Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD74.36
  • EUR90.41
  • OIL55.08
  • 2849
Экономика

Серпом по ценам. Почему борьба с инфляцией административными мерами — опасный эксперимент

Валерий Кизилов

Когда Владимир Путин возмутился ростом цен на макароны, подсолнечное масло и сахар, а прокуратура приступила к изучению тезисов вождя, потребители и производители насторожились: с советских времен все помнят, что ручное планирование цен порождает только дефицит. Экономист Валерий Кизилов анализирует меры по сдерживанию цен и объясняет, почему потребителям не стоит ждать ничего хорошего, когда государство начинает бороться с инфляцией административными мерами.

Государственный аппарат, похоже, готов бороться с высокими ценами в режиме оглушительной кампании. Генеральная прокуратура 11 декабря издала пресс-релиз:

«В настоящее время отмечен необоснованный рост цен на базовые продукты питания… Прокурорам субъектов Российской Федерации поручено во взаимодействии с антимонопольными органами активизировать работу по надзору за исполнением законодательства в области ценообразования на социально значимые продовольственные товары… При выявлении нарушений будет обеспечено решительное и принципиальное реагирование на случаи необоснованного роста цен на продовольственную продукцию и жесткое пресечение картельных сговоров. Обеспечение законности в рассматриваемой сфере остается под контролем Генеральной прокуратуры».

Понятно, что, с одной стороны, прокуроров будут награждать за «выявление» необоснованных повышений цен и картельных сговоров, а с другой — суды и адвокаты вряд ли смогут защитить кого-то от ревнителей в погонах.

Правительство России в тот же день создало специальную группу для реагирования на рост цен. Возглавил ее первый вице-премьер Андрей Белоусов, а сам Михаил Мишустин в состав группы не вошел. Первое заседание белоусовской группы прошло 14 декабря, но сайт правительства рассказывает о его итогах очень скупо. Зато отчет об оперативном совещании Мишустина с вице-премьерами, которое прошло также 14 декабря, представлен в подробностях. Судя по этим штрихам, между Белоусовым и Мишустиным может быть аппаратное противостояние вокруг того, кто главный борец с дороговизной.

Семь чудес госрегулирования

Докладчиками на встрече у главы правительства были министр экономического развития Максим Решетников и министр сельского хозяйства Денис Патрушев (сын секретаря Совбеза). Решетников отчитался сразу о семи мерах.

  • Первое: правительство навяжет союзам производителей сахара и подсолнечного масла, а также розничным сетям «соглашения» о снижении и ограничении цен.
  • Второе: производители сахара получат льготные кредиты по ставкам от 1% до 5% на закупку сахарной свеклы для переработки.
  • Третье: на семена подсолнечника «уже введена запретительная экспортная пошлина — 30%, но не менее 165 евро за тонну» (постановление правительства подписано 9 декабря, вступит в силу 9 января 2021 года).
  • Четвертое: с 15 февраля предлагается ввести квоту на экспорт зерновых в размере 17,5 млн тонн, а также экспортную пошлину в 25 евро внутри квоты и 50%, но не менее 100 евро вне квоты.
  • Пятое: мукомолы получат субсидии на покупку зерна, а хлебопеки — на покупку муки.
  • Шестое: расширяются возможности правительства вводить регулируемые цены (раньше, по постановлению 2008 года № 530, это допускалось при росте каких-либо цен на 30% в месяц, а теперь будет достаточно и 10% в месяц).
  • Седьмое: будет долгосрочный механизм «контрциклических мер поддержки сельского хозяйства для стабилизации внутренних цен (для внутреннего потребителя), когда у нас происходят большие колебания на мировых рынках». Последнее, пожалуй, не слишком ясно звучит, но, вероятно, потребителя этот механизм должен поддерживать, когда цены высокие, а сельское хозяйство — когда низкие.

Патрушев добавил деталей. По его словам, чтобы сахар был дешевым, надо расширить посевные площади под свеклу, поэтому «в 25 регионов, традиционно возделывающих сахарную свёклу, направлена телеграмма о необходимости увеличения в период весенних полевых работ 2021 года посевных площадей». И тогда, «даже при самой низкой урожайности», получится собрать на 19–20% больше свеклы и обеспечить внутреннее производство сахара в 6 млн тонн при потребности в 5,9 млн тонн. Однако, добавил министр, «если цена производителей не снизится, мы готовы согласовать отмену пошлины на импорт тростникового сахара». А в отношении подсолнечного масла, наоборот, обсуждается введение экспортных пошлин: «на экспорт семечки» уже подняли 9 декабря, на само масло, «если цены не будут снижены», введут 21 декабря. По субсидиям хлебопекам и мукомолам Патрушев назвал конкретные цифры, предложив совокупно 7,2 млрд рублей. Наконец, он озвучил и целевые ориентиры по ценам: килограмм сахара в рознице будет стоить 46 рублей, литр подсолнечного масла — 110 рублей, тонна пшеницы до конца года — 14 тысяч рублей и до конца февраля 13 тысяч рублей без НДС.

Мишустин все названные меры поддержал и в тот же день подписал 4 постановления правительства (№ 2094, 2095, 2096 и 2097) по регулированию рынков продовольствия. Первое предписывает Минсельхозу заключить «соглашения» с производителями, а Минпромторгу — с продавцами сахара-песка и подсолнечного масла «для снижения и поддержания цен». Требования к соглашениям — не ограничивать производителей в выборе торговцев, а торговцев — в выборе поставщиков, ну и не затрагивать иные товары. Отдельные пункты постановления фактически предписывают налоговой службе не вменять участникам «соглашений» занижение доходов, а ФАС — не привлекать их к ответственности за сговор по поддержанию цен.

Вот и договорились

Последнее обстоятельство, правда, вызывает вопрос, можно ли постановлением правительства отменять нормы закона. Статья 178 УК «Ограничение конкуренции» предусматривает до трех лет лишения свободы, а с использованием служебного положения (а к таковому относится и положение премьер-министра, разумеется) — до шести лет. А закон «О защите конкуренции» содержит статью 11 «Запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения хозяйственных субъектов», которая признает картелями и запрещает соглашения, которые «приводят или могут привести к», в частности, «установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок». Для буквы антимонопольного закона неважно, на высоком или низком уровне будут поддерживаться цены! Впрочем, благодаря послушности судов правительство может не заботиться об этой коллизии.

Также никто из инициаторов этих мер и секунды не уделил размышлениям не тему, что будет, если бизнес откажется подписывать «соглашения». Знали, что не откажется. Не переживали и о возможности, что каких-то мелких продавцов просто не найдут и «соглашениями» на государственном уровне не охватят. Здесь действует логика корпоративного государства: правительство «договорилось» с гильдией и будет с нее спрашивать, а тех, кто в гильдию не входит и подчиняться ей не хочет, обнаружив, легко раздавят.

И действительно, вечером 16 декабря «соглашение» было достигнуто. Сахар будет продаваться на оптовом рынке по 36 рублей за килограмм, а на розничном — по 46. Подсолнечное масло на заводе будет стоить 95 рублей, а на прилавке — 110 рублей. За Уралом — с повышающим коэффициентом по усмотрению губернаторов. Участниками стали производители, на которых приходится более 90% рынка сахара и свыше 85% рынка подсолнечного масла. «Сегодня здесь присутствуют не все участники рынка, но они обязательно присоединятся к соглашениям в ближайшее время», — сказал министр промышленности и торговли Денис Мантуров.

Интересно, что никакие обязательства по объемам поставок при этом озвучены не были. Следовательно, если продавцы сочтут фиксированные цены для себя невыгодными, они могут просто прекратить производство или закупки соответствующего товара, за исключением какого-то символического количества. Тогда все формальные требования государства будут выполнены, но продукты для потребителей станут недоступны.

Если продавцы сочтут фиксированные цены невыгодными, они просто прекратят производство или закупки товара

Другая проблема связана с качеством. Раньше потребители исходили из того, что разные марки сахара и масла могут различаться по качеству, а значит — по себестоимости и по цене. Кто-то выбирал подешевле, кто-то получше, кто-то был согласен немного переплачивать за любимый сорт. А теперь все цены уравнивают. Значит ли это, что у всех производителей должна быть абсолютно одинаковая рецептура и технология, одинаковое оборудование? Или товары с более высоким качеством должны продаваться не дороже любых других, обрекая своих производителей на сниженную рентабельность? Тогда хорошие товары исчезнут, вместо нормального сахара и масла прилавки будут заполнены чем-то предельно дешевым в производстве и лишь формально классифицируемым как «сахар» или «подсолнечное масло». Правительство, конечно, может ответить на это какими-то совещаниями и мерами по качеству продовольствия, новым регулированием и контролем. А потом еще контролем над способами уклониться от контроля и так далее, вплоть до колхозно-лукашенковских инспекций и разносов с воплями на периферийных свинофермах.

Новый порядок на прилавке

Пока недовольных голосов не слышно — регуляторы и регулируемые сливаются в общем энтузиазме. Еще утром 16 декабря крупнейший розничный холдинг X5 Retail Group, не дожидаясь «соглашений», объявил, что обнуляет наценку на макароны, хлеб, тушенку, чёрный чай, картофель, хлопья зерновые и ультрапастеризованное молоко. «Надеемся, что нашу инициативу в области саморегулирования поддержат коллеги по отрасли, а также производители и поставщики. Это поможет сдержать цены и поддержать покупателей», — сказано в сообщении компании (на сайте X5 Retail Group такого релиза нет).

В «Пятерочке» в день публикации новости признаков сенсационной распродажи не обнаружилось: самый дешевый хлеб продавался по 14 рублей за батон белого и по 19 рублей за буханку черного. Пачка макарон (400–450 г) стоила от 13 рублей за самые дешевые до 205 рублей за самый дорогой импорт из Италии. Килограмм сахарного песка — 46 рублей. С подсолнечным маслом оказалось чуть интереснее: целых 8 сортов рафинированного масла от разных производителей продавались по одинаковой цене в 109 рублей 99 копеек за литр и еще 3 сорта совсем чуть-чуть дешевле. Что же касается нерафинированного подсолнечного масла, то продавалось только два сорта, оба в уменьшенных бутылках и в пересчете на литр они были дороже 110 рублей. Что-то будет с ними дальше? Очевидно, некоторые розничные сети начали соблюдать «соглашение» еще до его подписания, но поначалу еще могли терпеть у себя какую-то «неформатную» продукцию…

Откуда цифры?

Попробуем сопоставить эти наблюдения с ценовым мониторингом Росстата. Росстат публикует еженедельную и ежемесячную серии отчетов. Два последних еженедельных выпуска пришлись на 9 и на 16 декабря. Самой поздней на момент начала кампании стала сводка от 9 декабря «Об оценке индекса потребительских цен с 1 по 7 декабря». В ней показано, что с начала года сахар-песок подорожал на 72,7%, а подсолнечное масло — на 25,9%. Но бурную реакцию Путина, вероятно, вызвала не она, а ежемесячная сводка «Об индексе потребительских цен в ноябре 2020 года», опубликованная 4 декабря. Именно там сообщается, что индекс цен на сахар в ноябре 2020 года по сравнению с декабрем 2019 оказался выше на 71,54%, а подсолнечное масло за тот же срок подорожало на 23,78%. Именно эти цифры звучали в путинском вступительном слове на совещании по экономическим вопросам 9 декабря. Дословно по сайту kremlin.ru: «Но почему цены-то выросли на 71,5 процента [на сахар]? Слава богу, здесь, как мне докладывают, стабилизация происходит определённая. А подсолнечное масло — 23,8 процента, и продолжает расти; мука — 12,9 выросла, макаронные изделия — 10,5; хлеб и хлебобулочные изделия на 6,3 процента — это-то почему?».

В пресс-релизе Генпрокуратуры, о котором мы уже говорили, скандально и неоправданно подорожавшими товарами названы сахар, подсолнечное масло, мука и хлеб. Однако если бы Путин и его сподвижники внимательнее изучили ту же росстатовскую справку за ноябрь, то ценами на хлеб они бы точно не возмущались, потому что там есть продукты, подорожавшие за тот же срок еще резче: «плодоовощная продукция» на 8,24%, а «крупа и бобовые» — вообще на 19,69% (сильнее, чем макароны и мука, почти как подсолнечное масло). А если бы они заглянули в еженедельный отчет от 9 декабря, то заметили бы там подорожание яблок на 16,5%, моркови на 23,8%, картофеля — на 25,1%, гречневой крупы-ядрицы — на 40,6%. Впрочем, возможно, и эти цифры были замечены, но для них нашлись убедительные объяснения в виде ссылок на урожайность, события на Кавказе или еще что-нибудь.

Интересно, однако, посмотреть на росстатовские цены, выраженные не только в процентах, но и в рублях. Они тоже публикуются как «Средние потребительские цены (тарифы) на товары и услуги». Вот некоторые средние цены из этой базы данных.

Таблица 1. Цены на отдельные товары в конце декабря 2019 и в конце ноября 2020 г., руб.
Таблица 1. Цены на отдельные товары в конце декабря 2019 и в конце ноября 2020 г., руб.

Темпы роста цен примерно, хотя и не в точности, соответствуют ежемесячным и еженедельным сводкам. А «средние» цены Росстата сильно зависят от того, как усреднять, но в целом оказываются повыше, чем наблюдаемые в магазинах вроде «Пятерочки». В принципе, можно отчитаться о достигнутых целях даже не слишком сильно подкручивая методологию.

Что же это было?

Путин дал министрам на борьбу с высокими ценами неделю. Неделя прошла, и результат как бы достигнут: соглашение подписано, все масло теперь по 110 рублей. Прилавки не опустели, бизнес не жалуется. Так или иначе, это относительный пропагандистский успех развернувшейся кампании. К чему, однако, приведет продолжение в том же духе? Это зависит от того, верен ли путинский диагноз насчет причин, вызвавших повышение цен. Напомним, что он звучит так: «Это динамика цен на мировых рынках и попытка подогнать внутренние цены под мировые, а также использовать экспортные возможности».

Строго говоря, подстройка внутренних цен под мировые — это не чье-то злодеяние, а естественное свойство рынков, осознанное и принятое еще средневековыми схоластами. А за использование экспортных возможностей, например, в Великобритании вообще ордена дают. В нашем же случае, как видно из таблицы 1, имела место скорее подстройка среднероссийских цен к московским, а не тех и других к мировым. Особенно в случае с подсолнечным маслом, которое в среднем по стране, согласно Росстату, подорожало с 99 до 123 рублей за килограмм (на 25%), а по столице — со 115 до 126 рублей (на 9%). Следуя логике правительства, имело бы смысл подавить с помощью запретительных пошлин поставки подсолнечного масла в Москву, и тогда в регионах оно станет дешевле.

За использование экспортных возможностей в Великобритании дают ордена

С макаронами и зерновыми вообще трудно понять, из-за чего шум: в Москве они подорожали на 8–10%, по стране — на 10–13%. Меньше, чем яблоки и рис, не говоря уже про морковь, картофель и гречку. Однако именно для зерновых в стремительном порядке были введены и жесткое квотирование экспорта, и вывозные пошлины, и 7-миллиардные субсидии мельницам и пекарням. Из четырех постановлений «для стабилизации ситуации на рынке продовольствия», которые Мишустин подписал 14 декабря, три посвящено именно зерновым. Невольно возникает мысль, что этот комплекс мер был подготовлен кем-то заранее и привязан к делу о сахаре и подсолнечном масле, потому что кстати пришлось.

В сахарной же отрасли у России в 2020 году самый настоящий провал, и именно с точки зрения производства. За 11 месяцев года произведено лишь 5,1 млн тонн сахара — это худший результат за четырехлетие. А по итогам года объем производства может оказаться даже ниже, чем в 2016 году, ведь сахарные заводы дают от 80% до 90% своей годовой продукции с сентября по декабрь включительно, а по итогам ноября в 2020 получилось на 30% меньше сахара, чем в 2019.

Производство белого свекловичного сахара, млн.т.
Производство белого свекловичного сахара, млн.т.

Источник

Предвидеть это, наверное, можно было еще весной, когда появились данные, что посевные площади под сахарную свеклу сокращены относительно 2019 года на 19%. Однако тогда это сокращение посевов сопровождалось совсем другими комментариями. Процитируем отраслевой обзор, опубликованный в январе 2020:

На фоне перепроизводства цены на сахар значительно упали, что грозит отрасли банкротствами, предупреждала ФАС. О планах сокращения площади под сахарной свеклой Минсельхоз сообщал в ноябре прошлого года. В сентябре Минсельхозпрод Краснодарского края также потребовал от районов в 2020 году сократить посевы сахарной свеклы на 15–20% и заместить их «экспортно-востребованными культурами» — соей и рапсом.

Вот, значит, чем тогда пугали стратеги-чиновники, управляющие сельским хозяйством в центре и на местах: перепроизводством, обвалом цен! Правда, оказалось, что в 2020 году еще и урожайность свеклы снизилась на 18%. И теперь министр шлет в регионы телеграммы с требованием, наоборот, посевные площади увеличить. Все это, как водится, под разговоры, что рынок без государственного контроля неэффективен и вреден для народа. Разумеется, не стоит ждать, что кто-нибудь из этих стратегов ответит за свою деятельность. Слава богу, как сказал Путин, здесь происходит определенная стабилизация.

Регуляторный раж и временные трудности

На главной странице Минпромторга, в верхнем ряду ссылок размещены два триумфальных заголовка. Слева — Подписаны соглашения о стабилизации цен на сахар и подсолнечное масло. Справа — Интервью ТАСС: «Проблема нехватки лекарств в аптеках будет полностью решена к середине декабря».

Вряд ли дизайнеры сайта хотели намекнуть, что регулирование цен и дефицит товаров в продаже часто ходят вместе, но эффект получился именно таким. Ничему не научившись на истории с лекарствами, правительство само загоняет себя в тупик.

Регулировать цены, игнорируя объемы поставок и качество продуктов, — абсурдно. А вводить контроль над поставками и качеством — это значит убивать главное преимущество рыночной экономики, частную инициативу и заинтересованность. Точнее, частная инициатива и заинтересованность где-то останутся, но будут в основном применяться для обмана и теневых операций.

Регулировать цены, игнорируя объемы поставок и качество продуктов, — абсурдно

Мишустин, видимо, уже чувствуя, к чему идет дело, утром 16 декабря оговорился, что «все эти меры по сдерживанию цен, конечно, краткосрочные. Не надо этим увлекаться, впадать в так называемый «регуляторный раж», чтобы административное регулирование не привело к снижению производства или долгосрочных инвестиций». Возможно, здесь есть намек на кого-то из коллег по управлению государством. Принятые меры действительно временные (соглашения о ценах до 1 апреля, ограничения на вывоз зерновых и масличных до 30 июня 2021 года), и от них планируют отказаться, когда ситуация стабилизируется.

Однако, в каком смысле она может стабилизироваться? Может ли настать такое время, чтобы внутренние цены, оставаясь свободными, не подстраивались к мировым, а региональные к столичным? Если уж вы решили влиять на цены местного рынка с помощью экспортных пошлин и квот, то надо увеличивать пошлины и снижать квоты всякий раз, когда мировые цены растут и делать наоборот, когда падают. И никогда это не кончится.

И если министры, а не производители и собственники решают, сколько гектаров засевать свеклой, двигая этот норматив туда-сюда, то в каком смысле это временные меры? Это системные меры, это такая система. И она систематически будет порождать определенные артефакты: здесь не угадали, там перегнули. Частный производитель, посеяв неправильное количество свеклы, недоберет выручки или понесет излишние затраты, то есть заплатит за ошибку из своего кармана. А за ошибки чиновников будут платить те, кто находится в их власти. До тех пор, пока существует система.

И как могут цены вернуться к нормальным уровням, если денежная масса уже расширена, и обратно ее Центробанк не заберет? За год с 1 ноября 2019-го по 1 ноября 2020 года объем наличных денег в российской экономике был увеличен на 30%, переводных депозитов — на 37%, денежный агрегат M1 — на 34%, а денежная масса в национальном определении (М2) — на 16%. При этом официальная цель по инфляции — 4%, а руководство страны сетует, что вместо нее получается 4,4%, тогда как хлеб подорожал даже на 6,3%. Может быть, правильнее было бы удивляться, что так мало?

А впрочем, в ноябре Фонд национального благосостояния вырос еще на $10 млрд, достигнув $177 млрд. На 1 января 2020 он составлял всего $125 млрд, так что, пожалуй, критикам стоит замолкнуть!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari