![](/images/VOV1xMxfRDHthAiKXuhWZKhPukBv_IoerjqJdHX2s9s/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjM2ODE1L2Zp/bGUtNjBiNmRhZTg4/MzVhMGNmZDRiODA0/OGQzYmE3OTYxNWQu/anBn.jpg)
![](/images/VOV1xMxfRDHthAiKXuhWZKhPukBv_IoerjqJdHX2s9s/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjM2ODE1L2Zp/bGUtNjBiNmRhZTg4/MzVhMGNmZDRiODA0/OGQzYmE3OTYxNWQu/anBn.jpg)
«Я приехал в Анголу, и меня представили президенту… Было много виски и вкусной еды, были омары. Я выпил виски, у меня закружилась голова, я подошел к стоящим чопорным гостям, остановился около одной из ближайших пар и попросил позволения у мужчины пригласить на танец его даму. Мужчина оторопел, что-то невнятно пробубнил, мне показалось, что он согласился, я обнял пышную африканку и повел ее танцевать. Мы танцевали одни, окруженные молчаливой, взирающей на нас толпой. Я видел близко бархатную черную шею и сверкающий голубой бриллиант… Теперь, спустя много лет, я вспоминаю эту теплую африканскую ночь, играющий джаз, сидящего глубоко в кресле президента Анголы душ Сантуша, голубой бриллиант на шее черной африканской красавицы».
Александр Проханов, писатель и публицист
«Я имею удовольствие быть знакомым, ежели графиня помнит меня», — сказал князь Андрей с учтивым и низким поклоном… подходя к Наташе и занося руку, чтобы обнять ее талию еще прежде, чем он договорил приглашение на танец. Он предложил тур вальса. То замирающее выражение лица Наташи, готовое на отчаяние и на восторг, вдруг осветилось счастливой, благодарной, детской улыбкой. «Давно я ждала тебя», как будто сказала эта испуганная и счастливая девочка, своей проявившейся из-за готовых слез улыбкой, поднимая свою руку на плечо князя Андрея… едва он обнял этот тонкий, подвижной стан, и она зашевелилась так близко от него и улыбнулась так близко ему, вино ее прелести ударило ему в голову: он почувствовал себя ожившим и помолодевшим…»
Лев Толстой. «Война и мир»