Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD62.57
  • EUR65.68
  • OIL95.88
Поддержите нас English
  • 8110
Общество

Мое тело — не мое дело? Женщинам в США всерьез угрожает потеря права на аборты — как дошло до такого

Верховный суд США может отменить в стране конституционное право на аборты. Издание Politico опубликовало черновик решения, который представляет собой обобщенное мнение большинства судей. Подобные изменения во многом стали возможны благодаря тому, что в период Трампа консерваторы получили большинство в высшем судебном органе США, но в исторической перспективе происходящее — результат все более растущей политизации темы аборта. Право на прерывание беременности стало камнем преткновения между республиканцами и демократами всего несколько десятилетий назад, и сейчас в преддверии выборов эта борьба достигает наивысшей точки.

Содержание
  • Доступный аборт и женская монополия на знания

  • Антиабортная борьба и монополия на экспертность

  • «Мое тело, мой выбор»: борьба за легализацию аборта в США

  • Новые правые и рождение движения «за жизнь»

  • Борьба «за жизнь»: насилие и ограничительные законы

  • «Защитник нерожденных детей» Дональд Трамп

  • «Закон о сердцебиении»

  • Голос за демократов как «последняя линия обороны»

  • Реакция американцев: «Мы не будем возвращаться назад»

  • Небезопасные аборты и дальнейшие ограничения прав меньшинств

Последние события в США стали очередным напоминанием о том, что никакие результаты борьбы за права женщин нельзя назвать окончательными. История запретов абортов в США начинается в середине XIX века, но, в отличие от сегодняшнего конфликта, ее главными участниками были представители медицинского профессионального сообщества.

Доступный аборт и женская монополия на знания

До середины XIX века прерывание беременности было распространенной и не стигматизированной процедурой. В это время от 20 до 35% беременностей заканчивались так называемым «восстановлением менструальной регулярности». Основными средствами для совершения аборта были травы, выращиваемые в собственных огородах, или же препараты, которые отпускались в аптеках без рецепта. Для белых состоятельных женщин и белых женщин среднего класса аборт входил в сферу репродуктивного здоровья. Решение о прерывании беременности принималось лично женщиной, а не докторами. Однако ситуация была совершенно иной для порабощенных женщин, тела которых контролировались, так как их дети считались имуществом рабовладельца.

Решение о прерывании беременности принималось лично женщиной, а не докторами.

До профессионализации медицинского сообщества женщины также обладали монополией на знания о репродуктивной сфере и зачастую обращались за помощью к другим женщинам-повитухам.

В соответствии с Британским общим правом, в XIX веке аборт был разрешен до момента шевеления плода, которое могла заметить и подтвердить только сама женщина. Обычно это происходит между четвертым и шестым месяцами беременности. Это делало фактически невозможным судебное доказательство того, что прерывание беременности было совершено после начала движения плода. Кроме того, аборт, совершенный после этого момента, считался преступлением лишь небольшой тяжести.

Историки считают, что запрет на аборт после начала шевеления плода существовал для того, чтобы сохранить жизнь женщины. Прерывание беременности на более позднем сроке выполнялось с помощью специальных инструментов и несло больше рисков для жизни женщины.

Антиабортная борьба и монополия на экспертность

Первыми антиабортными активистами в США стали представители профессионального медицинского сообщества. Они заявили о том, что беременным женщинам должны помогать доктора с лицензией, а не повитухи.

Врач-гинеколог Горацио Сторер занимался антиабортным лоббированием и даже организовал настоящий «Крестовый поход врачей против абортов» в рамках Американской Медицинской Ассоциации. По мнению историков, для многих врачей, выступавших за регулирование аборта, основной целью кампании была ликвидация конкуренции женщин-повитух.

Для многих врачей, выступавших за регулирование аборта, основной целью кампании была ликвидация конкуренции женщин-повитух.

К началу XX века аборт был запрещен во всех штатах. Однако почти все законы, принятые в то время, предполагали случаи исключения, когда прерывание беременности было необходимо для спасения жизни женщины. Это решение принималось исключительно лицензированными докторами.

Знания женщин о репродуктивной сфере значительно ограничил закон 1873 года, запрещающий пересылку непристойных материалов. К ним относилась и информация об аборте и контрацепции. В 1906 году был также введен запрет на продажу неверно маркированных и «вредных» лекарств и препаратов. Совершить безопасный аборт с помощью медикаментов стало еще сложнее.

Принятые законы наделили докторов монополией на экспертность и исключительным правом на принятие решения о необходимости прекращения беременности. Также запреты привели к возникновению черного рынка абортов и, как следствие, к росту женской смертности в результате подпольных процедур. Криминализация этого рынка нанесла особенно сильный удар по афро-американкам и пуэрториканкам. Именно они чаще остальных умирали в результате нелегального прерывания беременности.

«Мое тело, мой выбор»: борьба за легализацию аборта в США

Но не все врачи поддерживали запрет на прерывание беременности. Многие из них выполняли нелегальные аборты, ссылаясь на риски для здоровья и жизни женщины. Однако с середины XX века, с развитием медицины и появлением более точных и эффективных методов гинекологической и акушерской помощи, использовать подобную риторику оправдания становилось все сложнее.

В 1960-е годы мнение о необходимости либерализации закона об аборте находило все большую поддержку в обществе. В первую очередь это было связано с серьезными последствиями употребления беременными талидомида, седативного снотворного лекарственного средства. С помощью него женщины боролись с утренней тошнотой и тревожностью. Как позже выяснилось, в результате приема препарата рождались дети с серьезными врожденными дефектами. Многие из них не доживали и до года.

На отношение к абортам повлияла и эпидемия краснухи, в результате которой родились десятки тысяч детей с глухотой, слепотой, пороками сердца и умственными проблемами. Вспышка этой болезни показала, что в аборте нуждаются не только представители меньшинств и бедные слои населения, но и белые обеспеченные женщины.

Переход от требований реформирования закона, запрещающего аборт, к требованию полной его отмены произошел в конце 60-х годов. Это было связано со значительным ростом влияния феминистского движения второй волны. Как заявляла Бетти Фридан, лидер Национальной организации женщин в США и автор «Загадки женственности» (1963): «Право женщины контролировать свой репродуктивный процесс должно быть установлено в качестве основного, неотъемлемого, человеческого, гражданского права».

За отмену запрета на прерывание беременности выступала и ветвь экологического движения, активисты которой занимались вопросами сексуальной свободы и контроля численности населения. Особенно важную роль в борьбе за право на аборт внутри этого направления играла группа «Нулевой прирост населения», сформированная в 1968 году.

В результате общественного давления четырнадцать штатов реформировали, а еще четыре (Нью-Йорк, Гавайи, Аляска и Вашингтон) отменили закон, запрещавший аборт.

В результате общественного давления четырнадцать штатов реформировали, а еще четыре отменили закон, запрещавший аборт.

В ответ на появление общественных движений, боровшихся за право на аборт, сформировалась и оппозиция. В нее входили Католическая церковь, врачи и домохозяйки, боровшиеся за права эмбриона.

В начале 1970-х годов республиканская партия намеренно обострила конфликт вокруг абортов. Ричард Никсон, кандидат в президенты в 1972 году, использовал в своей кампании тему прерывания беременности с целью выиграть поддержку католиков, жителей традиционно консервативных южных штатов и всех тех, кто обычно голосовал за демократов, но придерживался антиабортных взглядов. Таким образом, поляризация общества произошла еще за несколько лет до исторического судебного вердикта по делу «Роу против Уэйда» 1973 года, которое легализовало аборт по всей стране.

В конце 1960-х Норма Маккорви (в суде выступала под именем Джейн Роу) забеременела и захотела сделать аборт. Для этого она поехала в Техас, потому что законы этого штата позволяли прерывать беременность в случае изнасилования и инцеста. Однако факт насилия женщине доказать не удалось. Тогда от ее имени был подан иск в окружной федеральный суд штата. Ответчиком выступил окружной прокурор Генри Уэйд. Суд вынес решение в пользу истицы по существу дела, однако отказал в наложении запрета на соответствующие законы об аборте. В порядке апелляции дело дошло до Верховного Суда США, который вынес решение в пользу Роу и признал, что конституционное право на частную жизнь включает право женщины на прерывание беременности по собственному желанию. Таким образом вердикт высшего судебного органа США легализовал аборты по всей стране. Член Верховного Суда, Гэрри Блэкман назвал решение по делу «шагом, который необходимо было сделать, если мы идем по пути полной эмансипации женщин».

В результате легализации число подпольных абортов сократилось с 130 тысяч в 1972-м году до 17 тысяч в 1974-м. Значительно уменьшилось и количество смертей в результате нелегального прерывания беременности: с 39 случаев в 1972-м году до 5 в 1974-м.

Новые правые и рождение движения «за жизнь»

За решением Верховного Суда, легализовавшим аборт, почти сразу последовали ограничения. В 1976 году Конгресс утвердил поправку Хайда, которая запрещала финансирование аборта за счет федерального бюджета. В результате пострадали женщины с низким доходом, потому что именно они чаще остальных пользовались государственными системами медицинского страхования.

В течение десятилетия, последовавшего за легализацией аборта, произошла его беспрецедентная политизация. Аборт стал темой, объединившей «Новых правых» во главе с религиозным активистом Полем Уэйрихом. Они противопоставляли себя мейнстримным силам внутри республиканской партии и религиозных правых. Уэйрих вслед за Никсоном использовал аборт для привлечения дополнительной поддержки евангелистов. По мнению «Новых правых», возможность искусственного прерывания беременности угрожала существованию американской семьи, а решение по делу «Роу» представлялось как символ сексуальной распущенности, ухода женщин из семьи и упадка религии.

«Новые правые» финансировали организации, специально созданные для политической мобилизации евангелистов и их объединения с избирателями с похожими взглядами. Одна из самых известных организаций этого толка – «Моральное большинство», созданная баптистом Джерри Фолуэллом в 1979 году и направленная против либерализма и феминизма. Аборт – важная составляющая общей идеологии этого движения.

«Новые правые» определяли аборт как одно из главных угроз существованию американской семьи.

«Новые правые» также выступали против поправки о равных правах, принятие которой лоббировали феминистки. Одной из главных сил консервативного антифеминистского движения была Филлис Шлафли. Она утверждала, что женщинам не было нужды «опускаться до равных прав», так как они уже обладали «статусом особой привилегии». Доводы Шлаффли о необходимости защиты традиционной семьи резонировали со взглядами на женскую эмансипацию евангелистов, мормонов, евреев и католиков.

Именно объединенные силы «Новых правых» и правового религиозного движения привели к победе республиканца Рональда Рейгана на президентских выборах 1980 года. В рамках предвыборной кампании он открыто заявил о своей позиции «за жизнь», а Республиканская партия поддержала идею о необходимости принятия конституционной поправки о защите права на жизнь нерожденных детей. Радикализация позиции Республиканской партии по вопросу аборта с целью привлечения новых сторонников и голосов происходила параллельно с закреплением за демократами противоположных взглядов. В 1980 году партия поддержала решение по делу «Роу против Уэйда» и выступила против поправки о защите жизни эмбриона.

Борьба «за жизнь»: насилие и ограничительные законы

В 80-е и 90-е годы в США возросло число насильственных действий со стороны активистов, выступающих «за жизнь». С 1980 по 1993 год в американских клиниках, было зафиксировано 153 акта взрыва или поджога. Антиабортные активисты стали прибегать к угрозам, химическим атакам и взломам.

Радикальнее всего повели себя участники экстремистской группы «Армия Бога». Они пришли к заключению, что остановить аборты поможет убийство врачей, которые эти аборты проводят. Их первой жертвой стал доктор Дэвид Ганн. Его убили в штате Флорида в 1993 году.

В арсенале участников движений появились и новые тактики препрепятствия абортам. Например, «консультирование на тротуаре» или блокирование доступа в клиники. В результате все больше врачей отказывались от проведения абортов из соображений собственной безопасности.

Все больше врачей стали отказываться от проведения абортов из соображений собственной безопасности.

В отличие от насильственных методов радикалов, мейнстримные правые боролись с абортами с помощью запретов. Губернатор штата Пенсильвания Роберт Кейси принял закон, в соответствии с которым женщина, прежде чем прервать беременность, должна дать свое «информированное согласие». Для этого было необходимо ознакомиться с информацией о развитии эмбриона и рисках аборта. При этом если она несовершеннолетняя, то ей было необходимо получить согласие родителей, а если замужняя — уведомить о своем намерении супруга. Тогда же был введен обязательный период ожидания: с момента обращения в клинику до аборта должно было пройти минимум 24 часа.

Центр планирования семьи штата подал на губернатора в суд. Дело дошло до Верховного Суда, который в итоге оставил в силе все положения закона, кроме требования об уведомлении супруга. Таким образом высший судебный орган США поддержал работу антиабортных активистов и значительно ограничил доступ к искусственному прерыванию беременности на уровне страны. И снова сильнее всего это ударило по самым незащищенным группам населения.

«Защитник нерожденных детей» Дональд Трамп

Настоящая радикализация стратегии антиабортных сил произошла после избрания Дональда Трампа президентом в 2016 году. Сложно поверить, но еще в 1999 году Трамп утверждал, что он «за выбор». Однако в ходе своей предвыборной президентской кампании он пообещал назначить в Верховный суд противников абортов — с целью отменить вердикт по делу «Роу против Уэйда». Это дало Трампу поддержку консервативных евангелистов и христиан, и сыграло немалую роль в его последующем избрании. Хиллари Клинтон же в ходе своей кампании приняла противоположную позицию и выступала за отмену поправки Хайда.

В 2020 году Трамп стал первым в истории США действующим президентом, который посетил «Марш за жизнь», главное мероприятие противников абортов. «У нерожденных детей еще никогда не было более сильного защитника в Белом доме», заверил он участников марша.

Дональд Трамп стал первым в истории США действующим президентом, который посетил «Марш за жизнь».

Именно благодаря Трампу в высшем судебном органе США сложилось устойчивое консервативное большинство. И несмотря на то, что он проиграл президентские выборы в 2020 году, наследие его правления – правый уклон судебной ветви власти – сделало возможными принятие Техасского закона о сердцебиении и даже вероятную отмену вердикта по делу «Роу против Уэйда».

«Закон о сердцебиении»

В сентябре 2021 года в штате Техас был принят так называемый «Закон о сердцебиении». Он запрещает прерывание беременности после шестой недели, не делая исключения для случаев насилия и инцеста. Согласно авторам закона, именно на этой неделе у эмбриона появляется распознаваемый «пульс». Однако многие женщины даже не подозревают о плоде на таком раннем сроке. По оценкам экспертов, лишь от 10 до 15% всех абортов выполняются до шестой недели беременности.

По оценкам экспертов, лишь от 10 до 15% всех абортов выполняются до шестой недели беременности.

Подобные попытки почти полностью ограничить доступ к абортам предпринимались в консервативных штатах и раньше. Но такие они отменялись Верховным Судом как противоречащие историческому решению по делу «Роу против Уэйда».

По правилам, чтобы оспорить принятый закон, нужно подать иск против представителя власти, ответственного за его исполнение. Однако новый техасский антиабортный закон был разработан таким образом, чтобы обойти это препятствие. Теперь за исполнением закона следят не чиновники, а сами граждане. Любой человек может подать в суд на того, кто оказывает какое-либо содействие в совершении незаконного аборта. Ответчик, в случае проигрыша в судебном разбирательстве. должен выплатить по меньшей мере 10 тысяч долларов каждому заявителю. Попытки обжаловать закон в Верховном Суде не увенчались успехом. Как результат, уже в начале мая подобный закон был принят в соседнем штате Оклахома.

Техасский закон несет серьезную угрозу здоровью и жизни беременных, особенно находящихся в критических ситуациях. Это доказал случай с Анной, которая узнала о своей беременности уже после вступления закона в силу и решила оставить ребенка. Однако на 19 неделе беременности у нее неожиданно отошли воды. Врачи скорой сообщили Анне, что ребенок недоразвит и точно не сможет выжить, при этом у самой женщины высокий риск развития сепсиса и кровотечения с возможным смертельным исходом. Врачи рекомендовали аборт, однако согласно закону штата Техас сделать его на этом сроке они не имели права.

Добраться до соседнего штата Анна могла либо на машине, а это 8-9 часов в пути, либо на самолете. Женщина выбрала второй вариант, и это обошлось ей в несколько тысяч долларов. В эфире NPR Анна рассказала, что впервые в жизни ощутила себя расходным материалом:

«У меня есть сберегательный счет и работа, что позволило мне сделать все это. Но на этой планете есть много других людей с маткой, которые не смогли бы всего этого предпринять. И что бы сделали они? Они бы просто бы умерли? Я все время думаю об этом».

Голос за демократов как «последняя линия обороны»

Если Верховный Суд отменит решение по делу «Роу», то консервативные штаты смогут полностью запретить аборты. По результатам исследования Центра защиты репродуктивных прав, прерывание беременности может быть запрещено в половине штатов – почти все они относятся к традиционно консервативным и расположены на юге и в центральной части страны. Так Власти Техаса заявили о намерении ввести полный запрет на аборт в случае отмены вердикта 1973 года.

Аборт может быть полностью запрещен в половине штатов – почти все они относятся к традиционно консервативным.

Уже сейчас многие женщины вынуждены обращаться в клиники в штатах, где аборт разрешен. И эти медицинские учреждения сильно перегружены в связи с ростом количества пациенток. Отмена решения по делу «Роу» может привести к настоящему кризису внутри страны. Миллионы женщин будут вынуждены преодолевать сотни и тысячи километров, чтобы получить возможность сделать аборт. Некоторые клиники уже сейчас готовятся к критическому наплыву клиенток, другие предупреждают о том, что не смогут справиться с резким ростом спроса. Кроме того, некоторые эксперты опасаются того, что консерваторы захотят запретить женщинам покидать штат с целью совершения аборта.

После публикации черновика решения Верховного Суда левый политик Берни Сандерс призвал Когресс к срочному закреплению вердикта по делу «Роу» в качестве закона:

«Конгресс должен принять закон, который немедленно кодифицирует решение по делу “Роу против Уэйда” по всей стране».

В феврале 2022 года демократы уже пытались принять закон о праве на аборт, но безуспешно. Законопроект был заблокирован республиканцами и не смог набрать 60 голосов в Сенате. Вторая попытка законодательно закрепить право на аборт в мае того же года тоже не увенчалась успехом. Как утверждает The Guardian, это действие имело скорее символическое значение — оно было призвано объединить граждан страны в борьбе против вероятной отмены решения по делу «Роу» в конце июня.

Реакция американцев: «Мы не будем возвращаться назад»

В ответ на публикацию черновика решения Верховного Суда, 14 мая в стране прошло более 380 акций, включая самые массовые протесты в Вашингтоне, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе и Чикаго. Протесты под общим девизом «Снимите запреты с наших тел» были организованы группой ассоциаций и организаций, среди которых «Женский Марш», «Планирование семьи», UltraViolet и MoveOn. Протестующие в Вашингтоне прошли маршем к зданию Верховного Суда. «Я не могу поверить, что в моем возрасте мне все еще приходится протестовать по этому поводу», – поделилась 64-летняя служащая федерального правительства.

Участницы демонстрации несли плакаты со слоганами «Репродуктивная справедливость для всех» и «Мы не будем возвращаться назад» и с изображением вешалки, символом опасных подпольных абортов. Участницы шествий делились своими личными историями о пережитом нелегальном прерывании беременности. Глория Оллред, юристка по правам женщин, рассказала, что ее оставили в луже собственной крови:

«Медсестра сказала мне: “Надеюсь, это послужит тебе уроком”. Это и правда преподало мне урок, но не тот, который она имела в виду. Аборт должен быть безопасным, он должен быть законным, он должен быть недорогостоящим, он должен быть доступным».

Как показывает исследование 2022 года, большинство граждан США уверены, что аборт должен быть законным: 61% считают, что прерывание беременности должно быть разрешено во всех или в большинстве случаев, в то время как только 37% выступают против этого.

Участники протестов 14 мая говорили и о том, что, если аборты будут запрещены, то права иммигрантов, меньшинств и других наименее защищенных категорий людей со временем также будут ущемлены. Эми Эшлеман, жена мэра Чикаго Лори Лайтфут, заявила о вероятности отмены права на гомосексуальный брак:

«Речь никогда не шла только об абортах. Речь идет о контроле. Мой брак “включен в меню”, и мы не можем позволить и не позволим этому случиться».

Небезопасные аборты и дальнейшие ограничения прав меньшинств

В случае отмены решения по делу «Роу», наиболее сильный удар, как это уже происходило ранее, придется на самые незащищенные группы населения: небелых людей, ЛГБТ+ и бедных людей, а также жителей сельской местности.

Историк Джиллиан Франк уверен, что аборты, будь они незаконными или законными, так или иначе не исчезнут:

«Женщины в Америке всегда искали способы сделать аборт. Что менялось, так это контекст, безопасность, экономическая и общая доступность, но сам аборт оставался фактом репродуктивной жизни Америки с момента основания страны».

На тщетность борьбы против абортов, которая не приносит ничего кроме роста рисков для здоровья и жизни женщин, указывает и канадский исследователь в области политики здравоохранения Ахмедур Али, твит которого набрал 228,5 тысяч лайков и почти 60 тысяч ретвитов:

«Вы никогда не сможете запретить аборты, вы можете запретить только безопасные аборты. Прочтите это еще раз».

Перед майским голосованием в Сенате лидер сенатского большинства, демократ Чак Шумер выступил с предостережением: «Если мы сейчас не встанем на защиту права женщины на выбор, то попомните мои слова, начнется настоящий сезон охоты, охоты на наши Богом данные свободы».

Активисты и эксперты действительно опасаются, что действия Верховного Суда по вопросу аборта могут повлечь за собой дальнейшие ограничения свобод, и в первую очередь они могут затронуть доступ к контрацепции и права ЛГБТ+ людей. Таким образом радикализация политической антиабортной борьбы может быть только началом настоящего правого поворота, который поставит под угрозу многие другие результаты работы предыдущих поколений.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari