Как выяснил The Insider, Россия стремительно создает свою индустрию литий-ионных аккумуляторов для FPV-дронов. На это указывает резкий рост поставок в страну материалов, необходимых для сборки этой детали (по некоторым видам — в несколько раз). Развитие этой отрасли в России значительно затруднит для Запада возможность влиять на обеспечение российской армии дронами.
Летом 2025 года на небольшой отраслевой выставке в Екатеринбурге директор дочерней компании «Росатома» «Рэнера» Анастасия Михайлова заявила о революционных амбициях России в области создания комплектующих для дронов. Ее заявление прозвучало завуалированно и почти никем не было замечено. Из федеральных СМИ Михайлову процитировал только ТАСС. Однако оно означало ни больше ни меньше, как курс на полную производственную автономию в создании самого смертоносного оружия современной войны.
Захваченное месторождение в Украине
Россия в лице «Росатома» намерена до 2030 года полностью локализовать производство литий-ионных аккумуляторов. Это сообщение последовало спустя всего две недели после того, как ВС РФ захватили крупное месторождение лития — единственное в этой части света. Оно находится в Украине, в поселке Шевченко Донецкой области.
В Украине это месторождение лития считалось одним из самых перспективных для разработки. Государственная служба геологии и недр оценивала содержание оксида лития в местных породах в 1,24%. Для сравнения: на крупных месторождениях в Австралии, где литий также в основном добывают из минералов, содержание оксида лития составляет примерно 1—3%.
Россия так стремилась завладеть этим месторождением, что первые сообщения о его захвате появились уже в январе 2025 года. В действительности российской армии удалось установить над ним контроль лишь полгода спустя.
Россия так стремилась завладеть месторождением, что сообщила о его захвате за полгода до установления реального контроля
Своего лития в России в объемах, достаточных для самостоятельного производства батарей, не добывают. До полномасштабной войны его получали из Чили (в виде карбоната) от фирм Albemarle Limitada и SQM, перерабатывали в гидроксид лития и вывозили обратно за границу.
Однако несколько лет назад этот бизнес, из которого потенциально могло что-то перепасть и будущим российским аккумуляторщикам (а тогда их было совсем мало), закрылся. Поэтому на помощь в создании аккумуляторной индустрии в России, по сути, пришли китайские компании.
По данным Conflict Intelligence Team, именно беспилотники — наиболее смертоносное оружие этой войны, которое ответственно за 42% смертей гражданского населения (в 2025 году) и более 80% гибели военных (в 2026-м). На фронте именно FPV-дроны — основное наступательное оружие и средство контроля «полосы инфильтрации».
Как ранее писал The Insider, FPV-дроны в России собирают в основном из китайских деталей по принципу детского конструктора. Подобный способ формально нарушает в том числе китайские законы, так как Пекин в принципе запрещает экспорт деталей для военной техники как в Россию, так и в Украину. Для FPV-дронов нужны электромоторы, контроллеры полета, оптическое волокно и аккумуляторы.
Пока что Россия не может коммерчески доступно, эффективно и быстро производить базовые компоненты дронов, в частности литий-ионные аккумуляторные батареи, но уверенно к этому идет.
Рост поставок электролитов
В литий-ионных аккумуляторах используется специфичный электролит на основе гексафторфосфата или тетрафторбората лития. The Insider выяснил, что в первом квартале 2025 года в Россию ввезли более 6,6 тонны электролита для литий-ионных батарей и тетрафторбората в пересчете на электролит, то есть более 26 тонн в пересчете на электролит в расчете на год.
Доля электролита на основе гексафторфосфата лития в готовом изделии — примерно 15% по массе от аккумулятора. Если исходить из того, что типичный аккумулятор весит порядка 1 кг, получается, что из 26 тонн можно произвести аккумуляторы примерно для 150 тысяч FPV-дронов.
Для сравнения: в 2024 году электролита и гексафторфосфата в пересчете на электролит в Россию импортировали 9 тонн, в 2023 году — 12 тонн, в 2022 году — 4 тонны. Такой рост может свидетельствовать о серьезном развертывании аккумуляторной индустрии в России.
Основные производители завозившегося в Россию товара — китайские Huizhou Capchem Chemicals, Jiujiang Tinci Materials Technology, Weifang Tianyuan Battery Material и Huzhou Kunlun Enchem Battery Materials. Поставщики — Shenzhen Capchem Technology, Shanghai Ginger Logistics International, Hainan Goodwin Trade, Gensync Chem.
Главным российским импортером электролитов для литий-ионных батарей стало ООО «Обруч ДВ». В последнее время их также завозили компании АО «АК Ригель», ООО НПО «Ленэнергомаш», ООО «Уралтехимпорт».
«Уралтехимпорт» еще в 2011 году заключил контракт на поставку оборудования для проекта «Реконструкция производственного комплекса химических источников тока и батарей специального назначения» в рамках федеральной целевой программы «Развитие оборонно-промышленного комплекса». В последние годы главным контрагентом «Уралтехимпорта» было АО «Уралэлемент», принадлежащее корпорации «Тактическое ракетное вооружение» (через АО «Концерн „МПО Гидроприбор“»).
Помимо этого, «Уралтехимпорт» завозил поддоны для аккумуляторов, катодный материал фирмы Tianjin Guoan Mengguli New Materials Science & Technology и анодный материал фирмы Shanghai Shanshan New Material. Также предприятие закупало полипропиленовые сепараторы фирм Shenzhen Hongrui Keji и сушильные шкафы. Это практически полный набор для сборки аккумулятора. Правда, в поставках нет алюминиевых и медных электродов — вероятно, их делают в России. В остальном «локализация» и здесь устроена словно конструктор: все материалы и техника завозятся из Китая, и дальше из них собирают готовое изделие.
О том, что «Уралтехимпорт» интересуется именно техникой для дронов, можно косвенно судить и по тому, что он закупал тонкие листы из сплава магния (90%) и алюминия, которые используются в авиации для изготовления легких и прочных корпусов.
Катодный материал
Готовый катодный материал для батарей — это смесь оксидов лития, кобальта и других веществ. Импорт оксида кобальта, предназначенного для аккумуляторной промышленности, составлял 5,8 тонны в квартал в 2025 году против 400 кг за квартал предыдущего года. Таким образом, даже за один год импорт вырос в 15 раз! Покупали их в основном ООО «Обруч ДВ» и ООО «Трейдком».
В 2025 году чистого гидроксида лития в Россию ввезли 93 тонны в квартал, карбоната — 130 тонн. При этом последний завозился как карбонат лития для строительных целей (ускоритель схватывания цемента), так и для аккумуляторной промышленности. Карбоната лития аккумуляторного качества было импортировано 80 тонн.
Основной производитель качественного карбоната лития для аккумуляторов, ввозившегося в Россию, — Sichuan Zhiyuan Lithium Industries Ing. Покупатель — фирма-перепродавец ООО «Промторг-Инвест». Исходя из примерного веса типичного аккумулятора для дрона и доли лития в нем, можно оценить, что поставленного литиевого сырья могло бы хватить на несколько сотен тысяч аккумуляторов.
«Уралтехимпорт» и его партнеры, судя по всему, действительно пытаются что-то сделать из первичного сырья. А вот заявленная «Росатомом» локализация производства в городе Неман Калининградской области — завод «Рэнера» — пока что выглядит совсем просто. Они купили в Южной Корее у своей дочерней компании Enertech International готовые литий-ионные аккумуляторные ячейки (56 тонн только за первый квартал 2025 года) и объединили их в батареи. Но, похоже, развивать российское производство в какой-то момент они все-таки планируют, поскольку у корейской компании Jktech закуплены сушильные шкафы.
Впрочем, провоенные пропагандисты делают оговорку: завод в Немане «пока что» не заточен на производство «батарей оборонного назначения». Фабрика, дескать, будет выпускать тяговые аккумуляторные батареи для электротранспорта и батареи для стационарных систем хранения электроэнергии.
Резкий рост за два года (в десять и более раз) закупок электролита и катодного материала позволяет с уверенностью говорить: в России практически с нуля возникает аккумуляторная отрасль. Причем, по всей видимости, фактическое ее развитие, как бы это ни было удивительно, опережает бравурные заявления региональных чиновников. Можно предположить, что они просто боятся раньше времени подпасть под санкции.
