![](/images/rXdTKuBCmgcjkeskuud1DhIOZA5vGiztFYsDVHC1ZTM/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjQwMTU4L2Zp/bGUtODg2MmRkMWVh/ODllZTkxZWI1OGE3/N2UwNmFiMTQ1Zjcu/anBn.jpg)
![](/images/rXdTKuBCmgcjkeskuud1DhIOZA5vGiztFYsDVHC1ZTM/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjQwMTU4L2Zp/bGUtODg2MmRkMWVh/ODllZTkxZWI1OGE3/N2UwNmFiMTQ1Zjcu/anBn.jpg)
«Запад еще не завершил информационную кампанию против российской вакцины от коронавирусной инфекции. Об этом заявила… официальный представитель МИД РФ Мария Захарова… «Очевидно уже, [что] много месяцев идет кампания против нашей вакцины. Хребтину этой информационной гидре преломили, кстати говоря, сами же западники после того, как начали либо сами вакцинироваться российской вакциной, либо просить о том, чтобы ее поставили… Но это не означает, что эта грязная информационная кампания завершена…» — сказала дипломат. Кроме того, она отметила стремление западных стран в условиях существующих у них связанных с пандемией проблем каким-то образом формировать у своего населения «неприятие всего того, что делает Россия»… Официальный представитель МИД РФ подчеркнула, что критические заявления западных стран о вакцинах от коронавируса, разработанных в России, происходят от бессильной злобы, им нечего противопоставить российскому опыту борьбы с пандемией. «Все, что они [страны Запада] говорят, заявляют и делают, — от бессильной злобы… крыть нечем, нечем отвечать», — сказала она. Захарова с сожалением отметила, что на Западе имели место «провалы» в противостоянии пандемии. «Почему провалы? Да потому, что все политизировано, потому что вокруг всего выстраивается жуткая канитель из какой-то политической интриги», — добавила она. «В этих самых цивилизованных странах министров заставляют уйти... главам правительств угрожают всем, чем угодно, отставкой, руководителям государств — импичментом за то, что они посмели поставить вопрос о том, а нельзя ли подумать над закупкой, например, российской вакцины. Да в этот момент нужно думать, как людей спасать, как людей лечить, как людей вытаскивать из этой жуткой ямы», — сказала дипломат, отметив, что в ходе подобных политических интриг происходит навязывание идеологии, которая носит разрушительный характер».
«К.М. Симонов, с которым в то время [в конце 1940-х годов] я часто встречался, рассказал мне, что Сталин придает большое политическое значение борьбе против низкопоклонства перед Западом. Кампания ширилась… Я с детства видел приниженность и спесь настолько породнившимися, что трудно было определить, где начинается одно и кончается другое. Часто, выслушивая наивные восхваления наших туристов, впервые оказавшихся за границей, я вспоминал созданную Мятлевым мадам де Курдюкофф. Комплекс неполноценности порождал комплекс превосходства. В одном и том же номере газеты можно было найти высокомерное заверение, что наша агрономия первая в мире, и сообщение о том, что какому-то голландскому негоцианту понравился русский балет. Достаточно заглянуть в Большую советскую энциклопедию, точнее, в ее тома, вышедшие до 1954 года, чтобы увидеть, к каким искажениям приводила кампания против низкопоклонства: о работах иностранных ученых говорилось бегло. Не лучше было и с историей искусства. Даже хозяйственники пытались проявить рвение, и сыр «камамбер» был переименован в «закусочный». Некоторые люди на Западе занялись легким, зачастую невежественным зубоскальством. Один крупный романист на митинге иронически заявил, что русские говорят о каких-то заслугах никому не ведомого радиотехника Попова. (Заглянув теперь в маленькую энциклопедию Ларусса, я увидел: «Беспроволочный телеграф изобретен в 1895 году Поповым (Россия) и Маркони (Италия)».) В палате депутатов Бидо издевательски сказал: «Нам объявляют, что великие открытия сделал некто Ломоносов». Я ответил в «Правде»: «Мне отвратителен национализм, я не терплю людей, которые оскорбляют культуру другого народа. Возмущаясь поведением г. Бидо, я отстаиваю пиетет не только перед Ломоносовым, но и перед Лавуазье. Великие люди остаются великими безотносительно к тому, что о них скажет некто Бидо».
Илья Эренбург. «Люди, годы, жизнь»