Возвращение блудного кандидата. Как Марин Ле Пен удалось вернуться из небытия и с кем ей придется сразиться в 2027 году

В марте 2025 года в Париже был объявлен приговор по делу о нецелевом использовании средств Европарламента партией «Национальное объединение». Для краткости его часто называли «процессом Марин Ле Пен», хотя в обвинительном вердикте суда фигурировали еще 23 человека, а также сама партия. 

Главная интрига процесса состояла в том, завершит ли он политическую карьеру Марин Ле Пен. Обвинение запрашивало в качестве меры наказания тюремное заключение (оно, по французским законам, всё равно вышло бы условным) и штраф. 

Но главным потрясением для лидера правопопулистов стало бы лишение ее права баллотироваться на выборные должности с немедленным исполнением этого пункта решения суда. В этом случае Марин Ле Пен не смогла бы выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах 2027 года. Именно это и случилось: суд наложил запрет на ее участие в любых выборах в качестве кандидата сроком на пять лет с немедленным вступлением в силу приговора в этой части.

Важно подчеркнуть, что обвинение не пыталось доказать какое-либо личное обогащение Марин Ле Пен, поскольку не располагало для этого весомыми данными. Речь шла исключительно о системе использования средств Европарламента не для обеспечения работы депутатов, а на внутренние нужды партии, что запрещено регламентом. 

Таким образом, несмотря на бесспорность нарушений и ключевую роль самой Ле Пен в организации подобной схемы, тяжесть преступления не выглядела столь уж серьезной не только в глазах избирателей «Национального объединения», но и части общества. С точки зрения критиков решения суда первой инстанции, победу над Марин Ле Пен надо одерживать на избирательных участках, а не в юридических спорах.

Публичные выступления главной обвиняемой предсказуемо сводились к разоблачению темных сил, жаждущих ее «политической смерти». Марин Ле Пен и ее соратники опротестовали приговор в кассационной инстанции. Но неспешность французского правосудия не давала больших надежд на новое рассмотрение дела в столь быстрые сроки, чтобы политик успела на президентские выборы 2027 года.

Тем не менее чудо случилось. Апелляционный суд согласился вынести свой вердикт летом 2026 года, что означало своевременное, с точки зрения политического календаря, наступление ясности в политической судьбе Марин Ле Пен. В то же время с правительства снялись подозрения в манипулировании правосудием с целью устранения конкурента. 

Решение суда устроило всех: обвинительный приговор был подтвержден, но смягчен в части запрета на участие в выборах в качестве кандидата. Для лидера «Национального объединения» вновь приоткрылась дорога к самым главным выборам ее жизни.

В 2011 году Марин Ле Пен унаследовала от своего отца партию «Национальный фронт», находившуюся в состоянии кризиса. 

С одной стороны, Жан-Мари Ле Пен был узнаваем, красноречив и признан в качестве лидера в право-консервативных кругах. С другой — репутация ксенофобского и право-радикального движения не позволяла его партии надеяться на преодоление маргинального статуса и претендовать на широкую поддержку избирателей.

Дочь провела большую и тщательную работу по ребрендингу партии, включая смену названия и отстранение от дел стареющего отца. Популистскую риторику было решено оставить: сохранилась критика традиционных политических элит, проекта объединенной Европы, управления миграционными потоками и так далее. При этом партия отказалась от любых ксенофобских высказываний. В то же время началась незаметная, но эффективная работа с избирателями на местах. 

По сути, произошла «нормализация» Нацфронта, его включение в рутинную политическую жизнь: кандидаты партии начали постепенно добиваться успеха на выборах разного уровня, а французы убеждались, что ничего страшного не происходит. Попутно Ле Пен переименовала партию из «Национального фронта» в «Национальное объединение». В итоге сама Марин Ле Пен сумела дважды, в 2017 и 2022 годах, оказаться соперницей Эммануэля Макрона во втором туре президентских выборов, постепенно улучшая свой результат.

Таким образом, многолетние и последовательные усилия лидера правопопулистов, подпитанные недовольством французов из-за невнятного политического курса Макрона и череды разнообразных кризисов, вывели партию на одну из ведущих позиций, а Марин Ле Пен получила статус признанного кандидата на победу в 2027 году.

Судебный процесс едва не перечеркнул все эти достижения, но всё закончилось хорошо. Даже лучше, чем просто хорошо, потому что результаты первых опросов общественного мнения, опубликованных после оглашения вердикта апелляционной инстанции, предсказывали победу Ле Пен во втором туре над любым конкурентом.

Тем не менее этот путь надо еще пройти. И дело не только в том, что официальная предвыборная кампания еще не стартовала. Она начнется только в сентябре, практически одновременно с довыборами в Сенат, от исхода которых зависит во многом настроение французских избирателей. Однако предварительные опросы дают всего лишь первые ориентиры. 

Вдобавок сейчас невозможно даже приблизительно назвать имя главного соперника Марин Ле Пен, с которым она, скорее всего, окажется во втором туре. Существенным препятствием на пути к победе в 2027 году могут стать и ее собственные «скелеты в шкафу», исторические и недавние, которые могут осложнить ей жизнь и поставить в положение оправдывающейся.

Во-первых, никто не может точно сказать, сможет ли она пробить свой электоральный потолок, связанный с предубеждением избирателей против ее имени, прошлого ее партии и судебных историй, и получить во втором туре более 50% голосов. 

Согласно опросам, сделанным после первого решения суда по делу Ле Пен, 49% французов хотели бы видеть ее кандидатом, а 51% — нет. Если сегодня мнение избирателей стало более благосклонным, то это не означает, что люди, скептически относящиеся к партии, окончательно изменили свое мнение.

Во-вторых, даже те французы, которые не одобряли ее отстранение от выборов и приветствовали ее возвращение, не готовы закрыть глаза на факты злоупотреблений. Некоторые подробности нарушений, в частности оформление личного телохранителя Марин Ле Пен в качестве помощника депутата, а также ее роль главного координатора махинаций, точно будут использованы ее конкурентами. Приговор как был обвинительным, так таким и остался.

В-третьих, Марин Ле Пен имеет репутацию если не поклонницы Путина и Трампа, то уж точно политика из одного с ними лагеря. Осудив формально вторжение России в Украину, она всегда была очень уклончива в отношении поддержки Киева и солидарна с позицией бывшего премьер-министра Венгрии Орбана. 

Конечно, тема войны в Украине и российской угрозы Европе не будет главной в предвыборных дебатах. Но ни Путин, ни Трамп не вызывают симпатий у избирателей, и Марин Ле Пен будет стараться дистанцироваться от них, что не всегда просто сделать. На днях Илон Маск, который тоже не пользуется особой популярностью у французов, открыто выступил в поддержку Ле Пен, чем вряд ли ее порадовал.

Есть, наконец, еще и внутрипартийное напряжение. Правда, «Национальноее объединение» это регулярно отрицает.

Для Марин Ле Пен одним из способов обновить партию стало привлечение новых кадров. И стремительный взлет Жордана Барделла служит тому прекрасным примером. 

Жордан Барделла молод, ему скоро исполнится 31 год. Он олицетворяет новый курс партии, который полностью соответствует намерению Марин Ле Пен перевернуть страницу скандального прошлого «Национального фронта» и превратить партию в респектабельную правую консервативную силу. Естественно, в силу своего возраста Барделла никак не замешан в вышеупомянутом судебном разбирательстве, поскольку случаи злоупотреблений относятся к периоду с 2004-го по 2016 год.

На протяжении многих лет Марин Ле Пен строила крайне жесткую систему управления в партии, пресекая появление любых параллельных центров влияния. Все полномочия могли быть переданы кому-либо только ею самой и только в пределах установленных ею рамок. Барделла не зря признавался, что он «всем ей обязан». Но после поражения в 2022 году Марин Ле Пен решила сделать ставку на президентские выборы 2027 года и несколько отстраниться от текущего управления.

В конце 2022 года Барделла занял пост президента «Национального объединения», стал всё чаще давать интервью и смело высказываться по политическим вопросам. Казалось, между ними царило полное согласие относительно распределения ролей: первый номер у Марин Ле Пен с претензией на президентство и второй номер у Барделла с перспективой стать премьер-министром в случае победы Ле Пен.

Но судебный процесс с тяжелым приговором в первой инстанции несколько расстроил этот план. До решения апелляционного суда никто не понимал, сможет ли Марин Ле Пен участвовать в выборах. 

Публично Жордан Барделла заявлял о полной солидарности и «лояльности» по отношению к реальному лидеру партии, подтверждая ее линию защиты и называя приговор «политическим». Но он не мог не знать результаты опросов, в которых его рейтинг на президентских выборах 2027 года, если бы Марин Ле Пен не смогла баллотироваться, находился примерно на ее же уровне, то есть 34–37%. Получалось, что избиратели не видели никакой проблемы в замене своего главного кандидата и бессменного лидера, участницы трех президентских кампаний, на представителя нового поколения. Более того, этот расклад был известен и другим руководителям «Национального объединения», и они могли начать обдумывать положение дел с точки зрения их личных стратегий.

Несмотря на демонстративное взаимопонимание двух первых лиц партии, различия между ними не только поколенческие (у Барделла более 2 млн подписчиков в TikTok). Если Марин Ле Пен унаследовала семейное предприятие своего отца, то Жордан Барделла свободен от груза старых историй. Он последовательно выступал с правоконсервативных позиций, порой даже либеральных (с экономической точки зрения), в то время как его начальница старалась уделять больше внимания социальным проблемам. Эти разногласия были не столь значительны, пока партия завоевывала новые позиции. Но предвыборная кампания потребует программной ясности.

Сейчас восстановилась прежняя расстановка сил: Марин Ле Пен — кандидат в президенты, Жордан Барделла — в премьер-министры. Но можно только гадать, как прожил целый год молодой человек, наблюдая свое имя на вершине президентских рейтингов, и как он теперь воспринимает возвращение на вторую роль.

Главное достояние «Национального объединения» — ее избиратель, разочаровавшийся в действующей политической системе. Если он был готов с примерно одинаковой решимостью поддержать как Марин Ле Пен, так и Жордана Барделла, то это говорит не столько о способностях кандидатов, сколько о высокой степени усталости французов от противоречивого стиля управления Макрона в течение последних десяти лет. Следовательно, другие кандидаты должны выглядеть надежной альтернативой как действующему президенту, так и Марин Ле Пен.

Преимущество Марин Ле Пен сегодня настолько велико, что невозможно представить ее отсутствие во втором туре выборов. В то же время у нее нет шансов на победу уже в первом туре. 

При этом выборы президента во Франции — это всегда персональное предпочтение, заслуга личной харизмы. Не следует думать, что победить может любой талантливый демагог. Настроения избирателей на Западе в целом имеют тенденцию к смещению вправо, и французы не исключение: в качестве основных причин своего беспокойства они упоминают миграционный кризис и снижение уровня безопасности. Впрочем, не забывают они и об инфляции, а также недавней засухе и пожарах, идущих фоном.

Можно выделить три группы потенциальных соперников Марин Ле Пен во втором туре.

Первая группа состоит из умеренно-правых политиков, имеющих за спиной и опыт управления, и классическую политическую карьеру. Среди них — два бывших премьер-министра Эдуар Филипп и Габриэль Атталь, министры Жеральд Дарманен и Брюно Ретайо, а также другие претенденты. Еще один человек из этой компании, экс-премьер Франсуа Байру, например, предлагает уже сейчас сформировать общий блок.

Проблема вышеперечисленных кандидатов в том, что все они так или иначе принадлежат к кругу старых политических элит и представляют собой достаточно легкую мишень для критики. Марин Ле Пен будет вменять им ответственность за все неудачи Макрона, действительные или мнимые. 

В целом же, по состоянию на сегодня, Эдуар Филипп ближе всех к победе над Марин Ле Пен во втором туре.

Вторая группа — это левые политики, но их исходные позиции не вызывают оптимизма. Здесь лидер — Жан-Люк Меланшон. Этот радикально-левый политик, прекрасный оратор и традиционный участник президентских кампаний прежде мог собрать под своим флагом более умеренных левых избирателей. Это позволяло ему показывать неплохой результат в первом туре. 

На этот раз раскол в лагере левых сил настолько велик, что объединение, скорее всего, невозможно. Из потенциальных соперников Меланшона можно упомянуть бывшего президента Франсуа Олланда, который был еще менее популярен перед уходом, чем сегодня Макрон. Однако французы склонны забывать плохое с течением времени.

Наконец, в третьей группе пока никого нет. Но нельзя исключить появление неожиданного, внесистемного кандидата, например известного предпринимателя, который заявит о себе как о спасителе отечества и от Макрона, и от Ле Пен, и от всех других политиков. Сам Макрон в свое время сыграл примерно такую же роль.

Так что предвыборная кампания, которая стартует в сентябре во Франции обещает быть очень интересной и весьма непростой для Марин Ле Пен. Но и остальным кандидатам придется постараться, чтобы тот условный 51% избирателей, которому не нравится правопопулисты, мобилизовался во втором туре для поддержки альтернативного кандидата. Однако и этой гарантии пока нет.