Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD89.70
  • EUR97.10
  • OIL82.09
Поддержите нас English
  • 475
Мнения

Феллини в русских сердцах. Андрей Плахов к 100-летию великого режиссера

20 января исполняется 100 лет со дня рождения итальянского классика мирового кино Федерико Феллини. Андрей Плахов рассказывает о драматичном романе советских людей с искусством великого режиссера и о его главных картинах, определивших лицо кинематографа второй половины XX века.

Известен разговор Андрея Тарковского с Феллини после просмотра «Амаркорда». «Я знаю: ты и я, мы оба — гении! — улыбаясь, воскликнул Феллини. — Вы, русские, вообще гениальный народ. Как вы ухитряетесь снимать свои фильмы? О чем? У вас же ни о чем нельзя снимать! Я бы не снял у вас ни одной своей картины, потому-что все они о проститутках».

«Проститутки» в итальянской оперно-мелодраматической традиции — это то же, что «бедные люди» в русской литературной. И точно так же, как мы из гоголевской «Шинели», Феллини вышел из неореализма, самого близкого русскому сознанию художественного течения ХХ века. Оно питалось верой в добро и благородство, естественно живущие в простом «маленьком человеке». Это же стало основой советской оттепельной волны, отвергнувшей  коллективное сознание тоталитарного общества в пользу отдельной личности.

Как мы из гоголевской «Шинели» — Феллини вышел из неореализма, самого близкого русскому сознанию художественного течения ХХ века

Влияние Феллини на духовный мир советских людей было огромным. А уж на кинематографистов — особенно. Ираклий Квирикадзе рассказывал, что когда он в середине 1960-х учился во ВГИКе, студенты режиссерского курса разделились на две противоборствующие группы — «феллинистов» и «антонионистов» (фанов Микеланджело Антониони, другого важнейшего режиссера эпохи). Квирикадзе был в первом стане. Отмечая очередной Новой год и изрядно приняв на грудь во вгиковском общежитии, парни устроили в длинном коридоре пятого этажа (где жили девушки, попрятавшиеся в комнатах) настоящее побоище. В одном конце коридора сгруппировались феллинисты, в противоположном — антонионисты: те и другие метали в противников опустошенные бутылки из-под шампанского, не обошлось и без первой крови.

Эта история помогает понять, какое место в жизни людей той эпохи занимали Феллини, Антониони и вообще итальянское кино, переживавшее эпоху нового ренессанса и породившее целую плеяду великих авторов.

Феллини, сын коммивояжера, выпускник монастырской школы, обожал цирк, зарабатывал на жизнь карикатурами и радиорекламой, уклонялся от службы в армии, едва сводил концы с концами. Дружил с проститутками и до конца жизни сохранил восторженный пиетет перед пышными, гипертрофированными феминами: вспомним бесподобную Сарагину из «Восьми с половиной». Феллини открыт жизни во всех ее проявлениях, включая самые мрачные, но и тогда он остается собой — стопроцентным итальянцем, неисправимым фантазером, женолюбом и хулиганом, вооруженным самоиронией и больше, чем в бога, верящим в чудо, которое и есть жизнь.

Клаудиа Кардинале в фильме «Восемь с половиной» (1963)

Перечислю самые важные фильмы мастера.

В «Дороге» (1954) Феллини приоткрыл дверь в область духовной метафизики, но она оказалась не скучной, не схоластической, а наполненной детским волшебством, печалью и сказочной магией. Фильм был представлен на 15-м Венецианском фестивале и получил «Серебряного льва». А вот Кубок за лучшую женскую роль вообще в тот год не был присужден: даже Джульетту Мазину, гениально сыгравшую циркачку Джельсомину, жюри не сочло достойной. Но уже в «Ночах Кабирии» (1957) роль проститутки, страдающей от разлада мечты и реальности, принесла Мазине заслуженную премию Каннского фестиваля, а финальная «улыбка Кабирии», преодолевающая горечь и подлость жизни, стала хрестоматийной.

В 1960-м Феллини снимает «Сладкую жизнь» — главный фильм итальянского постнеореализма. Кинофреска о Риме эпохи «экономического чуда» в свободной, отчасти поэтической, отчасти гротескной форме живописует нравы эмансипированной буржуазии и богемы, борьбу атеистического интеллекта с обветшалым, но все еще притягательным христианским мифом. «Сладкая жизнь» триумфально побеждает в Каннах, но вызывает ярость Ватикана.

1963. «Восемь с половиной» открывает новую формулу авторского модернистского кино, вбирающего в себя стихию бессознательного, стирающего черту между реальностью и сновидением. Феллини становится, наряду с Годаром, главным кинематографическим новатором середины ХХ века. «Восемь с половиной» участвует в конкурсе Московского фестиваля — и побеждает! Решение жюри под началом Григория Чухрая стало апофеозом либерализма и чуть не стоило ему партбилета: ведь по партийным инструкциям должен был победить один из двух советских конкурсных фильмов. Героически выбитый для Феллини приз стал легендой и гордостью ММКФ. Спустя годы на фестивале возникла программа авторского кино «Восемь с половиной фильмов».

Победа фильма «Восемь с половиной» на ММКФ чуть не стоила Чухраю партбилета

«Амаркорд» (1974) — самый личный фильм Феллини — рассказывает о его детстве, которое пришлось на эпоху фашизма, об отроческих снах и фантазиях, питавших творчество Феллини всю жизнь. Режиссер получает за «Амаркорд» четвертый «Оскар» в категории «лучший иностранный фильм», кроме того, Ф.Ф. многократно был номинирован Американской киноакадемией за сценарии и режиссуру, а в конце жизни получил почетный «Оскар» за вклад в кинематограф. Один из его последних шедевров — «Казанова Феллини» (1976) — самый гротескный, мрачный и пессимистичный из фильмов мастера — сражает острым маньеристским стилем.

У Феллини с самого начала была муза, ставшая (и до конца оставшаяся) его главным актерским орудием — Джульетта Мазина. Выбирая других актеров, Феллини исходил из своей образной интуиции, а профессионализм играл вторичную роль. Поэтому у него могли играть великая актриса Анна Маньяни и эффектная секс-дива Анита Экберг, могли сниматься суперпрофи Альберто Сорди и типажные, непрофессиональные исполнители.

Из мужчин-актеров его любимцем стал Марчелло Мастроянни, открытый и воспитанный старшим коллегой Феллини — Лукино Висконти. В 1957-м Мастроянни сыграл у Висконти Мечтателя в «Белых ночах», но фильм был встречен холодно. Мастроянни тогда горько пошутил: «Я безнадежен — пора это признать. Придется до конца дней играть только таксистов». Пройдет совсем немного времени — и после феллиниевских «Сладкой жизни» и «Восьми с половиной» он станет символом интеллектуального актера новой эпохи.

Марчелло Мастроянни и Федерико Феллини на съемках фильма «Сладкая жизнь» (1960)

Как говорил, возможно, немного кокетничая, Мастроянни, Феллини предложил ему играть главную роль в «Сладкой жизни», потому что у него «самое заурядное лицо». Что касается «Восьми с половиной», Мастроянни в это время уже знал себе цену, но терпеливо ждал, пока продюсеры Феллини вели переговоры с великими — от Чарли Чаплина до Лоренса Оливье. Он «курил в сторонке» и «смутно улыбался» — и эта улыбка, столь важная для образа Гвидо Ансельми, решила дело.

Для моего поколения Феллини был легендой и синонимом всего прекрасного, что есть в кинематографе. В 1987-м мне посчастливилось видеть мэтра на закрытии Московского фестиваля, когда его фильм «Интервью» получил главный приз. Тут уже ни от кого не потребовалось особой смелости: на дворе была перестройка.

Роберт де Ниро и Федерико Феллини на XV Московском международном кинофестивале (1987). Фото: ТАСС/А. Морковкин и В. Христофоров

А в 1993-м я оказался в Италии, когда Феллини  не стало. До этого он впал в кому и пролежал, кажется, месяц. То была эпоха заката авторского кино, которое многие спешили похоронить. Один кинокритик написал, что коматозное состояние Феллини символично, ибо в нем пребывает само авторское кино. Еще чуть-чуть, и прозвучало бы: убейте скорее этого Феллини, зачем длить никому не нужную жизнь полутрупа.

Когда Феллини умер, его хоронила вся Италия. А то, что произошло с итальянским кино после ухода великих режиссеров, говорит само за себя.

Подпишитесь на нашу рассылку

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari