. И как стало известно уже на следующий день, частная украинская компания, производитель FPV-беспилотников TAF Industries получила первый запрос на военный консалтинг: отправку специалистов с антидроновыми системами для защиты судна в Ормузском проливе.

Эксперт CIT, попросивший об анонимности, пояснил The Insider, что украинские опыт и технологии в области ПВО лишь частично применимы в странах Персидского залива. Простое масштабирование решений в этих государствах вряд ли даст сопоставимый результат. Причина — в фундаментальных различиях географии и структуры угроз. Украина — крупная по площади страна, что дает системе ПВО критически важное преимущество: время на обнаружение угрозы. Однако даже для Украины это преимущество не универсально. В приграничных районах и городах, где время подлета минимально, сохраняются серьезные проблемы с перехватом, несмотря на внедрение зенитных дронов.

В странах Персидского залива ситуация принципиально иная. За исключением Саудовской Аравии, большинство государств региона относительно небольшие по размеру, а ключевая инфраструктура сосредоточена вдоль побережья. Это означает, что у систем ПВО практически отсутствует «буфер времени»: цели появляются и достигают объектов за считанные минуты. Соответственно, перехват должен происходить либо мгновенно над сушей, либо — что более логично — еще над акваторией залива.

Именно здесь возникает целый комплекс новых вопросов. Украинская ПВО опирается на сеть акустических датчиков для обнаружения угроз и зенитные дроны. Но как развернуть подобную инфраструктуру над водой? На сегодняшний день практического опыта решения этой задачи нет, и его еще предстоит наработать.

В этих условиях роль зенитных дронов в морской зоне остается неопределенной. Теоретически они могут дополнять систему, но вряд ли станут ее основой. На сегодняшний день ведущую роль в перехвате целей над заливом будут играть традиционные средства — авиация, включая вертолеты и самолеты, для которых нужны недорогие средства поражения, такие как управляемые ракеты класса APKWS.

Военный эксперт Кирилл Михайлов в целом разделяет мнение коллеги из CIT. Однако он обращает внимание на тот факт, что иранские «Шахеды», судя по всему, практически не эволюционировали с 2022 года. Они представляют собой более простые цели, чем российские «Герани», которые достаточно далеко ушли от прототипа и успели обзавестись, например, серьезными средствами противодействия РЭБ и системами дистанционного управления. Это говорит в пользу применения украинских технологий и ноу-хау в текущем противостоянии в Ближневосточном регионе.

В свою очередь эксперт CIT отмечает: Украина лидирует в развитии зенитных дронов прежде всего за счет масштаба вложений и постоянного боевого применения. Это дает непрерывную обратную связь: недостатки быстро выявляются и устраняются, а решения ускоренно дорабатываются. В то же время сами технологии не уникальны — базовые принципы хорошо понятны. При наличии ресурсов другие страны могут довольно быстро сократить отставание. Основное преимущество в этой сфере — не «секретные разработки», а накопленный опыт и отлаженный цикл применения и улучшения систем.