![](/images/v5L84bEzesZFSxv1stZhTBl3A6BsbIwL5J5kotKd_kI/rs:auto:877:579:0:0/dpr:2/q:100/bG9jYWw6L3B1Ymxp/Yy9zdG9yYWdlL3Bv/c3QvMjU3OTAwL2Zp/bGUtZTcwNzA3ODQz/OGE4NjBhZDM1MjEz/YjRmNjU0ZjlkNGYu/anBlZw.jpg)
Институт развития предпринимательства и экономики обратился в Минцифры России с просьбой разрешить использование программного обеспечения с истекшей лицензией. Об этом пишут «Известия».
В институте уточнили, что иностранные производители ПО отказываются продлевать лицензию для российского бизнеса. В письме Минцифры подчеркивается, что с проблемами из-за этого столкнулись уже 70% российских компаний. Предприниматели просят создать законопроект, который ввел бы мораторий на уголовную и административную ответственность за использование ПО с просроченной лицензией в том случае, если это произошло по вине разработчика.
Также в письме указано, что зарубежные компании перестали обслуживать свои продукты. Российский бизнес ищет пути решения возникших проблем, однако это требует времени, подчеркивают авторы письма. Предприниматели в том числе пытаются разработать свой софт. По данным Йельского университета, из-за войны с Украиной из России ушли полностью или частично 64 компании, разрабатывающих ПО. В их числе — Adobe, Avast, Coursera, Jira, Microsoft и другие.
О том, насколько высока вероятность перехода российского бизнеса на просроченные лицензии, какие последствия ждут Россию в случае этого перехода, The Insider рассказал ведущий юрист «Роскомсвободы» Саркис Дарбинян:
Несмотря на кажущийся абсурд, использования просроченного ПО будет нарушать международные обязательства России, в которые она добровольно вступила, подписав Бернское соглашение и Женевскую конвенцию. Однако в сегодняшних реалиях это вполне возможный сценарий, потому что разговоры об этом велись, и даже был разработан проект о принудительных лицензиях. Никто не удивится, если в такое время, а также в век параллельного импорта, наши пользователи получат возможность принудительно лицензировать возможность использования контента.
Последствия для России будут очевидные — никто больше не захочет иметь дел с российскими компаниями. Даже если пыль уляжется, а война закончится, то все они будут в черном списке и будут считаться пиратскими. Никто никогда не продаст им лицензий. Начнутся еще бо́льшие ухудшения инвестиционного климата, на долгие годы. По сути, это самостоятельный выход из всех цивилизованных договоров по авторскому праву, по торговым аспектам. Это будет иметь далеко идущие последствия на десятки лет вперед — как для России в целом, так и для ряда компаний с российскими корнями.
Если говорить о российском ПО, то оно пока недоступно по многим аспектам. Предстоит проделать еще очень много работы, пока оно не дойдет хоть до какого-то уровня. Именно поэтому сейчас большинство банков либо уже используют пиратский софт, либо работают через лицензии, которые получают на центральноазиатские компании, разделяя их. Создание ПО — это интеллектуальный труд. Программы, на которых многие годы работали банки — от Microsoft и Oracle — это то, на что тратились миллиарды долларов и тысячи часов человеческого капитала. Сделать то же самое быстро — задача непростая. Это вопрос в духе «Когда RuTube встанет на уровень YouTube?». Очевидно, что весь вопрос в разработках, в тех инструментах, которые используются на платформах. Несмотря на кажущуюся идентичность, разница в функционале софта может быть огромной.