Расследования
Репортажи
Аналитика
  • USD73.15
  • EUR85.92
  • OIL44.59

В колонке для The Insider Евгений Гонтмахер сдержанно поддержал инициативу Алексея Навального о необходимости безусловных выплат разным слоям населения в условиях карантина и отметил, что она лежит в русле известного доклада «Либеральной миссии». По словам одного из авторов доклада Константина Сонина, «Пять шагов» Навального — это «давление в правильную сторону». Следует ли всё это понимать так, что экономические профессионалы и оппозиция солидарно требуют спасительных мер, а косные власти недальновидно трясутся над кубышкой и в глубине души будут рады смерти малого бизнеса? Отвернулись ли либеральные экономисты от принципов, запрещающих правительству вмешиваться в работу рынка? Ведь именно под лозунгами спасения в свое время состоялась самая продолжительная и опустошительная мировая экономическая депрессия. Многие не отдают себе отчет в том, что в скором времени даже без специальной «раздачи пряников» фонды будут проедены естественным образом, а дополнительная эмиссия может погубить рубль, как это уже было в начале 90-х. 

В подготовленном для Фонда «Либеральная миссия» докладе восьми авторов «Коронакризис-2020» мировой экономический рост в текущем году будет в лучшем случае нулевым, а в худшем — минус 3%, российская же экономика точно упадет: может, на 3,5%, а может, и на 9. В эту вилку укладывается и публичный прогноз Банка России: ВВП в 2020 году снизится на 4–6%, экспорт на 10–15%, инвестиции на 6–10%. Консенсус?

Не похоже! Авторы доклада идут в атаку. «Правительства большинства стран, — пишут они, — принимают широкие программы поддержки экономики в надежде, что это позволит предотвратить переход рецессии в депрессию и обеспечит V-образное ее течение… В развитых странах программы поддержки достигают объема, равного 10–15% ВВП страны… Антикризисные меры, объявленные российским правительством на данный момент и составляющие в общем объеме около 2,5% ВВП (без учета средств для компенсации выпадающих нефтегазовых доходов), мы считаем недостаточными, а стремление переложить на частный бизнес издержки, связанные с принудительным карантином, — недальновидным». 

Правительство, по их словам, оказалось готово не к тому, что происходит сегодня, а «к предыдущей войне» — к кризисам, причинами которых были «сокращение нефтегазовых доходов и отток капитала». На этот случай оно выработало механизмы «поддержки крупных предприятий и реального сектора». Однако сегодняшний кризис имеет другие причины — «принудительное сокращение экономической активности компаний и потребительской активности населения». От него страдает в первую очередь сфера услуг, «в которой сосредоточена большая часть компаний малого и среднего бизнеса». Они-то и нуждаются в срочной помощи, но такую помощь правительство оказывать не умеет, да и ее необходимость отрицает.

Поэтому авторы доклада «Либеральной миссии» «считают необходимым существенное расширение поддержки, предоставляемой экономике и, в особенности, малому и среднему бизнесу и населению». Объем этой поддержки, убеждены они, должен быть не меньше 4% ВВП (ни много ни мало 4,5 трлн рублей!). Кроме того, они считают, что бюджетное правило должно быть скорректировано, смягчено. Далее, восемь экономистов солидарно настаивают, что правительство должно выпустить внутренние займы, а Центральный банк — выкупить их, то есть вбросить в экономику свеженарисованные деньги. Это как раз то, что называют «количественным смягчением». Объем этих эмиссионных мер должен составить от 1,5–2% ВВП в консервативном сценарии до 6% в радикальном.

Далее, докладчики предлагают направить деньги на поддержку населения, то есть платежеспособного спроса, а также малого и среднего бизнеса. Что касается бизнеса, бюджет должен взять на себя издержки, которые малый бизнес несет по обязательным платежам, иными словами — отменить на 1–2 месяца для мелких предпринимателей налоги и отчисления в социальные фонды. Часть авторов склоняется к более радикальному решению — субсидировать заработную плату на малых предприятиях, чтобы там сохранялась занятость.

Что же касается обычных людей, некоторые из авторов доклада (Константин Сонин, Сергей Алексашенко, Сергей Гуриев) предлагают выплатить каждому гражданину безусловное пособие. По Гуриеву, оно должно составлять 20 тысяч рублей в месяц на человека, по Сонину —  10 тысяч, по Алексашенко — 2 тысячи рублей на семью в виде субсидии на жилищно-коммунальные услуги. В консенсусную часть доклада, однако, эти предложения не вошли.

Через несколько дней после доклада «Либеральной миссии» были обнародованы предложения Алексея Навального, названные «Пять шагов для России». Навальный потребовал в период карантина платить безусловное пособие по 20 тысяч рублей на взрослого и по 10 тысяч на ребенка, а также отменить плату за услуги ЖКХ; для малого бизнеса отменить на год все налоги и раздать безвозмездных субсидий на 2 трлн рублей. Стоимость этих предложений была оценена в 10,2 трлн рублей, а в качестве их источника предложен Фонд национального благосостояния, где есть 17,7 трлн. Сотни тысяч людей подписали онлайн-петицию, присоединившись к этим требованиям.

Эти две инициативы связаны между собой. Например, по словам Сонина, «Пять шагов» Навального — это «давление в правильную сторону». А близкий к команде Навального эксперт Владимир Милов еще 20 марта назвал опубликованное за пять дней до того предложение Сонина раздать всем россиянам по 10 тысяч рублей «отличной идеей».

Следует ли понимать происходящее так, что экономические профессионалы и оппозиция солидарно требуют необходимых спасительных мер, рекомендуемых мировой наукой, тогда как косные власти недальновидно трясутся над кубышкой и в глубине души даже будут рады, если малый бизнес умрет? Или, может быть, некогда либеральные экономисты отвернулись от принципов, запрещающих правительству вмешиваться в работу рынка и требующих, чтобы взрослые люди не надеялись на государственную заботу, ради дружбы с рвущимися к власти оппозиционными демагогами? А может быть, оба эти объяснения слишком просты и упускают из вида главное?

Почему некогда либеральные экономисты отвернулись от принципов, запрещающих правительству вмешиваться в работу рынка?

Да, руководители страны в силу своих неустранимых пороков недооценивают серьезность кризиса, и своими отчасти злонамеренными, отчасти неуклюжими действиями они только разрушают малый бизнес. Да, Навальный и его друзья в вопросах экономической политики подчас занимаются вредной демагогией, и лучше бы им вместо этого потверже стоять на либеральных принципах. Да, в некоторых вопросах истина находится посередине между спорящими, на нейтральной полосе. И да, в других вопросах она настолько далека от линии фронта, что здравомыслящим людям впору удивиться: надо же, у кейнсианца Милова есть какие-то претензии к кейнсианке Эльвире Набиуллиной?

На властях главная ответственность за происходящие беды, но их вина не в том, что они не спешат раздать 10 трлн. Они их раздадут, только не прямо сейчас. Почти наверняка через год в Фонде национального благосостояния ничего не останется. Все его ликвидные активы попадут в федеральный бюджет и будут использованы отчасти вместо выпавших доходов, отчасти на дополнительные расходные программы. Неликвидные активы (а это почти половина из 17 трлн) окажутся бесполезны. Реальная вина властей действительно в попытках переложить на частный сектор издержки, связанные с государственными решениями. Их вина в беззаконии, которое повсюду порождает неопределенность и недоверие. В беспринципности, доходящей до того, что для приближенных ничего государственного не жалко, а всяким посторонним читают лекции об экономии и необходимости опираться на собственные силы.

И в этом контексте разговор о расходах бюджета вполне уместен. Есть основания подискутировать, нужны ли дополнительные расходные программы, и если да, то какие. А также о том, надо ли менять структуру расходов уже принятого бюджета. 

В отношении структуры расходов принцип «раздайте людям напрямую» правилен. Сейчас государству лучше сэкономить на покупке цемента и кирпича, стали и пороха, бумаги и компьютеров, а сэкономленные деньги просто отправить, например, пенсионерам. Даже если в результате какой-то кирпичный или пороховой завод остановится и его рабочие останутся без зарплат, примерно такую же сумму выиграют пожилые родители этих рабочих, а уж они как-то со своими детьми договорятся. Навальный в «Пяти шагах» пишет, что надо прекратить финансирование всех силовых структур, не занятых «непосредственно обороной Российской Федерации от внешних врагов», но тотчас добавляет: «кроме выплаты зарплаты», и эта оговорка имеет глубокий смысл. Пусть росгвардеец, как раньше, ходит в магазин и покупает еду, а вот генералу бюджет на закупки можно и урезать.

Это, однако, не значит, что можно устроить какой-то яркий аттракцион щедрости. Кубышка должна быть проедена, но не под лозунги и фейерверки, а скучным рутинным образом, в рамках Бюджетного кодекса. Пусть Минфин просто платит зарплаты и пособия, какие обещаны в бюджете, и через год все само кончится. Брать ли при этом с малого бизнеса налоги на 0,6 трлн рублей или не брать — для бюджета почти безразлично, это лишь 6% от ожидаемой десятитриллионной бюджетной дыры. Так что эти налоги действительно лучше на год отменить. 

Если Минфин будет просто платить зарплаты, обещанные в бюджете, через год кубышка кончится сама

А вот безвозмездно раздать малому бизнесу 2 трлн — негодная идея. Вполне можно разделить в этом отношении скепсис Евгения Гонтмахера. Если раздавать эти субсидии, скажем, пропорционально выручке или фондам оплаты труда, возникнет адская бюрократия и коррупция. Уж если делать такое, то и здесь на безусловных началах: в стране 4 миллиона индивидуальных предпринимателей, дайте каждому по 500 тысяч рублей, вот и получится 2 трлн. Тогда, конечно, сразу возникнет вопрос: почему деловым людям по пятьсот тысяч, а обычным по двадцать? Не лучше ли заплатить всем поровну, а там уж пусть предприниматели что-то продадут и получат от клиентов столько, сколько заслужат? Однако логика сторонников поддержки бизнеса далека от такого подхода. Доклад «Либеральной миссии» говорит: непредоставление достаточной помощи чревато «разрушением инфраструктуры малого и среднего бизнеса», «будет потерян человеческий и физический капитал» и как следствие — «надежды на быстрое восстановление окажутся несбыточными, а сценарий затяжного L-образного кризиса неизбежным». Дело, как видно, в инфраструктуре и капитале. Они как доменные печи: если один раз погаснут, то зажечь их снова будет гораздо дороже, чем поддержать в трудную минуту.

Здесь придется признать, что мы имеем дело с тем же ходом мысли, что у властей США в годы Великой депрессии. Любой ценой сохранить существующие предприятия, их капитал и инфраструктуру! Ведь спад спроса — явление временное, его надо просто переждать! Именно под этими лозунгами и была прочерчена самая знаменитая в истории L-образная траектория, самая длительная и опустошительная депрессия. Если бы чиновники и политики не тратили ресурсы на попытки спасти полумертвые предприятия, а позволили этим ресурсам свободно обращаться на рынке, то вслед за быстрой гибелью обреченных капиталов и инфраструктур выросли бы новые. Не с доменной печью здесь уместно сравнение, а со скошенным лугом, который быстро зарастает снова.

Именно под лозунгами спасения предприятий и инфраструктуры проходила самая длительная и опустошительная депрессия

Сами предприниматели прекрасно знают, что для успеха они часто должны фиксировать убытки, менять планы и перестраиваться, а не ждать до бесконечности, пока сыграет однажды сделанная ставка. Инфраструктура, которая приносит убытки, ценности не имеет, и ее целесообразно поскорее продать на слом. Большинство малых предприятий остаются убыточными и закрываются в первый год после открытия, а большинство успешных предпринимателей не раз проходили через необходимость хоронить свои неудачные проекты.

Когда кризис сменяется быстрым подъемом и графики деловой активности напоминают букву V, это никогда не происходит путем точной реконструкции докризисных реалий. Скажем, после 1998 года подъем в России был очень стремительным, но бумажные газеты в прежнем блеске так и не возродились. И технический прогресс, и эволюция нравов, мод, идей — все это ведет к тому, что в разных экономических циклах бум бывает на разные вещи.

Сегодня еще никто не знает, какие бизнесы, закрывшие двери в дни странного российского квазикарантина, имеют будущее, а какие нет. Вернется ли Китай к своей роли «мастерской мира»? Будут ли москвичи тратить на посиделки в кафе такую же долю доходов, как раньше? Будут ли телевизоры продаваться в кредит «без процентов и первоначальных платежей»? Что-то точно изменится, а что — покажет жизнь. И только опытным путем мы сможем понять, какие виды инфраструктуры и капитала имеют ценность, а какие — нет.

Незачем спасать то, что должно уйти. А то, что будет расти, в помощи не нуждается. Гораздо лучше, чтобы власти сосредоточились на тех задачах, которые они могут решить и в которых на них действительно кто-то надеется.

Нельзя отрицать, что при Путине пенсии стали платить аккуратно, а их покупательная способность выросла (хотя впоследствии заморозка отчислений на накопительные пенсии и непопулярная реформа 2018 года вызвали серьезные вопросы). Между тем, если исчезнут бюджетные доходы, а потом ФНБ, и это достижение окажется под угрозой. Вполне вероятно, что и без расширения расходных программ Минфин в течение года исчерпает резервы, а затем обнаружит, что занять негде и остается только уповать на эмиссию денег. Сейчас кажется, что разовая эмиссия в объеме 5% ВВП — это что-то не очень страшное. Пока инфляционные ожидания низкие, это похоже на правду, но чем быстрее будут тратиться запасы, чем раньше и резче начнется эмиссия, тем скорее эти ожидания разовьются. Зачем же играть с огнем?

Доклад «Либеральной миссии» заявляет о безопасности триллионной эмиссии, настаивая, что «в условиях шокового сжатия спроса это не приведет к всплеску инфляции». При этом все авторы доклада должны хорошо помнить время с 1992 по 1995 год. Уж какое тогда было шоковое сжатие спроса во множестве отраслей! Эмиссия, однако, и в то время означала инфляцию. 

Докризисную структуру экономики спасти нельзя – эти «домны» обречены погаснуть. Но еще есть надежда, что через год экономический рост возобновится, а правительство сумеет снова более или менее сбалансировать бюджет, после того как потратит ликвидную часть ФНБ. И это значит, что нет необходимости ни урезать выплаты пенсионерам и бюджетникам, ни обесценивать их, обваливая рубль и раскручивая инфляцию. Сохранение покупательной способности рубля критически важно и для банковских вкладчиков, и для частных кредиторов, и для перспективы возобновления долгосрочных инвестиций. И если можно в современной России говорить о национальном консенсусе и «водяном перемирии» вокруг каких-то экономических задач, то именно здесь стоит объединиться.

Не делайте эмиссию, не губите рубль.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari