Ультраправая партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) впервые имеет шансы не просто технически занять первое место, но и сформировать региональное правительство. Это может произойти по результатам выборов 6 сентября в восточногерманской земле Саксония-Анхальт. Эксперты всерьез обсуждают сценарии, согласно которым АдГ хватит голосов для самостоятельного правления, а брандмауэр — добровольное обязательство других партий не сотрудничать с правыми радикалами — окажется бессильным. Приход «Альтернативы» к власти даже в такой небольшой и экономически слабой земле, как Саксония-Анхальт, может привести к серьезным проблемам для Берлина в самых разных областях, включая оборону и безопасность.
«План Германия» под угрозой
Правительство региона не может прямо влиять на внешнюю политику и оборону страны. Это исключительная прерогатива федерального центра в лице бундестага и правительства. При этом АдГ не скрывает своего отрицательного отношения к поставкам вооружений в Украину и планам перевооружения Европы. Партия называет действия Берлина «курсом на войну» и требует «восстановления партнерства с Россией».
Даже заняв кресло премьер-министра в Магдебурге, представитель партии не сможет изменить нынешний геополитический выбор ФРГ. Более того, авторы Основного закона Германии предусмотрели возможность конфликта федерального центра и земли, заложив защитные механизмы в текст сразу двух статей.
Статья 37 разрешает правительству применить меры принуждения, если местные власти отказываются следовать общенациональному решению. Согласно статье 85, федеральное правительство может отдавать прямые распоряжения землям в рамках так называемого «поручительного управления»: скажем, Минтранспорта ФРГ – Минтранспорту земли. Но не всё так просто.
В случае расширения войны в Европе и введения в действие механизма статьи 5 Устава НАТО гражданские власти и военные ФРГ начнут применять «Оперативный план Германия». Это комплекс мобилизационных и логистических мер — в частности, переброска крупных воинских контингентов и техники с западных и южных регионов Европы на восток. Территория Германии автоматически станет ключевым хабом для осуществления оборонительных мероприятий. На это рассчитывают союзники Берлина. Точные маршруты передвижения колонн засекречены, но ряд факторов говорит о том, что Саксонии-Анхальт отведена важная роль в этих планах.
Во-первых, земля расположена географически идеально, «на полпути» между западной частью страны и Польшей. Это практически единственный путь для быстрого реагирования. Как в непосредственной близости от ее административных границ, так и в самой Саксонии-Анхальт расположено немало важных баз и логистических центров бундесвера.
Во-вторых, именно в этом регионе в последние годы прошла масштабная санация сети железных дорог, автобанов и второстепенных шоссе. Многие из них считаются сейчас одними из лучших в Германии. В планах до 2029 года — дальнейшая модернизация центральных железнодорожных узлов в Магдебурге и Дессау, а также расширение пропускной способности трассы Магдебург — Берлин. Несомненно, на это сделана ставка.
В-третьих, в Саксонии-Анхальт расположен оперативный центр, который журналисты считают одним из значимых элементов логистики в случае реализации запланированных мер. Исследователи также признают особую роль региона в гипотетической ситуации обороны от внешней агрессии против ЕС.
Земельное правительство при желании может значительно замедлить передвижение военных колонн именно в тот момент, когда будет дорог каждый час. Условный премьер Саксонии-Анхальт, выступающий «против эскалации» и «за поиск компромиссов за столом переговоров», может отказаться оформить разрешение на проезд тяжелой и в особенности гусеничной военной техники по территории региона. Выдача разрешительной документации находится в компетенции профильного земельного управления.
Земельное правительство может значительно замедлить передвижение военных колонн тогда, когда будет дорог каждый час
Также военные конвои должны передвигаться исключительно в сопровождении полиции — ее сотрудники будут закрывать проезд для гражданского транспорта. А органы правопорядка подчиняются местной власти.
Наконец, не в федеральном центре, а на местах решаются вопросы использования региональной инфраструктуры, например выделение территории под обустройство палаточных лагерей, обеспечение снабжения электроэнергией, водой и топливом. Даже обмен информацией между центральными структурами управления и оперативным узлом в Магдебурге может быть заметно осложнен.
Нет сомнения, что в чрезвычайной ситуации Берлин немедленно воспользовался бы своим правом, предусмотренным соответствующими статьями Основного закона. Вполне можно предположить, что не каждый высокопоставленный офицер полиции согласился бы откровенно саботировать оборонительные меры. Но драгоценные часы, а то и дни были бы утеряны. И это может привести к серьезным последствиям для всей оборонительной стратегии Германии и НАТО.
Бюрократия как оружие
Германская бюрократия известна далеко за пределами страны. С одной стороны, точное и скрупулезное соблюдение буквы закона и каждой запятой в нормативном акте, следование процедуре являются залогом исправной работы правового государства, укрепляют его и снижают зависимость от власти.
С другой — то, что делает систему стабильной, одновременно означает и ее уязвимость для вполне легитимных, пусть и бессмысленных исков. Хотя основные политические требования «Альтернативы» неосуществимы без одобрения бундестага и федерального правительства, у земли есть достаточно механизмов, чтобы весьма осложнить жизнь канцлеру и коалиции.
Земля — весомый игрок на политическом поле Германии. В бундесрате, палате земель, утверждается почти 40% законов, принятых бундестагом. И это отнюдь не автоматическое одобрение: за историю ФРГ вето бундесрата применялось более ста раз.
Причем часть начинаний, утвержденных правительством и верхней палатой парламента (например, недавние выплаты населению, где требовалось софинансирование регионов), так и не были разблокированы. У Саксонии-Анхальт всего 4 места в бундесрате из 69, но это вовсе не означает ее правовую слабость.
Уже сейчас фракции АдГ в бундестаге и в ландтагах нередко применяют тактику давления на исполнительную и законодательную власть путем подачи множества инициатив, проектов и запросов. Нередко они не имеют под собой юридического обоснования, но система обязана реагировать на них.
Для АдГ это возможность показать своим избирателям активность и убедить их в собственной эффективности как «единственной настоящей оппозиции». Более того, около 7 тысяч запросов АдГ только касательно состояния критической инфраструктуры и обороны страны в период 2020–2025 годов вызывают у политиков и журналистов серьезные опасения.
Получив голоса в бундесрате и новый рычаг воздействия, «Альтернатива» вполне может довести этот процесс до абсурда и ощутимого стресса для госуправления. Земля является так называемым «конституционным органом», обладающим правом подачи иска в Конституционный суд ФРГ. Согласно неписаным правилам игры, земельное правительство крайне редко прибегает к этому инструменту — только в тех случаях, когда права региона серьезно нарушены, а многочисленные согласительные советы с федеральным центром не принесли результата.
По статистике, иски земель составляют лишь 1% от общего объема дел, рассматриваемых в Конституционном суде. В абсолютных величинах это несколько десятков жалоб за последние 60 лет. Немного более распространены, хотя тоже редки, запросы в суд о проверке законности того или иного федерального закона. В среднем Конституционный суд получает два-три таких запроса в год, то есть статистически менее чем один запрос от каждого земельного правительства за всю его пятилетнюю каденцию. Однако количество любого типа обращений земли в Конституционный суд юридически никак не ограничено.
Земля под управлением АдГ вполне может пренебречь неписаными правилами и буквально забросать Конституционный суд исками по любому закону, принятому бундестагом. В первую очередь это может коснуться самых чувствительных для радикального электората вопросов: въезд и пребывание иностранных граждан, прием беженцев, экология и финансирование развития возобновляемых источников энергии, программы в области гендерного равноправия, меры по укреплению европейского единства и другие.
АдГ вполне может буквально забросать Конституционный суд исками по любому закону, принятому бундестагом
Теоретически возможны и блокировки налогового законодательства, что может поставить под угрозу бесперебойное функционирование фискальной системы страны. Безусловно, федеральные законы не подпадают под суспензивное действие, то есть их вступление в силу не будет приостановлено в связи с наличием жалобы. Но массовая атака на Конституционный суд не может не сказаться на его продуктивности, а косвенно – и на работе органов госуправления.
Также земля имеет право на так называемое срочное ходатайство, что действительно означало бы блокирование закона до вынесения итогового решения. Как правило, Конституционный суд удовлетворяет такое ходатайство лишь в исключительных случаях, если истец подтвердит факт тяжелого ущерба региону и его жителям, который может нанести вступление закона в силу. Но здесь появляется достаточно пространства для правовых интерпретаций и юридического крючкотворства.
Наконец, четыре места в бундесрате — всего 3% от общего состава. Но при определенных условиях и они могут стать «золотой акцией». Появление АдГ и в бундесрате в ранге правящей в земле партии приведет к дальнейшей легитимизации «Альтернативы». При возникновении серьезного конфликта между землями и патовой ситуации одна из сторон может не избежать соблазна заключить временный союз с АдГ и за счет голосов Саксонии-Анхальт добиться победы в споре. Политически это проще и быстрее, чем идти путем дальнейших переговоров и судебных исков.
Изменить систему
Понятно и объяснимо пристальное внимание иностранных, да и многих германских наблюдателей исключительно к федеральной политике. Земельный уровень кажется скучным и не слишком важным. Но в федералистской модели неспроста именно регион — один из самых значимых носителей политики. В компетенции земли находятся многочисленные рычаги госуправления. И здесь для АдГ есть уже не косвенные, а прямые возможности изменить многое.
Только земля ответственна за образование: полностью за школьное и в значительной степени за высшее. В Германии преподаватель не обязан слепо следовать учебнику до запятой и имеет довольно много свободы в формировании концепции урока. Но условному правительству Саксонии-Анхальт под эгидой АдГ вполне было бы под силу переформатировать учебный процесс.
Взгляд «Альтернативы» в первую очередь направлен на предмет «история». Партия не скрывает своего отторжения сложившейся в ФРГ формы исторической памяти и восприятия событий прошлого. Для нее желательным был бы отход от чувства вины (точнее, коллективной ответственности) германского народа за преступления нацизма, а также негативной оценки милитаризма Второго рейха и Пруссии, периода колониализма и ряда исторических личностей за последние 150 лет.
Вместо этого АдГ хочет воспитывать немецких патриотов, гордых за свою страну и не фокусирующихся на темных страницах ее истории. Такой подход может найти отражение в новых учебных планах, которые учителя не имеют права игнорировать.
АдГ хочет воспитывать немецких патриотов, гордых за свою страну и не фокусирующихся на темных страницах ее истории
Также земельное Минобразования в состоянии оказать достаточно административного и финансового давления на школы и вузы, чтобы прекратить проекты против расизма, ксенофобии, гомофобии или сексизма. АдГ крайне негативно относится к вопросам гендерного равенства и многообразия, феминизма, а также к использованию гендерно нейтрального языка. Все это может уйти в прошлое.
Понятно, что при таком сценарии немалую роль сыграл бы человеческий фактор. Будут ли готовы тысячи учителей, чиновников и администраторов подчиниться новым правилам игры? Здесь в дело вступает второй важный массив полномочий земельного уровня — кадровая политика. В Саксонии-Анхальт на государство работают около 115 тысяч человек. Это 12% всего трудоспособного населения.
В регионе с высоким уровнем безработицы, низкими зарплатами и весьма незавидными перспективами на свободном рынке труда какая-то часть управленцев может смириться с реалиями. А на должности высшего и среднего звена за пять лет до следующих выборов АдГ вполне может назначить «идеологически близкий» персонал. Это касается и земельного Центра политического просвещения, важной госорганизации по поддержке демократии, которую новое правительство может реструктуризировать до неузнаваемости.
Наконец, правительство земли контролирует полицию и внутреннюю спецслужбу, ведомство по защите Конституции. Именно эта структура еще в ноябре 2023 года признала земельную организацию АдГ в Саксонии-Анхальт» «определенно правоэкстремистской», присвоив ей самый «высокий» статус. «Выше» только запрет партии.
В случае прихода к власти у «Альтернативы» возникнет соблазн реванша ведомству. А в земельной полиции и без того уже не раз были скандалы с появлением расистских и антисемитских сообщений в служебных чатах. Правозащитники же год от года фиксируют рост случаев неправомочного применения силы, включая нанесение телесных повреждений задержанным.
Не исключено, что какая-то часть местных полицейских вполне благосклонно восприняла бы «сильную руку» у власти, а руководство вполне можно заменить. Кроме того, земельный глава МВД обладает полномочиями блокировать даже отдельные операции правоохранительных органов, узнавая о них еще на стадии планирования. И условный министр от АдГ этим, без сомнения, воспользовался бы.
Не в последнюю очередь появление правительства под руководством «Альтернативы» даже на уровне земли стало бы сокрушительным ударом по брандмауэру. Если в бундестаге другим партиям кое-как удается игнорировать фракцию АдГ, то земельного премьера и его кабинет избегать не получится.
Основной закон ФРГ прямо предписывает землям кооперироваться друг с другом. Без этого германский федерализм был бы просто неработоспособным. На практике регионы действительно связаны политическими нитями — от бундесрата, где царит иной модус сотрудничества, чем в соседней палате парламента, до формата совместных заседаний профильных земельных министров. В ФРГ они называются конференциями. На данный момент такие конференции работают по 21 направлению — от совещаний глав земель до министров внутренних дел, экономики, юстиции или транспорта.
Приход АдГ к власти в Саксонии-Анхальт может стать последним вкладом в дело «нормализации» этой партии.
