Президент Литвы Даля Грибаускайте рассказала журналу Foreign Policy о «зеленых человечках» Путина, о нетрадиционной войне, которую ведет Россия, и о том, верит ли на самом деле Трамп в НАТО. The Insider предлагает полный перевод статьи.
Даля Грибаускайте, президент Литвы, — политик, который находится на передовой «нетрадиционной войны» против экспансионистской Москвы. В своем интервью она раскрывает причины, по которым на территории Литвы нужны американские войска, чтобы предотвратить нападение России. Мы публикуем фрагменты из интервью.
— Вы просили о размещении американских войск в Литве на постоянной основе?
— Да, американские войска в Европе все еще находятся в основном в Германии и западной Европе, а под угрозой в основном восток — Польша и страны Балтии. Поэтому мы рекомендуем разместить здесь американские войска на постоянной основе. Нам также нужна противовоздушная оборона.
— Которой сейчас у вас нет?
— Нет, а она необходима. Невозможно защитить свою территорию и наземные войска, если у вас нет ПВО.
— Насколько велика российская угроза Литве?
— Россия угрожает не только Литве, но всему региону и всей Европе. Сейчас мы видим, как она ведет себя в Калининграде — российском анклаве у нашей границы. Они разместили там ракеты, способные нести ядерный заряд, и европейские столицы оказались в радиусе их поражения. Теперь это касается не только балтийского региона.
— Вы беспокоитесь, что придут «зеленые человечки» — предполагаемые российских солдаты, — так же, как в Украине?
— Это можно сделать разными способами; один из них — «Запад-2017», крупные российские военные учения в Белоруссии, которые ожидаются осенью. Ввести на нашу территорию так называемых «зеленых человечков» будет очень трудно, потому что они не говорят по-литовски, а русскоязычного населения у нас мало.
— Опасаетесь ли вы, что Россия может занять Сувалкский коридор (64-километровую полосу на границе Литвы и Польши), из-за чего НАТО в случае кризиса будет трудно направить в балтийские страны дополнительные войска?
— Да, они могут нас отрезать. Именно по этой причине мы просим о постоянном военном присутствии на нашей территории; кроме того, мы нуждаемся в ПВО, так как Россия контролирует небо.
— Что об этом говорят США?
— Мы медленно приближаемся к соглашению.
— С США или с НАТО?
— И с теми, и с другими. В 2010 году мы начали обсуждать с НАТО планы обороны балтийских государств. Сейчас эти планы у нас есть, но их недостаточно при таком агрессивном поведении нашего соседа — России.
Нам нужны войска на нашей территории. В прошлом году на саммите в Варшаве мы договорились, что в Польше, Литве, Латвии и Эстонии будет по одному батальону, и они уже здесь. Группировку в Литве возглавляет Германия, но в ее составе военные семи стран.
— Считаете ли вы, что Запад будет придерживаться 5-й статьи Североатлантического договора, касающейся коллективной безопасности?
— Я думаю, что 5-я статья уже на нашей территории — военные из батальона НАТО обязаны защищать нашу страну. Здесь по меньшей мере семь стран НАТО.
— Что вы думаете по поводу взглядов президента Дональда Трампа в отношении НАТО?
— Я думаю, что критика, высказываемая президентом, отчасти обоснованна, в особенности то,что касается оборонных расходов. Все члены НАТО должны вносить больший вклад. Мы, литовцы, в этом году затрачиваем на оборону 1,8% нашего ВВП, а на следующий год затратим 2,1%. Критика со стороны президента Трампа оправданна.
— Но разве президент Трамп не ставил под сомнение значимость НАТО?
— Я не интерпретирую его слова таким образом.
— Каким, по вашему мнению, будет следующий ход президента России Владимира Путина?
— Никто этого не знает, но ясно, что он будет пользоваться любой возможностью спровоцировать нас. И он сделает ровно столько, сколько мы ему позволим сделать. На него оказывают огромное давление внутри страны, и ему необходимы внешние враги. Мы видели, как он периодически находит врагов то в одном регионе, то в другом. Европа — один из регионов, куда он не прочь экспортировать дестабилизацию.
— Вы имеете в виду его вмешательство в выборы во Франции?
— Повсюду он поддерживает ультраправые и ультралевые политические силы. И везде мы видим кибернетические, информационные и пропагандистские атаки.
— Усилились ли такие атаки после вторжения в Крым?
— О, да. После Крыма Кремль стал намного больше вкладывать в пропагандистcкую и информационную войну. На нашей территории мы уже в ситуации нетрадиционной войны из-за [постоянных] кибератак, телевизионной пропаганды и информационных атак России. Мы все время с этим сталкиваемся. Они пытаются вложиться в некоторых политиков. И вбрасывают фейковые новости.
— Россия дает деньги политикам?
— Да. Теперь это повсюду их стандартное поведение.
— Что вы делаете, чтобы этому противостоять?
— В течение трех месяцев мы блокировали вещание нескольких очень агрессивных телеканалов. Мы на нашей территории пытаемся разоблачать пропагандистские мифы. К примеру, когда прибыл батальон, возглавляемый Германией, прошла фальшивая информация о том, что немецкий солдат изнасиловал литовскую девушку. Мы немедленно отреагировали и показали, что это ложь. Мы проверили имя, и выяснилось, что такого человека не существует.
— Ощущаете ли вы, что на США можно рассчитывать?
— Мы доверяем Соединенным Штатам; независимо от того, какая там администрация, наше партнерство остается сильным.
— Что непосредственно сейчас происходит в Украине?
— Мы стараемся помогать им чем можем, предоставляя гуманитарную, военную и политическую поддержку.
— Как по-вашему, может ли украинское правительство выжить?
— Меня не особенно интересуют правительства. Для меня важно будущее страны и ее народ. Это уже третий президент Украины, с которым я работаю. Наша цель — поддержать Украину, помочь ей справиться с коррупцией и освободиться от зависимости от России, то есть стать более европейской страной. На их территории происходит война, и мы должны быть терпеливы по отношению к ним.
— Считаете ли вы, что санкции дают должный эффект?
— Санкции были введены после Крыма, и я не думаю, что есть какие-то причины их отменять.
— Согласятся ли с вами европейцы?
— Посмотрим. Это непросто. У разных стран разные мнения. Но Россия постоянно демонстрирует новые примеры своего поведения.
— Вы имеете в виду Сирию?
— Да, а теперь они угрожают еще и Ливии. Россия сосредотачивает войска в Египте вблизи ливийской границы.
— Вы считаете, у Путина есть стратегия?
— Он придумывает стратегию на ходу. Если есть свободное пространство, он его занимает. Он скор в решениях.
— Может быть, он хочет воссоздать бывший Советский Союз?
— У него ностальгия [по СССР], но он знает, что это невозможно. Он хочет иметь больше влияния и дестабилизировать как можно больше стран.
— В том числе и вашу?
— Мы его ближайшие соседи. Он атакует не только нас, он проводит кибератаки, похищает информацию и в Германии, и в вашей стране. И если Россия способна влиять на общественную жизнь у вас, то вы можете представить, как сильно ее влияние на маленькие соседние страны.
Защита Америки сейчас здесь, в странах Балтии. Если вы остановите его здесь, он не будет вам угрожать. При современных технологиях территория не так уж и важна. Важно разоблачить его методы и его ложь. На нашей территории Путин учится проводить гибридные атаки, а потом экспортирует полученные навыки в другие страны.
Нам нужно знать, на что способна путинская Россия — теперь она может добраться даже до США. Это было сюрпризом даже для нас. Мы не думали, что они зайдут так далеко в своих попытках влиять на мировую политику.
— Путин ввел войска в Сирию — и ничего не случилось.
— Мы позволили ему это сделать. Теперь следующей будет Ливия. Если Россия туда войдет, в Европу устремится еще больший поток иммигрантов. Он пользуется иммиграцией как инструментом дестабилизации единства Евросоюза. Это грубо и цинично.
— Что важнее всего для вас?
— Чтобы США не самоустранились с мировой сцены. Если США ограничат свои интересы своим континентом, останется очень много свободного места, которое может заполнить Россия.