РИА «Новости» в публикации под заголовком «Экс-пресс-секретарь Зеленского заявила о разрушении энергосистемы Украины» пишет:
«Энергосистема Украины фрагментирована, а нефтеперерабатывающие заводы разрушены, заявила бывшая пресс-секретарь Владимира Зеленского Юлия Мендель.
„Наша энергетическая система фрагментирована, нефтеперерабатывающие заводы разрушены, а ужасы на передовой продолжаются“, — написала Мендель в своем аккаунте в социальной сети Х.
По ее словам, за первые семь месяцев 2026 года были атакованы 37 АЗС группы „Нафтогаз“. Она отмечает, что некоторые из были отремонтированы, но остальные не работают. Для обычных украинцев это приводит к более длинным очередям, более высоким ценам на топливо и растущим трудностям с поиском работающих АЗС, поскольку энергетическая инфраструктура страны продолжает систематически разрушаться, указала она».
Приводим полный текст поста Мендель (оригинал на английском языке):
«В 2026 году Россия уже уничтожила 37 АЗС „Нафтогаза“.
Это еще одно доказательство того, что эскалация, выбранная в качестве „стратегического хода“, была чистым самообманом — и она влечет за собой катастрофические последствия для Украины.
Наша энергетическая система раздроблена, нефтеперерабатывающие заводы уничтожены, а на передовой продолжаются ужасы войны. Теперь даже объекты „Нафтогаза“ — главной нефтегазовой компании Украины — подвергаются прямым ударам.
За первые семь месяцев 2026 года российские удары разрушили 37 автозаправочных станций группы „Нафтогаз“. Некоторые из них были отремонтированы, остальные остаются в руинах и не работают.
Для обычных украинцев это означает более длинные очереди, более высокие цены на топливо и растущие трудности с поиском работающих АЗС, поскольку энергетическая инфраструктура страны продолжает систематически разрушаться».
Мендель права в оценке количества разрушенных российскими дронами и ракетами АЗС. О 37 станциях писала «Украинская правда» , ссылаясь на пресс-службу «Нафтогаза». Но ее выводы выглядят крайне странно.
До начала полномасштабной войны в Украине работало около 7000–7500 АЗС различных сетей. После оккупации части территории их осталось ориентировочно 5000–6000, в том числе 540–560 группы «Нафтогаз» (бренды UKRNAFTA и «Укргаздобыча»). Таким образом, 37 пострадавших АЗС, часть которых уже восстановлена, составляют 6–7% сети UKRNAFTA и меньше 1% всех АЗС Украины. Вряд ли их потеря может оказать существенное влияние на энергосистему страны, хотя ситуацию на местах, особенно в приграничных районах, осложняет.
Розничные цены на бензин А-95 в Украине в течение 2025 года были достаточно стабильны — в диапазоне от 56 до 59 гривен за литр. В 2026 году отмечается рост до 82 грн/л, но это обусловлено не столько повреждениями инфраструктуры в результате российских ударов, сколько ростом мировых цен, вызванным военными действиями в Персидском заливе.
Мендель справедливо отмечает, что украинские НПЗ уничтожены, но умалчивает, что это произошло еще в 2022 году. С тех пор Украина импортирует все нефтепродукты из стран ЕС. Что же касается фрагментации энергосистемы, здесь Мендель, похоже, несколько запуталась в терминологии. О фрагментации обычно говорят применительно не к топливной системе, а к электроэнергетике, и это означает не деградацию системы, а стратегию ее адаптации к постоянным российским ударам. Украинское издание «Зеркало недели» в феврале 2026 года писало:
«Во время войны ОЭС показала, с одной стороны, свои преимущества — возможность перебрасывать электричество между регионами. А с другой — свои недостатки: зависимость от больших узлов, риски каскадных отказов при авариях, потребность в дорогом импорте в пиковые моменты, потери на транспортировке и распределении.
Поэтому, вероятно, необходимо двигаться к модели локальных контуров устойчивости — „энергетических островов“, когда критическая инфраструктура (вода, больницы, тепловые узлы, связь) и часть города могут жить в режиме автономии, даже если магистральная система обеспечения электричеством в стрессе. Это означает не разрыв ОЭС, а возможность временной автономной работы на отдельных территориях».
В украинской прессе о дефрагментации и «энергетических островах» говорят двояко: и как о цели России разрушить украинскую систему электроэнергетики, и как об украинской ответной стратегии децентрализованной генерации и энергетической автономности районов.