Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD89.02
  • EUR95.74
  • OIL82.46
Поддержите нас English
  • 193
Мнения

Великий комбинатор. Почему Аркадий Дворкович возглавил мировую шахматную федерацию

На прошлой неделе конгресс международной шахматной федерации ФИДЕ в Батуми избрал президентом российского экс-вице-премьера Аркадия Дворковича. Как это произошло и к чему может привести, разбирался Денис Билунов.

В ФИДЕ состоят 189 стран, это третья по величине спортивная федерация в мире — после футбола и легкой атлетики. Голосования в таких организациях проходят по принципу «одна страна — один голос», и нетрудно догадаться, какой характер обычно приобретает предвыборная борьба. В мире не один десяток стран, в которых всех шахматистов можно пересчитать по пальцам рук (ну или, может быть, рук и ног), и для них совсем не праздный вопрос, как оплатить билеты на Олимпиаду членам своих команд, а заодно и президенту своей федерации, который очень кстати обладает правом голоса по столь животрепещущему вопросу, как выборы самого главного в мире шахматного начальника. И ситуация эта совсем непростая, ведь подавляющее большинство таких стран находится где-то посреди Тихого океана или в самой глубине Африки, так что путь в Батуми, Тромсё или Ханты-Мансийск (в этих городах проходили трое последних выборов президента ФИДЕ) для этих бедолаг состоит не меньше, чем из трех перелетов. 

Многие наивно полагают, что в таких ситуациях все решают деньги, но это не совсем так. Может, например, оказаться, что президентом федерации одной из отдаленных стран является человек, давно уже сделавший состояние, скажем, на продаже национальных доменных имён или вообще какой-нибудь бывший министр обороны. А в другой стране, допустим, эта должность — необходимая ступенька в большой карьере, и для следующего шага наверх надо продемонстрировать какой-то международный успех. А в третьей и четвёртой — главный нерв и интрига связаны со взаимным соперничеством за руководство шахматами в их части света, поэтому для них особенно важно оказаться в лагере победителя. Во всём этом надо хорошо разбираться: понимать, кому что обещать, и, не дай бог, не перепутать. 

Именно поэтому, когда в начале лета этого года, всего за три месяца до выборов, вдруг выяснилось, что российским кандидатом в президенты будет не вечнозелёный Кирсан Илюмжинов (которого, на минуточку, уже и Путин успел поддержать), а внезапно Аркадий Дворкович, то многим — и мне в том числе — казалось, что его задача будет совсем непростой. Главным оппонентом Дворковича на этих выборах выступал грек Георгиус Макропулос, который много-много лет был серым кардиналом в команде Илюмжинова, и все тонкости, о которых шла речь в предыдущем абзаце, понимал, возможно, лучше всех в мире. Макропулос и другие международные шахматные бюрократы отвернулись от Кирсана, когда у того возникли клинические проблемы с персональными санкциями США, введенными из-за его бизнес-контактов с правительством Башара Асада. Судя по всему, в Кремле почувствовали угрозу потери контроля над ФИДЕ и решили сделать ставку на смену декораций, тем более, что Дворкович как раз был уволен с поста вице-премьера. Сначала в качестве компенсации, по сообщениям многих СМИ, ему прочили руководство небезызвестным центром «Сколково», но ФИДЕ в этой ситуации для него выглядела, конечно, гораздо более привлекательным запасным аэродромом.

Судя по всему, в Кремле почувствовали угрозу потери контроля над ФИДЕ и решили сделать ставку на смену декораций

Что касается вопроса, для чего российской власти нужен контроль над ФИДЕ, то на него трудно дать однозначный и исчерпывающий ответ. Но вот, например, «The Guardian» на днях опубликовала документы, свидетельствующие о том, что Путин просил Нетаньяху оказать влияние на шахматную федерацию Израиля, чтобы она поддержала кандидатуру Дворковича.

И, кстати, если посмотреть на персональный состав попечительского совета РШФ, то вполне можно подумать, что шахматы — это декорация для каких-то гораздо более важных дел. Кроме того, Илюмжинов за долгие годы своего президентства сделал немало для того, чтобы оно имело специфический флер политической уникальности. Статус руководителя ФИДЕ открывал ему возможности для личного общения с первыми лицами самых разнообразных стран, и, например, он был одним из последних публичных деятелей, которые наносили визиты Саддаму Хусейну и Муаммару Каддафи перед самым концом их карьеры. Это не говоря уже о том, что финансы ФИДЕ, подобно любой другой мировой спортивной федерации, — чрезвычайно сложный объект для любого международного контроля. 

В общем, тут есть большое пространство для конспирологических версий, но, так или иначе, бесспорно, что в плоскости спортивной политики ФИДЕ — это единственная крупная федерация, в которой у России всегда были, и, как видим, остаются, прочные позиции, что особенно важно на фоне разнообразных скандалов с МОК, ФИФА и ИААФ.  

Илюмжинов, для которого пришествие Дворковича, конечно, было неприятной новостью, предпочел объявить о том, что поддерживает его кандидатуру. Неизвестно, было ли ему что-то предложено взамен, но, скорее всего, да — по крайней мере, судя по тому, что в кампании Дворковича активное участие принимал ближайший помощник Кирсана Берик Балгабаев. Рискну предположить, что именно он консультировал нового кандидата по вопросам взаимодействия с федерациями пестрого третьего мира. 

Надо заметить, что поначалу больших успехов на этой ниве достичь не удалось. Дворкович, конечно, совершил обязательное мировое турне, в ходе которого определились его ключевые партнеры в разных частях света, но старик Макропулос тут же показал силу своих связей:  его кандидатуру на старте кампании официально номинировали 64 (!) национальные федерации — формально достаточно одной, — включая, например, практически всю Латинскую Америку, а также, конечно, Соломоновы острова, Косово, Сан-Марино и другие форпосты мировых шахмат. Ещё более существенно, что на стороне Макро выступили крупнейшая в Европе немецкая федерация и страна-организатор шахматной Олимпиады — Грузия.  

Казалось, что положение Дворковича довольно зыбкое, но ему удалось добиться важного успеха: он склонил на свою сторону третьего претендента, англичанина Найджела Шорта. В отличие от Макропулоса, Илюмжинова и Дворковича это известный гроссмейстер, который в течение многих лет входил в top10 мирового рейтинг-листа. В президентской гонке он был очевидным аутсайдером, но при этом имел твёрдую поддержку, как минимум 20-25 стран, включая Англию и США. С учётом того, что перспектива победы старых бюрократов ФИДЕ выглядела совсем уж одиозной, для ряда сторонников Шорта его альянс с Дворковичем представлялся прагматичным компромиссом. Тем не менее, он был совсем неочевидным, особенно с учётом того, что само выдвижение Шорта многие связывали с Гарри Каспаровым, который интерпретирует и Макро, и Кирсана, и Дворковича как, по большому счёту, одинаково неприемлемые эманации российского истеблишмента. Каспаров выдвигал свою кандидатуру на пост президента ФИДЕ в 2014 году, но проиграл Илюмжинову со счетом 61:110. Следует отметить, что тогда Каспаров, считая голоса «первого мира» практически гарантированными, сосредоточился на сборе поддержки в странах Африки и Азии, но неожиданно потерял большинство в Европе. Сейчас Каспаров никак не комментирует новости ФИДЕ, но у меня нет сомнений, что он считает поступок Шорта как минимум малодушием и, возможно, уподобляет его событиям четырехлетней давности. Итог голосования 103:78 в пользу Дворковича почти не оставляет сомнений в том, что победа последнего без поддержки Шорта была бы под очень большим вопросом. 

Большинство играющих профессионалов к избранию Дворковича относятся с воодушевлением, считая, что он, в отличие от Макропулоса, сможет привлечь в шахматы больше денег. На самом деле, с учетом количества играющих в шахматы во всем мире, их коммерческий потенциал огромен. Однако до сих пор он не реализован, и эта игра по уровню вложений занимает очень скромные позиции — достаточно сказать, что официальные ежегодные доходы ФИДЕ составляют всего €2-3 млн. Разумеется, Дворкович, используя свои связи, может изменить эту ситуацию с помощью российских денег, но едва ли это принципиально улучшит ситуацию. Что нужно шахматам по-настоящему — это перестать зависеть от конкретных влиятельных людей и их личных обстоятельств. 

А пока что Дворкович собирается вернуть штаб-квартиру ФИДЕ из Афин в Лозанну и провести очередной матч на первенство мира, в котором действующий чемпион Магнус Карлсен из Норвегии будет защищать свое звание против американца итальянского происхождения Фабиано Каруана. Права на организацию матча принадлежат российской компании Agon, которая ещё при Илюмжинове стала главным коммерческим партнером ФИДЕ. Её в шахматном мире принято ругать за непрозрачность и некомпетентность, но захочет и сумеет ли что-либо поменять Дворкович — это большой вопрос.

 

Подпишитесь на нашу рассылку

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari