![](/images/_moJY6pDmcUupv0kx2L3Uqft9dPuDg7m93sgBrXzSgg/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjQyMDM1L2Zp/bGUtMGFmOGY3NmMz/YmExOGQ5NDIyYzY4/M2JkNWU1ZGEzMjIu/anBn.jpg)
![](/images/_moJY6pDmcUupv0kx2L3Uqft9dPuDg7m93sgBrXzSgg/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjQyMDM1L2Zp/bGUtMGFmOGY3NmMz/YmExOGQ5NDIyYzY4/M2JkNWU1ZGEzMjIu/anBn.jpg)
«Гендиректор Первого канала Константин Эрнст заявил, что люди в современном мире не готовы ходить в кинотеатры ради историй о катастрофах. Мнение о том, что из-за пандемии коронавируса и политической напряженности зрителям и без того «хватает страшненького, они хотят благостного»… он высказал на питчинге кинопроектов в Фонде кино. «В мире, в котором продолжается и неизвестно сколько будет продолжаться пандемия, тяжелейшая международная обстановка... не подзамучаете ли вы всех фильмами-катастрофами? — обратился к кинематографистам Эрнст. — По телевизору люди не хотят смотреть фильмы-катастрофы, у них вообще отрицание негативного материала. Не уверен, что они в кино в ближайшие годы будут рваться такие фильмы смотреть. Я думаю, что это значительное заблуждение периода стабильностей, когда все хорошо и хотелось бы посмотреть что-нибудь страшненькое. А когда страшненького хватает, люди хотят благостного в основном»… В 2020 году о выборе в пользу легких и романтических лент при распределении поддержки в прокате говорила министр культуры Ольга Любимова. Свою позицию она мотивировала тем, что уставшие от коронавирусных ограничений зрители «не готовы к серьезным драмам».
«Вы знаете Луи Майльстона? Когда он делал «На Западном фронте без перемен»… его вызвал к себе взволнованный хозяин [студии] и спросил: «Слушайте, Луи, говорят, в вашем фильме несчастный конец, это правда?» — «Да, это правда», — сознался Майльстон. «Это же невозможно! — завопил хозяин. — Американская публика не будет смотреть фильм с таким концом. Надо приделать другой конец». — «Но ведь фильм снимается по знаменитой книге Ремарка, а там конец именно такой», — ответил Майльстон. «Этого я не знаю, — нетерпеливо сказал хозяин, — я этого Ремарка не читал, и меня это не касается. Достаточно того, что мы заплатили массу денег за право инсценировки. Но я повторяю вам: американская публика не станет смотреть картину с таким концом». — «Ладно, — сказал Майльстон, — я сделаю другой конец». — «Вот и прекрасно! — обрадовался хозяин. — Как же это теперь получится?» — «Очень просто. У Ремарка войну выигрывают французы, как это и было в действительности. Но раз вы желаете обязательно изменить конец, я сделаю, чтобы войну выиграли немцы». Только этим остроумным ответом Майльстон спас свою картину. Она имела громадный успех. Но так бывает очень редко. Обычно даже известный, даже знаменитый режиссер вынужден делать все, что ему прикажут».
Илья Ильф и Евгений Петров. «Одноэтажная Америка»