Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD62.05
  • EUR64.44
  • OIL115.69
Поддержите нас English
  • 2772
Новости

«Жанаозен — увеличительное стекло, отражающее проблемы почти всех регионов». Почему протесты на западе Казахстана могут охватить всю страну

На западе Казахстана третий день не утихают протесты, вызванные резким повышением цен на сжиженный газ. Митинги начались 2 января в Жанаозене, жители которого в знак протеста перекрыли движение транспорта в центральной части города. Позже жанаозенцев поддержали во многих других населенных пунктах. Так, сотни жителей Актау собрались на городской площади и не покидали ее даже после наступления ночи, а сотрудники нефтегазовых месторождений Каламкас и Каражанбас отказались работать.

На фоне протестов правительство Казахстана 3 января пообещало реализовать пакет мер по урегулированию цены на сжиженный газ. Позже собственники АЗС в в Мангистауской области приняли решение о снижении стоимости газа с 120 до 85-90 тенге за литр. Однако это не устроило протестующих, которые требуют возврата к 60 тенге.

Экономист Асет Наурызбаев в разговоре с The Insider рассказал, с чем может быть связано повышение цен на газ, а политолог Досым Сатпаев объяснил, против чего на самом деле выступает казахстанское общество.

Асет Наурызбаев, экономист, эксперт по энергетике

За счет чего на западе страны так резко поднялись цены на газ, сейчас будет разбираться Антимонопольный комитет. Никаких факторов повышения себестоимости не было — ни зарплаты не повысились, ни налоги, ни добыча. Такой одномоментный скачок связан только с действиями игроков рынка, и вот такое прямое повышение доходов этих игроков вызывает недовольство людей, которые не понимают, почему в условиях не изменившейся конъюнктуры цена газа выросла в два раза.

Понятно, что есть ножницы между внутренними и внешними рынками газа, то есть на экспорт всегда продавать было выгоднее, особенно сейчас. Однако закон о газе предусматривает прежде всего газоснабжение внутреннего рынка. В Казахстане нет прямого рыночного ценообразования, а есть квота для внутреннего рынка газа. Управление этой квотой — это и есть плавный переход цены к показателям, которые нам не были названы. Понятно, что целевой показатель — это мировые цены на газ с условием доставки до тех узлов, в которых эта цена торгуется. Программа перехода к мировым ценам должна быть обоснована в течение определенного периода. Перестройка экономики к мировым ценам должна происходить много лет и по понятным графикам. У нас это произошло внезапно, особенно – в западных областях.

Если бы в Казахстане был государственный резерв газа, то государство могло бы выбросить на рынок часть этого резерва, и это была бы нормальная практика в отличие от того, что власти делают сейчас.

Собственники АЗС Мангистауской области снизили цены, скорее всего, из-за того, что им пообещали дешевый газ от производителя. Должно быть, они законтрактовались с «Казмунайгазом», который снизил цены. Они пересмотрят контракты от «Казмунайгаза» через разных игроков и, возможно, используя свои рычаги, что-то получат подешевле, за счет чего снизят контракты на поставку газа.

Досым Сатпаев, политолог, кандидат политических наук

Жанаозен — это увеличительное стекло в Казахстане, которое показывает четко и выпукло те проблемы, которые существуют практически во всех регионах страны. Митинги против повышения цен на газ в целом направлены против существующей социально-экономической ситуации, сложившейся на западе Казахстана – главного донора бюджета страны – в связи с ростом цен, инфляцией, безработицей и неуверенностью людей в будущем. Требования жанаозенцев на самом деле поддерживают многие жители Казахстана.

В 1990-х годах власти страны обещали, что с такими богатыми нефтегазовыми ресурсами и небольшим населением через 20–30 лет Казахстан будет напоминать одно из государств Персидского залива, но этого нет. Мы видим нарастающий уровень недовольства по всему спектру казахстанского общества. Это касается не только западного Казахстана, но и представителей среднего класса, бизнеса и даже госучреждений, особенно тех, которые занимаются образованием и здравоохранением. Протест связан с тем, что многие видят высокую некомпетентность чиновников на центральном и местном уровне, высокий уровень коррупции, которая никак не снижается, коллективную безответственность.

Власть сама себя загнала в тупик, потому что за 30 лет не создала широкую сеть дееспособных и эффективных политических институтов на всех уровнях, которым доверяло бы население и которые могли бы быстро и эффективно реагировать на кризисную ситуацию. Все официально действующие политические институты в Казахстане —искусственные, бутафорские, они занимаются лишь имитацией деятельности.

Сейчас власть пытается залить огонь бензином. С одной стороны, она показывает кнут, намекая на то, что все эти митинги незаконны и что их организаторы могут оказаться под прессом. С другой стороны, власть опасается, что может повториться 2011 год <тогда длительная забастовка нефтяников в Жанаозене вылилась в беспорядки. Полиция открыла огонь по демонстрантам, в результате чего, по официальным данным, 16 человек погибли, а более 100 пострадали – The Insider>, поэтому она дает обещания, что цена на газ будет снижена до определенного уровня.

Вопрос не только в стоимости газа. Мы уже видим, что люди стали выдвигать политические требования – например, по поводу выборности акимов. То же самое было в Жанаозене в 2011 году — сначала это был классический трудовой конфликт, который позже перерос в общественно-политический. Я думаю, что власть попытается хотя бы временно загасить эту проблему. Нурлан Нагаев <аким Мангистауской области – The Insider> уже выходил общаться с митингующими, хотя те не очень активно его слушали. Наши власти всеми силами пытаются показать, что готовы вести диалог, но люди им не верят.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari