Глава «Лиги безопасного интернета», профессиональная доносчица Екатерина Мизулина зарабатывает свыше 17 млн рублей ежегодно, получая доходы из двух нераскрытых источников, выяснил проект «Можем объяснить» по внутренним документам организации, имеющимся в распоряжении редакции.
В самой «Лиге» ее зарплата составляет 738 тысяч рублей в месяц, что за год дает около 9 млн. Еще примерно 8 млн она получает как исполнительный директор «Национального мониторингового центра помощи пропавшим и пострадавшим детям», где ее месячный доход варьируется от 500 тысяч до 800 тысяч рублей.
Согласно внутренним документам, в организации работает 12 человек. При этом годовая зарплата одной Мизулиной равна совокупному заработку остальных 11 сотрудников. В 2024 году ассоциация получила всего 73 тысячи рублей в виде пожертвований, что не покрыло бы даже десятую часть месячного дохода ее директора.
Столь высокие доходы превышают официальную зарплату депутата Госдумы и даже президента России. По данным утечек, Владимир Путин получал от Управделами около 10,5 млн рублей в 2024 году. Заработки позволяют Мизулиной регулярно совершать покупки в ЦУМе на суммы от 70 до 360 тысяч рублей, а также владеть 210-метровой квартирой в элитном московском ЖК «Погорельский 5 с 2» стоимостью почти 200 млн рублей.
Мониторинговый центр, где Мизулина занимает должность исполнительного директора, в 2024 году получил пожертвований на 230 млн рублей. Согласно финансовой отчетности, на содержание организации из этих средств потратили лишь 10 млн. При этом последний публичный отчет о деятельности Центра датирован 2019 годом, хотя по закону ассоциация обязана регулярно отчитываться о своей работе.
Ранее стало известно, что брат Екатерины — Николай Мизулин — живет в Бельгии со своей женой-испанкой Патрисией Гонсалез и двумя сыновьями. Он работает в юридической фирме Mayer Brown, а его супруга специализируется на услугах по релокации. Николай и Патрисия свободно перемещаются между Брюсселем и Москвой, поскольку не находятся под санкциями.
В апреле Мизулина возмутилась доносом на нее вице-спикера Госдумы Владислава Даванкова. Она обвинила его в использовании «служебных полномочий для осуществления репрессий, как в 1937 году».
