![](/images/Ivlj97OSj3Ez4cdJPwZgDt6OSCo6vMsKMswGHfXrOoM/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjY4MTgzL2Zp/bGUtMDE3MGJmZTJm/MDdjYjEyNjUxMGNh/YTk0MjM3MjQ5OTQu/anBn.jpg)
![](/images/Ivlj97OSj3Ez4cdJPwZgDt6OSCo6vMsKMswGHfXrOoM/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjY4MTgzL2Zp/bGUtMDE3MGJmZTJm/MDdjYjEyNjUxMGNh/YTk0MjM3MjQ5OTQu/anBn.jpg)
«Российская газета» опубликовала материал под заголовком «Политолог Тетре: ВС РФ к апрелю возьмут под контроль Одессу и Харьков», где говорится:
«К апрелю 2024 года Украина потеряет выход к Черному морю, когда российская армия возьмет под контроль Одессу и Харьков. Об этом заявил французский политолог Брюно Тетре.
В статье для Le Point он пишет, что украинский конфликт завершится в октябре 2025 года, а уже ближайшей весной, на фоне истощения поддержки ВСУ со стороны Запада, российские войска смогут прорвать оборону на юго-востоке и северо-востоке и взять под контроль Харьков и Одессу.
„Октябрь 2025 года. В безобидной военной казарме недалеко от Запорожья временный президент Украины подписывает перемирие с главнокомандующим российскими войсками”, — рисует Тетре финал конфликта».
![](/images/qHKlxKcaPhnNkIYqxm_vrW25V2vvTPHQPG5Xxk5FGQs/rs:fill:433:562:0:0/dpr:2/q:80/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL2Nv/bnRlbnRfYmxvY2sv/aW1hZ2UvMjEzNDIv/ZmlsZS0yYWJjZjQz/NGIyOTVhMjFkNDdi/M2QwYjZkMzcwMzg4/NC5qcGc.jpg)
На самом деле известный французский политолог Брюно Тертре (а не Тетре, как его называет «Российская газета») в статье для Le Point действительно описывает такой сценарий развития событий. Правда, на 2024 год он никаких прогнозов не дает; все, что он пишет, включая потерю Одессы и Харькова, относится к следующему году. Но интереснее всего то, что российское государственное издание постаралось не заметить такую фразу:
«Такой сценарий поражения возможен. Маловероятен, но возможен».
Тертре описывает самый неблагоприятный исход войны в 2025 году:
«Измученная более чем тремя годами войны, Украина решила, что ее выживание требует компромисса. В апреле российские войска прорвали украинскую систему на юго-востоке и северо-востоке и захватили Харьков и Одессу, лишив Киев доступа к морю и подведя Россию к воротам Европы. Владимир Путин торжествующе объявляет о „поражении Запада” и „второй победе над нацизмом”. В честь победоносной действующей армии планируется парад на Красной площади. ФСБ уже работает над строительством около 30 постоянных объектов вдоль Днепра. Созданы следственные и пыточные комплексы. Китайские компании объединяют усилия для восстановления страны. На его западных границах около десяти гигантских лагерей, финансируемых Европейским Союзом, принимают перемещенных лиц, число которых уже составляет несколько сотен тысяч. Украинцы подсчитывают своих пропавших без вести, включая тысячи детей, насильно вывезенных в Россию».
Но этот маловероятный, как пишет Тертре, вариант — не прогноз. Это лишь описание худшего из возможных сценариев. И статья вовсе не о том, что поражение Украины становится реальностью; автор пишет что оно, если случится, станет катастрофой для всей Европы и всего мира:
«Этот сценарий был бы кошмарным для Украины, но не только. Это также было бы справедливо и для Европы в целом. Частично отвоеванная Украина станет в лучшем случае новой Беларусью — территорией под контролем России, — а в худшем случае большим Приднестровьем — черной дырой в сердце Европы под влиянием Москвы. <…>
И Россия, вероятно, не остановилась бы на достигнутом. Как только российская армия будет восстановлена, Москва впервые за сорок лет станет прямой угрозой для Европы. Потому что, если Украина занимает особое место в российской имперской истории и в сознании Владимира Путина, у него не будет причин останавливаться на достигнутом. Во-первых, потому что его цель по ослаблению Европы, а демократия, свобода и верховенство закона представляют собой экзистенциальную угрозу мафиозному синдикату, находящемуся у власти в Москве, останется не достигнутой. Потому что, по мнению Путина, власть может быть сохранена только в условиях перманентной войны — от Чечни до Украины через Грузию и Сирию. Западные жители были наивны, полагая, что они смогут привязать Россию к Европе и интегрировать ее посредством взаимозависимости. Путин объявляет себя защитником „русского мира” от угрожающего „коллективного Запада”. По его мнению, границы России „нигде не заканчиваются”».
Более того, по мнению Тертре, поражение Украины воодушевит экспансионистские и националистические силы в других странах, прежде всего, в Китае, который может решиться на захват Тайваня. Французский политолог пишет:
«Министр иностранных дел Украины не ошибается, предсказывая в таких обстоятельствах риск „не столько Третьей мировой войны, сколько Первых мировых войн во множественном числе: маленьких горячих войн между государствами, более сильные из которых почувствуют, что могут делать что угодно с более слабыми соседями”. <…>
Более того, Европа потеряет всякую возможность влиять на судьбу России, народ которой заслуживает лучшего, чем рабство, к которому приговаривает его нео-царь Путин».
Но Тертре не считает эту апокалиптическую картину неизбежной:
«Украина может победить, как за счет истощения, так и за счет маневра. Через истощение: заставить Россию заплатить максимально возможную цену; это уже делают сегодня украинские силы, и в конечном итоге это принесет результаты. Маневренным путем: ослабить контроль Москвы над Крымом, чтобы дестабилизировать Кремль; это вполне реальная цель.
Мы не знаем, что будет с поддержкой США после января 2025 года, когда следующий президент и Конгресс вступят в свои полномочия. Европейцы должны любой ценой быть готовыми к сценарию прекращения помощи со стороны США. Таким образом, у них остался всего один год, чтобы привести себя в истинно боевой порядок. Хорошая новость заключается в том, что появляется новый источник финансирования: российские активы, замороженные за границей…
У Запада также осталось несколько месяцев, чтобы принять стратегические решения, которые сделают победу возможной. В частности, американцы должны позволить украинцам нанести удар вглубь территории России, или же немцы должны поставить ракеты Taurus в количестве, способном сделать это возможным. Эммануэль Макрон прав: „Мы не можем смириться с победой России на Украине. Мы должны стоять рядом с Украиной, потому что там на карту поставлена наша способность жить в мире”».
Но из всего этого «Российская газета» умудрилась обратить внимание только на слова о потере Харькова и Одессы и о фактической капитуляции Украины. Хотя, по мысли Тертре, это крайне маловероятно хотя бы потому, что Запад просто не может позволить такому случиться — для него это вопрос выживания.