Новое журналистское объединение «Агентство» выпустило расследование о министре обороны Сергее Шойгу. В материале рассказывается о пиар-технологиях как основном способе министра занять место среди самых влиятельных российских политиков, а также о предположительно принадлежащих ему объектах в Туве, где Шойгу отдыхал вместе с Путиным (и их обстановке, которая далека от спартанских условий, показанных по телевидению).
Одним из основных пиар-приемов Шойгу являются утверждения, что армия при нем переживает подъем, которого не наблюдалось при прошлом министре Сердюкове. Еще в 2019 году в этом усомнился журналист Илья Крамник, который написал об этом статью в «Известиях», в итоге стоившую ему карьеры. The Insider поговорил с ним о том, что было сделано Сердюковым и почему при Шойгу армия не стала жить лучше.
![](/images/KTaQCvftaQVXETEBOXYQFALHdJEIDRhju-DhOBCaGbk/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjQ0ODE2L2Zp/bGUtYWI4NTdlMWE3/NDJlYWQ0NTY5NjBm/OGM1YzQ5NzBlYmEu/anBn.jpg)
Армейскую реформу объявили в 2008 году, в том числе по итогам войны в Грузии. В принципе, здесь можно говорить о наследии нескольких предшествующих руководителей - в организационно-административной части это министр обороны Анатолий Сердюков, в военной части это два начальника генерального штаба — Юрий Балуевский и Николай Макаров.
В значительной мере наследие Сердюкова сохранилось и актуально. Так, сохранился годичный срок службы; сохранился успех в борьбе с неуставными отношениями в армии (хотя по некоторым данным здесь есть регресс). К сожалению, Минобороны практически не публикует данные о неуставных отношениях, но из сторонних источников мы знаем, что такие инциденты происходят. Тем не менее, сейчас ситуация гораздо лучше, чем была ещё в начале 2000-х, когда Сердюков и Макаров начали проводить реформы. Также сегодня сохранилось и новое деление на военные округа. Сохранилась, хотя и неполностью, бригадная структура, о необходимости которой продолжают спорить.
Если смотреть на успешные операции вооруженных сил России - в Сирии, Крыму - то все они были обеспечены вооруженными силами, боевая подготовка и переоснащение которых современной техникой началось именно при Сердюкове. Основные поставки вооружений и военной техники в 2010-х — это поставки по контрактам, заключенным в 2009-2012 годах. Сейчас происходят поставки по следующим контрактам, и их объемы зачастую меньше предыдущих в строгом соответствии с указанием президента, который уже несколько лет говорит о том, что военные расходы будут сокращаться. По сравнению с серединой 2010-х, производство военной техники серьезно сократилось.
При этом Сердюкова всегда можно было критиковать. Когда он был министром обороны, его довольно жестко критиковали и никому ничего не было. И сейчас так сложилось, что Сердюков и его наследие оказались очень удобными объектами для критики. Но по новым правилам, свободная дискуссия в прессе по тем или иным вопросам не допускается.
У нас сложилась довольно странная ситуация, когда вопрос, вроде бы представляющий общенациональный интерес - оборону государства, противоборство иностранным вооруженным силам и военное строительств, у нас обсуждается в очень ограниченном режиме. Сейчас можно хвалить Министерство обороны, можно хвалить лично министра, можно хвалить личный состав, выполняющий все поставленные задачи. Но означает ли это, что в армии нет проблем? Нет, не означает. Проблемы есть, и эти проблемы очень серьезные, они связаны и с оснащением вооруженных сил, и с перспективами военного строительства. Все эти проблемы надо обсуждать и в парламентских структурах, и в средствах массовой информации, но этого не происходит. Это вопрос к политическому климату нашей страны, который не вчера таким стал.
Когда я работал в «Известиях» произошла забавная вещь. Меня спросили, могу ли я написать что-то по поводу Сергея Шойгу, и я сказал, что могу, но, наверное, это не очень понравится Министерству обороны, поскольку я не согласен с Сергеем Шойгу. Мне сказали: «Ничего, пиши». Когда я сдал этот материал, вопросов к нему не было. Он прошел необходимую процедуру согласования, я бы не мог поставить его лично на сайт, у меня такой кнопки просто не было. Также не было правок, он вышел в том виде, в котором я его дал, за исключением некоторых корректорских исправлений по пунктуации. И дальше произошло то, что произошло - он вышел, его заметили, он не понравился, его потребовали снять и дальше меня уволили. Проблемы с министерством у меня были и потом, я пытался устроиться в средства массовой информации, но мне прямым текстом говорили: «Извини, мы тебя очень любим, но не можем. Не хотят наши инвесторы вступать в такой конфликт». Поэтому я сейчас журналистикой и не занимаюсь.