Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD76.82
  • EUR89.66
  • OIL42.02
Мнения

Чемпионат политических прогнозов 2018: чего бояться в наступающем году?

Накануне нового года The Insider обратился к известным литераторам, публицистам, политикам, политологам и кинематографистам с просьбой подумать о том, какой будет Россия через год, накануне следующих новогодних праздников. За основу для определения вопросов был взят получивший большую популярность тревожный прогноз юриста Павла Чикова. Свою версию изложили Дмитрий Муратов, Лев Рубинштейн, Дмитрий Гудков, Леонид Радзиховский, Артемий Троицкий, Виталий Манский, Валерий Соловей, Элла Панеях,  Глеб Павловский, Дмитрий Быков и Сергей Марков. Версию писателя Владимира Войновича читайте в отдельном материале.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Дмитрий Муратов, глава редакционного совета “Новой газеты”:

  Основным игроком останется ФСБ

Ухудшаться международным отношениям уже некуда. Вообще некуда. Но у всех пока хватает мозгов избежать военных столкновений. Выход России из институтов Совета Европы и ЕСПЧ не состоится, но решения их перестанут иметь обязательную силу. Применение будет крайне избирательно. Полного разрыва не произойдет - это приведет к отключению страны от банковской системы SWIFT.

Пытаясь реабилитироваться за фальсификации с пробами россиян на сочинской олимпиаде, власть заинтересована в успешном Чемпионате мира по футболу. Продолжится, с небольшими достижениями, роман с Китаем. Руководство страны мечтает о цифровой и квантовой России, но бороться придется с нищетой.

Недопуск Навального - провал политики «народной легитимности». Нельзя одновременно делать ставку на молодых и лишать большую их часть своего кандидата.

Положительные моменты предвыборной кампании: начавшийся обмен пленными на Донбассе, отказ от услуг “Единой России”.

Вообще, прогнозы в России не сбываются, давать их глупо, поэтому, пока -  всё.

PS: Основным игроком политической системы страны останется ФСБ. Поэтому оправдательные приговоры по большинству резонансных дел исключены, но конкретные судьбы (Белых, Дмитриев, театральные деятели) доламываться не будут.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Лев Рубинштейн, поэт и публицист:

Многое зависит от способности к сопротивлению

1. Возможно всё.

2. Думаю, что какое-то время продержатся. Но давление будет ощущаться постоянно.

3. Думаю, что процесс «расплевывания» с Западом вообще и с Европой в частности не остановится, но существенно притормозится в связи с футбольным чемпионатом. Если он, конечно, не сорвется.

4. И этот процесс может притормозиться в связи с тем же самым. (См.предущий пункт)

5. Это, я думаю, смотря каких. Татарстан, например, Чечня, например, и Чувашия, например – это совсем разные случаи.

6. Православизация, как и прочая фундаментализация, будет продолжаться. Но тут многое зависит от способности к сопротивлению со стороны светского интеллектуального сообщества.

7. Не думаю. Хотя такие попытки будут. Да и уже есть.

8. Отношения будут колебаться и скакать из стороны в сторону. Вся надежда на принципиально новую по сравнению с советскими временами степень интеграции. Отношения будут портиться. Но больше на словах. То есть на депутатских трибунах и в телевизоре.

9. Думаю, будет. Но будет ли оно выполняться в полной мере и реально угрожать нормальным людям, не знаю.

10. Смотря что считать затруднением. Отвечу так: надеюсь, что не отменится. Хотя от этих уродов всего можно ожидать.

И вообще – чтобы получить самый точный и правильный ответ и на этот, и на все остальные вопросы  - см. мой ответ на пункт 1.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Дмитрий Гудков, политик: 

Философский и не только философский пароход — вот нынешняя тактика властей

1. На выборах неожиданностей ждать не приходится, зато они точно произойдут после выборов. Недопуск Алексея Навального автоматически подорвал легитимность нового путинского срока (не говоря уже о самом этом пятом сроке), так что остается только ждать, где и когда проявятся противоречия, или, простым языком, рванет. В какой форме мы увидим тот самый «раскол элит», я предсказать не возьмусь, но времена настанут интересные.

2. С независимыми, в том числе иностранными, СМИ ничего нового не произойдет. В России, конечно, могут разогнать или удушить еще пару редакций, но журналисты-то от этого не исчезнут: мы видим, как сквозь асфальт постоянно пробиваются новые ростки, несмотря на работу государства-газонокосильщика. А попытки придушить «Свободу» или «Открытую Россию» все равно кончатся ничем: даже в СССР ловили «вражеские голоса», а сейчас обойти любую блокировку — дело пары секунд.

Просто вспомните, как на протяжении последних лет власти старались контролировать любую информацию, и скажите: а разве мы не знаем о чем-то важном? Разве у нас нет возможности получить необходимые сведения? Так что вся эта борьба кончится пшиком.

3. Не будет ничего принципиально нового и в отношениях с СЕ и ЕСПЧ. Что можно было испортить — уже испортили, приняли закон о приоритете решений КС перед ЕСПЧ. И все равно платят по решениям — как миленькие. Так что в принципиальных вопросах будут сопротивляться, а в случае с судьбами конкретных людей сохранят нынешнюю тактику: отмалчиваться и сопротивляться до последнего, но в итоге уступать. Необходимости в обострении отношений здесь у властей нет.

4. Нет, массовых репрессий не будет, потому что — а зачем? Цели удержания власти достигаются и так, а избыточные меры им как раз могут повредить. Конечно, уровень судебных преследований по абсурдным обвинениям сейчас велик, но назвать это «массовыми репрессиями» все же никак нельзя.

То же и с громкими посадками: они продолжатся в силу личных конфликтов, борьбы за место под солнцем и у кормушки (тут вполне возможны новые и очень неожиданные истории). Но массовости опять-таки не будет. Впрочем, каждый арест чиновника или губернатора капля за каплей точит наш политический монолит.

5. Политическая зависимость национальных республик не усилится, а куда больше? Национальные республики у нас есть двух типов: Чечня и все остальные. «Все остальные», в том числе Татарстан, раскатаны в тонкий политический блин скалкой федерального центра. Ну а в отношениях Чечни и Москвы действует совсем другая логика — и мы все ее знаем.

6. Мы уже сейчас вышли на рекордные темпы строительства церквей, но ходить в них некому. Думаю, этим дело и ограничится: если деньги для освоения РПЦ получить может, то людей для «освоения» взять неоткуда.

Ведь даже попытки ввести в школы монастырский курс семейной нравственности наталкиваются на холодное молчание правительства. Вроде как и «да-да», но одновременно и «положите в уголок и отойдите».

Так что бизнес-проект «РПЦ» будут удовлетворять деньгами, но не душами. Симулякр — он и есть симулякр, как и прочие политические институты России.

7. Дальнейшая изоляция интернета — новые блокировки — возможна, но бесперспективна. Они блокировку, мы — VPN и Tor. Посмотрите: уже принятый закон о блокировке VPN не работает. И не заработает, потому что неандерталец с дубиной никогда не угонится за звездолетом. Хотя подпрыгивать будет долго и комично.

8. Умиротворение во внешней политике и так есть. Для этого приходится даже придумывать поводы наподобие ЦРУ, рассказавшего о питерском теракте. У режима не было задачи стать мировым жупелом. «С нами считаются» и «на нас наставили пистолет, потому что опасаются» — это, согласитесь, разные вещи. И сейчас будет попытка вернуться к первому от второго. Другой вопрос, что суметь это вряд ли сумеют, но осознанных усилий, направленных на ухудшение ситуации, я не жду.

9. Уголовные сроки могут повысить еще по нескольким статьям, но принципиально это ничего не изменит. Повторюсь: у власти нет цели устроить массовые репрессии, так что все продолжится в нынешнем душном, но при этом вялом противостоянии с обществом. Главное здесь другое: мы не увидим никаких изменений к лучшему, пока элита не начнет сама жить по принимаемым законам.

10. Все направлено на то, чтобы удобнее было выдавливать несогласных. А вот вернуться им будет куда труднее. Философский и не только философский пароход — вот нынешняя тактика властей, как видим, совсем не новая. За примерами далеко ходить не нужно, но и обычным туристам опасаться нечего.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Леонид Радзиховский, публицист: 

Оттепели не будет, но Путин готов уступать

1. Выборов в России нет. Результат голосования 18 марта известен - будет один тур, Путин останется президентом (получив порядка 60-65%), второе место - Грудинин (15-20 %), третье -  Жириновский (это его последняя гастроль), за 4-5 место поборются Собчак и Явлинский (это тоже - последние выборы, в которых он участвует).

Единственный кто МОГ БЫ стать конкурентом Путина - Грудинин.

Но по двум причинам он им не станет:

А. Он мало известен, за 2 месяца набрать 100% узнаваемость - практически невозможно.

Б. Он не будет БОРОТЬСЯ ПРОТИВ Путина - это слишком рискованно и ему НЕ НУЖНО. Каковы бы ни были его мотивы, но он не похож на психа с манией величия или на психа с Идеей. Не похож он и на маргинала, которому «терять нечего». Его привлекательная сторона - вменяемый, разумный мужик. Но именно поэтому он и не пойдет с гармошкой на пулемет.

2. Независимые (антипутинские) СМИ будут потихоньку зажимать: ситуация в стране лучше не станет, значит, «разоблачители режима» небезопасны.

Но резких движений не жду - Путин мастер дозировки насилия.

3. Про ЕСПЧ не знаю. Общая же линия понятна - Путин готов уступать. Наступать ему больше некуда. Ни территориально (Крым наш, а больше соваться-то и некуда), ни идеологически (троллинг Запада дошел до той черты, за которой следует сдача. А сдачу Путин получать не готов, боится), ни в военном отношении (Россия не имеет ресурса на войну, даже гибрид. Из Сирии вроде смогли смыться, «героически преодолеть созданные самими для себя трудности». Но в следующий раз так может не повезти.

Итак, Путин готов уступать.

Но как пятясь задом изображать Триумфальный Марш - «вперед и только вперед!» - непонятно.

Эта попытка продать обалделой России поражение за победу - это и есть главная задача Путина

4. Оттепели не будет. Это для Путина - крах. Историю Горбачева он хорошо помнит. Разрядка с Западом - да! Оттепель внутри страны - нет!

Идеальный вариант для Путина - «детант Брежнева» 1969-71 года (кстати, сразу после Чехословакии!).

Посадки диссидентов и номенклатуры - будут. Возможно не в таком истеричном ключе как сейчас. Ну, а к тем кто сидит (Улюкаев) могут проявить снисхождение - убивать их (8 лет строгого режима) никто не станет.

5. Куда уж усиливать ?

Наоборот, будут потихоньку отвинчивать - под столом.

6. Кроме мракославия у Путина ничего в идеологии не осталось. 9 мая + Никки Угодник. Это не будет доводиться до явного безумия (молитва перед работой в госучреждениях, скажем), но цепляться за иконостас он будет - больше не за что.

7. Я не специалист.

8. Ответил в пункте 3. Путин мечтает о разрядке, но как себя поведет Запад, каких гарантий потребует ЕС и США (разных, кстати, гарантий!) - судить не берусь.

9. Новые еще более жесткие законы возможны - в зависимости от страха Путина и от поведения того же Навального.

10. Выезд останется свободным - в обозримой перспективе, во всяком случае.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Артемий Троицкий, публицист и музыкальный критик:

Оппозицию загонят глубже в гетто

1. Путин получит свои 70%, ближайший Грудинин - меньше 15. Без сюрпризов.

2. Независимые СМИ сохранятся, но зона дозволенной критики будет постепенно, но явно сужаться.

3. Отношения с СЕ, ЕСПЧ, ПАСЕ и прочими европейскими институтами останутся в прежнем состоянии - при том, что РФ будет стремиться их улучшить.

4. Оппозицию не зачистят, но с помощью законов и запретов загонят ещё глубже в  гетто. Начальничков, особенно либерального толка, продолжат щипать.

5. Они уже максимально зависимы. Возможно, окончательно зачистят Татарстан.

6. Столетие расстрела Романовых отметят максимально громко. РПЦ и ФСБ рулят, и никто им не перечит.

7. Будут предприняты шаги в направлении осуществления «китайского варианта». Грозит не столько изоляция, сколько жестокая цензура местных ресурсов.

8. Путин будет делать всё (для себя) возможное, чтобы прослыть миротворцем. Возможны положительные сдвиги с Украиной, частичное выполнение Минских соглашений.

9. Будет. Это легко.

10. Слухи о выездных визах будут ходить - но не более того.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Виталий Манский, режиссер-документалист:

Умиротворения не ожидается

1. В России возможно всё. Но вероятность близка нулю.

2. Процесс по сокращению свобод будет только усугубляться.

3. Изоляция России извне будет уступать темпам самоизоляции.

4. Оттепель при нынешнем режиме ожидать не приходится.

5. Вертикаль власти касается всех.

6. Безусловно да и будет приобретать все более извращенные формы

7. За год это не успеют сделать чисто технически

8. Внешняя политика неотделима от внутренней, а это значит, что никакого умиротворения не ожидается.

9. Страной управляют не по закону, а по понятиям, поэтому трогать законы не обязательно 10. Он уже затруднен. И этот процесс будет продолжаться, но выездные визы еще не введут.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Валерий Соловей, политический аналитик, профессор МГИМО:

Власть будет колебаться между ужесточением и смягчением, что самая скверная политика

1. Выборы пройдут в «штатном» режиме, но манера, в которой они будут проведены, даст импульс к росту политического недовольства, которое, в свою очередь, станет одним из факторов общей дестабилизации России. Через год мы будем жить в гораздо более турбулентной стране.

2. Они сохранятся и будут работать, хотя появятся новые ограничения и атмосфера станет более удушливой.

3.  Россия не покинет европейские институты, но отношения с ними продолжат деградировать.

4. В общем, власть будет колебаться между ужесточением и смягчением, что самая скверная политика.

5. Да, отношения с ними будут двигаться в этом направлении. За исключением Чечни.

6. Насчёт православизации это серьезное преувеличение. Ничего кардинального не произойдёт, хотя недовольство теми или иными действиям РПЦ будет периодически вспыхивать.

7. Тенденция к изоляции Рунета будет нарастать, но полностью закрыть его не удастся в силу технической неспособности.

8.  Во внешней политике сохранится статус-кво. Не видно сил - в России и на Западе - заинтересованных в улучшении ситуации и способных на это.

9. Репрессивное законодательство ужесточится.

10. Ограничения на выезд коснутся лишь госслужащих и муниципальных служащих.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Элла Панеях, социолог, доцент Высшей школы экономики: 

Посадки внутри власти не только продолжатся, но и умножатся

1. Выборы могут дать результат, который будет заметно менее легитимным, чем сейчас ожидает и публика, и власти. Эксперты и социологические опросы пока что прогнозируют весьма низкую явку. В обычной ситуации это только подняло бы процент голосов, поданных за Владимира Путина, но сейчас, когда Алексей Навальный призвал к бойкоту выборов, комбинация низкой явки и высокого процента у кандидата власти перестала быть приемлемым исходом для властей на местах. На фоне вялой выборной кампании, не способствующей высокой явке, в том числе и среди ядерного «путинского» электората, не только исполнительная власть на местах, но и руководители отдельных бюджетных учреждений, а также зависимых от государства предприятий, по собственной инициативе могут включиться в гонку по доказательству того, что подотчетный им электорат в бойкоте не участвует. Это означает, что явка будет «нагоняться» не только «каруселями» и прямыми приписками, но и давлением на реальных избирателей, сотрудников предприятий, нарушением их прав и тайны голосования – и не по команде из Кремля, а в результате стихийных низовых процессов. Это не изменит конечного результата и имени «победителя», но может привести к тому, что выборы окажутся не менее скандальными, чем в 2011-12 годах, и приведут к соизмеримому разогреву протестных настроений.

2. Думаю, что в сфере СМИ не стоит ожидать особых сюрпризов: цензурное давление будет плавно нарастать, несколько изданий закроются. Если появятся новые популярные площадки, то они еще меньше, чем сейчас, будут напоминать конвенциональные СМИ.

3. Тенденции разрыва с Советом Европы есть, но вряд ли они найдут свое завершение в течение года.

4. «Оппозиционное поле» в России давно уже носит не централизованный а сетевой характер, поэтому зачистить его полностью невозможно. Точечные репрессии удерживают от участия в политике людей умеренных, уравновешенных и социально укорененных – то есть, именно тех, кто является ядром политического класса в благополучно развивающихся странах. Зато радикализируют маргиналов, и усиливают отчуждение между обществом и властью.

Посадки внутри власти не только продолжатся, но и умножатся: этот процесс вышел из-под контроля гражданских властей, включая и Кремль. Силовики, и немногочисленные члены элит, имеющие доступ к силовому ресурсу, соревнуются в жестокости по отношению к представителям гражданских властей, обладающих ресурсами – губернаторам, высокопоставленным чиновникам - пытаясь удержать и укрепить собственные властные позиции.

5. Если выборы будут выиграны в первую очередь силами тех регионов, где их исход предрешен заранее, то усилится зависимость центра от этих республик, а не наоборот.

6. Вялотекущие попытки «сверху» использовать православное фундаменталистское движение в целях укрепления вертикали власти, в основном для подавления других форм инакомыслия и вмешательства в частную жизнь граждан, будут продолжаться. Но возникнет и встречное движение: наиболее искренняя и последовательная часть православных активистов обнаружит себя в конфликте с государством, воспринимающим любую низовую самоорганизацию в первую очередь как угрозу собственной монополии и стабильности. Думаю, в 2018 году мы увидим как минимум кого-нибудь из известных фундаменталистских радикалов в наручниках.

7. Попытки будут, но сеть обычно умнее иерархии, поэтому технические средства обхода этих ограничений будут появляться еще быстрее, чем очередные практики подавления сетевой активности. Я бы ожидала усиления точечных репрессий за высказывания в интернете, и достаточно нелепых мер по ограничению доступа к информации, которые не будут приводить к успеху.

8. Во внешней политике у меня нет прогноза.

9. Репрессивное законодательство обязательно будет ужесточаться. Желающих отличиться депутатов достаточно, количество ресурсов у их лоббистов из силовых структур только возрастает. А стимулов проводить ответственную политику, и рисковать прослыть нелояльными, ограничивая подобные порывы – все меньше и у руководства Думы, и у контролирующих ее чиновников.

10. Не думаю, что выезд из страны затруднится. Обычно режимы российского типа заинтересованы в том, чтобы все желающие могли покинуть страну. Это избавляет их не только от недовольных, но и от излишне активных граждан, заинтересованных в развитии экономики, общества, являющихся двигателями неполитических изменений, которые в конечном итоге угрожают стабильности режима. Возможны дальнейшие меры по ограничению туризма, неуклюжие «меры безопасности», удорожающие и усложняющие перелеты, бюрократические препоны в ходе получения загранпаспортов, но не препятствование эмиграции.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Глеб Павловский, политолог

Путин как общая теория всего

1. Сложилась интеллектуально невозможная ситуация, когда в политике, в журналистике и в бизнесе нельзя с достоверностью рассуждать о происходящем в стране. Производной Системы РФ стала догма, будто всё, что вы видите в России, связано с персональной активностью Путина, совершается по его указанию и относится к «его интриге» или «его стратегии». Путин – Верховный контролер и модератор всех процессов. Ничто в России не может начаться и кончиться без его воли и усмотрения.Теория о Путине – общая теория всего.2. Путин – влиятельный обитатель сложившейся и развивающийся почти без него системы негосударственной власти. Он чаще лавирует внутри неё, чем ей управляет. Государственная функция Путина в том чтобы оставаться всеобщим объяснением для случающегося внутри Системы РФ. Это функция маскирует его роль обывателя, в общем пассивную.3. Есть система государственной власти в Российской Федерации. И есть Путин, играющий некую роль внутри системы. Но не ту, которая ему приписывается. Внутри не-путинской России сложился важный блок применения Путина. Это важный, возможно необходимый для системы блок управления. Сам Путин в незначительной степени управляет модулем – «Путина». И даже эта его роль меняется.4. Конечно, Путин во власти реален, и опасен для тех, кто забудет о его существовании. Но реальные хозяева власти не сфокусированы на его личности. Они время от времени оглядываются на него – оценивая уровень возможной опасности и масштаб доступных от него благ. Путин не в фокусе их внимания. Им незачем «понимать Путина», чтоб знать, как обращаться с его системой: она не он.Слабо исследовано, как именно модуль «Путин» сочленяется с непутинским обществом и государством. Эта связь организационно проходит через путинский двор или ближний Круг в его неформальном узком составе. (Балинт Мадьяр именует эту группу интересов надпольем). Но остаётся вопрос, как формируется путинский консенсус и почему он втягивает в себя антипутинскую оппозицию.5. «Выборы Путина» не являются ни выборами в процедурном смысле слова, ни даже легитимацией его власти как политического лица. Это референдум-жертвоприношение Путина, закрепляющее его символическую роль эпонима Системы на вечные времена. Жертва культу государства в отсутствие самого государства.Миф о Путине, якобы всемогущем внутри системы и ультравлиятельном вне её, в мире, чрезвычайно важен. Следует понимать, что этот ритуал включает политическое «умерщвление» самого Путина. После выборов его укрепят на фронтоне власти, наподобие горгульи, или фигуры на носу пиратской каравеллы.6. Говорящие «у нас такой режим» принимают фантом за правило игры. В русском понимании термина, режим Путина – неважно, относимый вами к авторитарному, даже «тоталитарному» – несет подтекст признания его лидерства и теми, кто считают себя его противником. Не обманывайтесь рассуждениями о «путинском режиме» Путина. Особенно не обманывайтесь прогнозами его развития.7. Есть миф, будто с уходом Путина от власти или его физической смертью Система РФ перестанет существовать. Мол, возникнет новая власть или, по крайней мере, высвободится для неё политическое место. В уходе Путина ищут волшебную панацею, меняющую людей и государство. Вот еще один миф, снижающий тревожность ума. Он обещает невероятное чудо. Моделью при этом является перестройка. Забывают, что перестройка – идеалистический процесс внутри советского общества, с ним и закончившийся. Миф ухода имеет реальную интеллектуальную функцию, которая глубоко негативна. Функция его в запрете описывать видимые структуры (путинского или пост-путинского) общества и государства, не приписав заранее к ним Путина в роли демиурга всего в России.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

 

Дмитрий Быков, писатель:

Люди продолжат думать о Боге

1. Возможно.

2. Cо СМИ будет примерно то же, что и в 2017-м.

3. Выход России из Совета Европы возможен.

4. Новых посадок внутри власти не будет. Будет максимальная консервация. Никаких резких движений ни в ту,  ни в другую сторону.

5. Ничего об этом не знаю.

6. Православизации и сейчас нет. Это не православизация, а форма агрессивной пропаганды, к православию все это не имеет отношения. Возможно, люди продолжат думать о Боге, возможно, все большее количество людей будет об этом задумываться. потому что реальность внерелигиозная становится все скучнее, все предсказуемее.

7. Понятия не имею, я не специалист в этой области.

8. Возможно всё.

9. Не знаю, не думал об этом.

10. Возможно.

1. Возможны ли неожиданные повороты в ходе президентских выборов?

2. Что будет с независимыми и иностранными радиостанциями, сайтами, ТВ, газетами?

3. Как будут развиваться отношения с Советом Европы, выйдет ли Россия из ЕСПЧ?

4. Будет ли зачищено оппозиционное поле? Продолжатся ли громкие посадки внутри власти? Возможна ли оттепель?

5. Усилится ли политическая зависимость национальных республик?

6. Что будет в области религии, продолжится ли православизация?

7. Изолируется ли российский интернет? Усилятся ли технические ограничения вплоть до изоляции от внешнего мира?

8. Возможно ли “умиротворение” во внешней политике или отношения будут ухудшаться?

9. Будет ли и дальше ужесточаться репрессивное законодательство?

10. Затруднится ли выезд из страны?

Сергей Марков, политолог

“Западники” могут убить Собчак

1 . Электоральных неожиданностей не будет. Поддержка Путина колеблется от 60% до 75% и ни одного серьезного конкурента у него нет. Навальный тоже не является серьезным конкурентом. Не поддержав воссоединения Крыма с Россией и не осудив преступления русофобской киевской хунты, он не имеет шансов получить широкую поддержку.

Павел Грудинин представляет из себя, может быть, наилучшую загадку, но харизмы у него недостаточно, и поддержка Путина не позволит ему выйти во второй тур.

Но главный противник Путина - НАТО во главе с США и Великобританией. Именно они не хотят допустить переизбрания Путина еще на один срок. В феврале они постараются обрушить рубль, и удастся ли им это сделать  - вопрос открытый

Трамп не будет возражать против переизбрания, но против Путина работают те, кто, не моргнув глазом, расстрелял на Майдане более 100 человек для того, чтобы свергнуть Януковича, те, кто сотрудничает с «Джебхат ан-Нусрой»

Западники ясно уже решили что российские выборы нужно назвать нечестными. Это  не зависит от того, как выборы проходят, потому что, как показала ситуация с химическим оружием в Сирии, или с малазийским “Боингом”, ничего не надо делать, они сами все сделают. Грохнули малазийский “Боинг” и нас же в этом обвинили. Еще один вопрос, пойдут ли они на убийство одного из оппозиционных кандидатов (как Березовский хотел убить Рыбкина). Я, например, считаю, что в очень опасной ситуации находится Собчак, Явлинский, Навальный. Их могут просто-напросто убить как сакральную жертву на алтаре объявления выборов нелегитимными.

2 . Не будьте жертвой своей собственной пропаганды. У нас нет независимых СМИ. Есть либо провластные СМИ, либо антивластные, часто прозападные. «Независимы от Путина» -  это еще не значит «независимы от западных центров влияния».

С точки зрения электоральной репрессии против оппозиционных СМИ не нужны, поскольку  у Путина большая поддержка. А репрессии против западных и оппозиционных СМИ  - ответ на западные репрессии против российских информационных структур таких, как Russia Today и других.

Российская элита читает, прежде всего, «Ведомости». И в рядах таких криптооппозиционеров, которые в реальности работают в правительстве, но являются противниками Путина, огромное количество. Главная правительственная газета -- это вовсе не «Российская газета», а газета «Ведомости», поэтому они ее не отдадут.

3.  Россия не заинтересована рвать отношения с Советом Европы, тем более что руководство СЕ очень не хочет рвать отношения с Россией. Россия лишь указывает, что решения ЕСПЧ, не могут считаться легитимными, так как мы не участвовали в выборе судей из-за санкций в ПАСЕ. Мы не из ЕСПЧ выходим, а говорим что должны вернуться в парламентскую ассамблею Совета Европы не как страна второго сорта, а на равных правах. Если Путина не будут изображать исчадием ада типа Башара Асада или последним диктатором Европы «а-ля Лукашенко», а просто отнесутся, как к Назарбаеву, тогда права России в ПАСЕ будут восстановлены.

4. Оппозицию, в том числе непарламентскую, типа Явлинского, Собчак, будут холить и лелеять. Особняком стоят три группировки. Первая -- это Навальный, который является просто инструментом западных спецслужб, потому что все его политические позиции совпадают с политическими позициями Вашингтона. Если они будут организовывать массовые беспорядки, то к ним будут применены жесткие меры. Вторая группа - тоже всякие боевики, менее известные, чем Навальный, но более заточенные  на массовые беспорядки, в частности неонацистский полк «Азов». Третья группировка - те, кто будут возбуждать мусульманскую среду.

Никакой кампании борьбы с коррупцией я не замечаю. Коррупция носит глубокий системный характер. У нас не столько честные люди чистят коррупционеров, сколько коррупционеры вычищают честных людей. Что касается Улюкаева, то он пал в результате внутренних раскладов. Думаю, если проще сказать, Улюкаева посчитали предателем, поскольку идет атака на Россию. Если она закончится то и его могут амнистировать.

5. Нет никакой тенденции к усилению независимости национальных республик. Есть стремление руководства страны перейти от нынешней асимметричной федерации к симметричной.

6. Будет происходить усиление роли Русской Православной Церкви, которая отвечает запросам большинства населения. И, кстати сказать, усиление роли ислама в республиках с мусульманским населением. Проблема в том, что население за то, чтобы эта роль была умеренной и православные активисты не срывали спектакли, выставки и показ фильмов. Как убрать эту радикальность - проблема для руководства страны и церкви.

7. Во всех странах будет повышаться контроль властей над интернатами Россия не исключение. На наших глазах цензура пришла в “Фейсбук”, я сам стал жертвой этой цензуры. Они посадили модерировать русскоязычный сегмент завзятых русофобов из Западной Украины. Закрытие аккаунта Кадырова - тоже пример. В России будет развиваться не столько запретительный процесс, сколько процесс усиления государственных проектов.

8. Российская внешняя политика - реактивная. Если ее будут атаковать, то она в ответ будет огрызаться. Россия просто пытается защититься в то время, когда против России ведется гибридная война с целью вообще ликвидировать нашу страну. В случае победы над Россией руководство должно быть сменено на лояльное, которое ликвидирует российский суверенитет над ракетно-ядерным оружием, над основными природными ресурсами и обеспечит территориальный раздел России. Как сейчас украинцам пытаются доказать, что украинцы -- это не русские, так же будут сибирякам, уральцам и казакам доказывать, что они не русские, а русские всегда угнетали казаков. Но российское руководство надеется, что нас просто устанут атаковать.

10. Выезд из страны может затрудниться, но по решению западных стран. В феврале будет опубликован список тех российских крупных бизнесов, чьи активы могут быть арестованы, они сами могут быть задержаны и люди не будут так активно выезжать.

Во главе России стоят люди, которые считают, что абсолютно необходима интеграция России с западным сообществом, но при этом чтобы было признано право России на контроль над собственными ресурсами и экспансию на другие рынки. Убежденным западникам в руководстве России нелогично ограничивать выезд из страны.

Материал подготовили: Софья Адамова, Анна Краснопёрова, Всеволод Мильман, Олег Пшеничный, Евгения Тамарченко, Ива Цой.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari