![](/images/HK0CHeRLRKiGzBWl8FrwBKuVSG3biPJKDVpu6sqoHso/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjY3NDIzL2Zp/bGUtYjAyODZlZmUz/MjIyZjE2YWJjMjA3/NzlmMzc4MTA1OWEu/anBn.jpg)
Владимир Путин впервые с 2019 года посетил Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) и Саудовскую Аравию. Он провел переговоры с президентом ОАЭ Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном и саудовским наследным принцем, председателем совета министров Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом Аль Саудом.
Востоковед Марианна Беленькая в беседе с The Insider отметила, что одна из причин, по которой эти страны принимают Путина, — желание показать себя как центры силы, независимые от США, при этом сохраняющие с Вашингтоном хорошие отношения:
«Одной из заявленных приоритетных тем было сотрудничество Саудовской Аравии, ОАЭ и России в ОПЕК+, и в целом акцент был сделан на экономическое и инвестиционное сотрудничество между этими странами. Обе арабские страны достаточно лояльно отнеслись к России и приняли ее позицию в войне между Россией и Украиной. В том числе они выступали в качестве посредников между Москвой и Киевом. Эмираты стали площадкой для российского бизнеса и российских капиталов, через них идет реэкспорт товаров.
При этом эти страны близки и с США. Впрочем, на их отношения с Вашингтоном визит Путина никак не повлияет. Однако это их способ продемонстрировать США свою собственную независимую политику. За счет России они повышают ставки в отношениях с США.
Важно, что арабские страны не хотят опираться только на один полюс силы. Они стремятся проводить независимую и многовекторную внешнюю политику и не собираются складывать все яйца в одну корзину. Они не хотят зависеть ни от США, ни от Китая, ни от России, поэтому развивают связи на всех фронтах и набирают для себя дипломатические очки».
Беленькая отметила, что эти страны действительно помогают России обходить санкции, хотя делать это им непросто:
«Какие-то контакты им приходится ограничивать и сокращать из-за угрозы западных санкций, но там, где можно, они сотрудничают. Их позиция — “бизнес прежде всего”. Если им что-то выгодно, они это делают. Если опасно — нет. В основном все такого рода договоренности происходят на частном уровне, а не на государственном».
Хотя одной из тем этих переговоров была война Израиля с ХАМАС, Беленькая отметила, что у стран-участниц нет прямых рычагов влияния ни на ту, ни на другую сторону конфликта:
«Первую скрипку сейчас на переговорах между ХАМАС и Израилем играют Катар и Египет. Но у Саудовской Аравии и ОАЭ есть своя важная роль. Эмираты были первой страной среди монархий Персидского залива, которая после долгого перерыва пошла на нормализацию отношений с Израилем. Перед войной также шла речь о том, что Саудовская Аравия установит дипломатические отношения с Израилем, что стало бы сенсацией для Ближнего Востока, поскольку это центральная арабская страна.
И сейчас, несмотря на войну, ОАЭ не отказались от сотрудничества и дипотношений с Израилем. Саудовская Аравия тоже сказала, что как только война будет закончена, она будет заинтересована в продолжении контактов с Израилем. И для Израиля это важно, что в арабском мире есть страны, готовые продолжать сотрудничество, и еврейское государство не ждет тотальная война с арабским миром или тотальная блокада. Напомню, что в 1973 году арабские страны вводили нефтяное эмбарго для стран Запада — США и других — за то, что они помогали Израилю во время Октябрьской войны. Сейчас очевидно, что ничего такого не будет.
Кроме того, мнения Саудовской Аравии и ОАЭ важны для послевоенного будущего, потому что они имеют достаточное влияние на формирование общеарабской позиции о том, что будет с сектором Газа и в целом как будет и будет ли развиваться процесс палестино-израильского урегулирования. И тут во многом их взгляды сходятся со взглядами России. Они солидарны в том, что Израиль и палестинцы должны вернуться за стол переговоров, и в том, как всё должно быть реализовано. И вот в этом предстоящем процессе ОАЭ и Саудовская Аравия могут играть очень важную роль. У них нет влияния на ХАМАС, но есть влияние на Палестинскую администрацию в Рамалле. Так что повторю, их голос будет важен для выстраивания послевоенной международной позиции о будущем Ближнего Востока. И Россия будет действовать в одном направлении с ними. Основные позиции согласуются уже сейчас.
Что касается возможности самой России влиять на Израиль или израильские элиты, то у Москвы никогда не было таких возможностей. Да, существовали связи и сотрудничество в разных областях, включая вопросы безопасности, но после начала войны в Украине отношения стали более холодными».