Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD75.20
  • EUR91.19
  • OIL48.93
  • 2027
Общество

«Нижний не простит». Горожане и активисты о памяти Ирины Славиной

The Insider

Через две недели после трагической смерти Ирины Славиной обещания властей о выяснении подлинных причин самоубийства и увековечении ее памяти остаются пустым звуком. Коммунальщики Нижнего Новгорода зачищают и грабят стихийно возникший мемориал на месте гибели так же, как в Москве регулярно опустошают Мост Немцова. Александр Пичугин рассказал, как губернатор прячется за дворниками от своих обещаний, чиновники занимаются демагогией, а горожане высадили деревья в сквере, за который боролась Славина, и пытаются продолжить работу ее издания KozaPress.

Улица Горького в Нижнем Новгороде, стихийный мемориал у здания МВД в честь независимой журналистки, главреда ресурса KozaPress Ирины Славиной. Две недели назад она подожгла себя у здания ГУ МВД, оставив предсмертное послание: «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию». За все последние годы в миллионном Нижнем Новгороде не произошло другого события, о котором говорила бы вся страна. Коммунальщики в оранжевых жилетках торопливо сметают цветы, портреты и свечи в черные полиэтиленовые мешки и забрасывают их в грузовик. Уже отъезжающий отряд «чистильщиков» догоняет седой мужчина, и после короткой, но эмоциональной беседы коммунальщики выгружают мешки назад и быстро исчезают. Мужчина вместе с товарищем снова раскладывает цветы на месте гибели журналистки и садится здесь же — на дежурство. Это Герман Князев, нижегородский предприниматель и гражданский активист, один из тех, кто не смог сдержать слез на церемонии прощания с Ириной. Один из тех, кто уверен, что Славину будут помнить много дольше, чем всех нынешних нижегородских чиновников и генералов. А те, в свою очередь, судя по последним действиям и заявлениям, мечтают как можно скорее забыть об акте самосожжения под окнами полицейского главка — или просто сделать вид, что ничего не случилось.

Юрий Шапошников, оппозиционный политик, один из свидетелей по политическому «делу Иосилевича»:

Сказать, что город за эти 14 дней стал другим, конечно, нельзя. Наверное, есть те, кто вообще ничего не знает о политическом акте Славиной. Очень много тех, кто осуждает и пытается списать ее самоубийство на нервный срыв – просто им так проще! Но нельзя и сказать, что город остался прежним. Смерть Ирины стала своего рода проверочным тестом на человечность. И сущность нашей власти именно в эти дни проявилась во всей ее сомнительной красе!

Спустя два дня после самоубийства Славиной нижегородский губернатор Глеб Никитин выпустил проникновенный пост в своем инстаграм-аккаунте, где выражал скорбь и соболезнования в связи со смертью журналистки и обещал взять расследование под личный контроль. Одновременно глава региона заверил, что больше никто не будет убирать цветы и свечи от мемориалов в честь главреда KozaPress – как на месте ее смерти, так и у скульптуры Веселой козы на главной улице города, Большой Покровской.

Спустя всего неделю «зачистки» мемориалов возобновились, причем не только по ночам, но и средь бела дня. Объясняться пришлось исполняющему обязанности главы Нижнего Новгорода Юрию Шалабаеву:

Уборка территории является прямой обязанностью коммунальных служб. Это обычная часть городской жизни. По поручению губернатора данная деятельность на улице Горького была приостановлена, и на этом месте начали убирать после истечения 9 дней, что соответствует народным традициям поминовения усопших.

Ирина Славина выбрала местом самосожжения памятник «На страже закона во все времена» с тремя сидящими фигурами: царского жандарма, советского милиционера и современного полицейского. И.о. мэра Нижнего Новгорода дает понять, что место выбрано неудачно:

Отмечу, что идея создания композиции «На страже закона во все времена» принадлежит ветеранам боевых действий и посвящена 70-летию Победы в Великой Отечественной войне, и назначение места должно соответствовать изначальному смыслу.

Запрос губернатору с требованием рассказать о ходе расследования по факту доведения Славиной до самоубийства остался без ответа. Не ответил глава региона и на вопрос, готов ли он содействовать общественному расследованию смерти Ирины, которое проводит «Комитет против пыток». В пресс-службе пояснили, что связи с «первым лицом» у них нет — господин Никитин в командировке.

Между тем, областное управление Следственного комитета России все эти дни продолжало расследование дела об участии в деятельности нежелательной организации, которое было возбуждено против бизнесмена Михаила Иосилевича. Ирина Славина проходила по этому делу свидетелем, и за день до самоубийства к ней, как и к пяти другим свидетелям, пришли с обыском сотрудники полиции. Они забрали все телефоны и компьютеры и фактически лишили журналистку возможности нормально работать. Многие нижегородцы, включая членов семьи Славиной, считают, что этот унизительный обыск мог стать последней каплей, подтолкнувшей Ирину к ее поступку.

На прошлой неделе Иосилевичу предъявили обвинение по статье 284.1 — «Сотрудничество с нежелательной организацией». Следователи имеют в виду «Открытую Россию» Михаила Ходорковского, хотя в Нижнем Новгороде эта организация не работает, о чем уже заявил ее директор Андрей Пивоваров. Вот одна из формулировок из обвинительного заключения: «В целях посягательства на основы конституционного строя предоставил помещение для проведения мероприятия по обучению наблюдателей на выборах в Городскую думу».

При этом прокурор Нижнего Новгорода Николай Борозенец, направляя материалы для возбуждения этого дела, в основу положил статью на ресурсе Znak.com, где была допущена опечатка, и Новгородская область как зона внимания «Открытой России» была названа Нижегородской. Этого прокурору оказалось достаточно, чтобы санкционировать поиск тех, кто сотрудничает в Нижнем Новгороде с Ходорковским.

«Дело возбудили против меня, а погибла Ирина», — говорит Михаил Иосилевич.

Одно из многочисленных судебных дел против самой Ирины Славиной на уходящей неделе было закрыто. Речь идет о выплате 65-тысячного штрафа за якобы заведомо ложное сообщение о коронавирусе. В апелляционной инстанции адвокат Ирины Евгений Губин настаивал на прекращении дела за отсутствием состава правонарушения, но судья Нижегородского райсуда закрыл дело исключительно по факту смерти журналистки.

Ирина Славина была ответчиком по многим искам и признавалась, что работать независимому ресурсу при нынешнем отношении судов к СМИ практически невозможно – проще «лечь и умереть». Сейчас KozaPress продолжает выходить стараниями друзей и семьи Славиной. Кроме того, в нижегородских соцсетях обсуждают множество идей сохранения памяти об Ирине – среди них, например, всероссийская премия для независимых журналистов или фонд поддержки журналистских расследований.

Дарья Беседина, депутат Мосгордумы от «Яблока»

В России судебная система натурально убивает людей. В России сажают невинных людей, штрафуют невинных людей, ломают невинным людям судьбы. Сейчас [судебная] система встроена в вертикаль власти. Суд, встроенный в вертикаль власти, не может быть ни независимым, ни справедливым. И суд, который является подразделением администрации президента – это не суд!

Мария Гарайс, активист движения «Голос»:

Я считаю, что власть очень четко восприняла самосожжение как политический акт и чувствует острую угрозу своей легитимности в случае, если его так же воспримет большинство граждан. Суть и смысл страшного, мучительного самоубийства как протеста легко проникает в сознание людей. Шок помогает раскрыть и донести правду о работе силовиков и чиновников. И это вызывает у них настоящую панику! Попытки прикрываться то ветеранами, то психическим состоянием Ирины Славиной – это поиск решения, как не допустить одной мысли в головах людей: жить с этой властью и при таком режиме невозможно, произвол и самоуправство достигли предела.

Андрей Бильжо, художник, в прошлом врач-психиатр:

Не каждый суицид является следствием психического расстройства. Очень много случаев, когда человек кончал жизнь самоубийством, потому что запутался, потому что дело чести. Я считаю, что это следствие абсолютного отчаяния – раз! Это желание обратить внимание на ситуацию в стране – два! У Ирины Славиной был высокий уровень социальной ответственности. Я позволю себе сравнить ее поступок с подвигами мифических героев, когда человек кончает жизнь самоубийством ради чего-то. Она надеялась, что мы обратим на это внимание, и ее уход из жизни сыграет какую-то важную роль. Поэтому прошу вас, не читайте всяких подонков, которые говорят, что это терроризм, сумасшествие. Выносите это за скобки!

Игорь Каляпин, председатель «Комитета против пыток», член Совета по правам человека

Нисколько не сомневаюсь, что вся эта серия обысков с СОБРом, укладыванием обыскиваемых мордой в пол и прочими «масками-шоу» была вызвана вовсе не поисками привидения Ходорковского, а замышлялась именно как психологическая атака на нижегородских активистов, которые посмели помечтать выдвинуться в местные органы власти. Нисколько не сомневаюсь, что именно на психологический эффект и рассчитывали те, кто ее задумывал и те, кто осуществлял. У каждого своя нервная система и свой болевой порог...

Антон Долин, главный редактор журнала «Искусство кино»

Мы живем в государстве, где повседневное унижение человеческого достоинства является нормой. Мы все переживаем его каждый день и давно к этому привыкли. Но рядом с нами все еще существуют люди с повышенной чувствительностью к унижению и несправедливостям. Они напоминают нам о том, что несправедливый штраф, обыск или арест вовсе не являются мелочами, которые можно и нужно перетерпеть. Говорить и думать об Ирине Славиной невозможно, не вспоминая Яна Палаха. Двадцатилетний студент сжег себя на Вацлавской площади в Праге в 1969 году. Он был красивым, умным и молодым человеком; вся жизнь была впереди. А чехи могли себе пить пиво и почитывать «Швейка» даже под советской оккупацией, не так ли? Чего им не хватало? И чего добился Палах? Режим пал, но через много-много лет… Тем не менее, мало кто в Чехии усомнится в осмысленности его трагического самопожертвования.

12 октября в Верхних Печерах — районе Нижнего Новгорода, где жила Ирина Славина — был высажен сквер, который уже неофициально назвали ее именем. Это именно тот островок зелени, который удалось спасти от коммерческой застройки во многом благодаря активности KozaPress. Представители власти не помогали, но, по крайней мере, и не мешали. Несмотря на регулярную «зачистку» памятника перед зданием ГУ МВД, здесь каждый день продолжают появляться цветы.

Верхние Печёры, 12 октября 2020 г.
Верхние Печёры, 12 октября 2020 г.

Герман Князев, предприниматель, гражданский активист:

Я буду приезжать на это место, а потом туда будут приезжать мои дети, а потом их дети. И множество ее подписчиков и друзей будут приходить на это место. И множество нижегородцев, кого эта трагедия потрясла и заставила задуматься о жизненных приоритетах, уже навсегда будут называть площадку перед окнами ГУВД мемориалом Славиной.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari